Франциска Вудворт Екатерина Васина 
Ревизор в Академии, или Пикантная особенность

«Франциска Вудворт, Екатерина Васина «Ревизор в Академии, или Пикантная особенность»»: Эксмо; Москва; 2018
ISBN 978-5-04-098299-8
Аннотация

Ну как не помочь уходящей в декрет подруге и не заменить ее в академии? А там, глядишь, мои профессиональные данные произведут на ректора впечатление, и я получу постоянную должность. И я была готова ко всему, но не к тому, что с первого дня на новом месте на нас свалится ревизор, направленный Императором для проверки этого учебного заведения. Высший демон, настоящий хам, невзлюбивший меня с первого взгляда. Но я так просто не сдамся! Если надо, сама сведу его с ума. Сложнее другое: не дать воли чувствам и не потерять голову… от него.

Франциска Вудворт, Екатерина Васина
РЕВИЗОР В АКАДЕМИИ, или ПИКАНТНАЯ ОСОБЕННОСТЬ

Глава 1

ДЭРИН 

— Я планировала еще два месяца поработать, кто знал, что роды начнутся раньше!
В трехмерном изображении кристалла связи видок у моей любимой подруги был тот еще. Она сейчас находилась в роддоме столицы, куда ее спешно увезли прямо с пар. На заднем плане я видела мелькающее лицо тролля-акушера.
— Дэри! — взвизгнула она от очередной схватки и попыталась правильно дышать. — Фух…
Я машинально начала дышать вместе с ней, потом опомнилась:
— Фиора, я с радостью тебя подменю, но согласится ли…
— Начальство в курсе! — простонала подруга. — Бери документы и дуй в Академию, иначе нам хана! Экзамены через два месяца! О-о-о!
Изображение прервалось, а я еще пару минут стояла и тупо смотрела на синий потухший кристалл. Рухнула в кресло, потом подпрыгнула и начала собирать вещи. Но поняла, что просто мечусь по комнате, хватаясь за все подряд, и заставила себя остановиться. Высунулась в окно и пару раз глубоко вдохнула свежий весенний воздух.
Онора — столица империи Асдор, место, куда тянуло всех, включая меня. И теперь, вместо фамильной усадьбы в эльфийском государстве, я живу здесь, в небольшой квартире на третьем этаже. Дом сдается молодым специалистам, которые приехали сюда сразу после учебы и ищут работу. Квартирки размером с собачью будку. Зато чистые и с мебелью. И даже с окном.
Вот в чем огромный плюс Оноры — работу здесь найти может каждый, у кого есть конечности и хоть какое-то подобие мозга. Никакой тебе предвзятости, как, например, в государстве Лорэдиль или северном Харране.
Мне, правда, особенно повезло. Приехала три дня назад, и вот уже подвернулась вакансия, спасибо Фиоре! Она — моя близкая подруга — отучилась двумя годами ранее и за этот срок сумела стать преподавателем выживания в Академии Боевой Магии имени Великого Вилхджалмера Потрясателя Материков и Осквернителя Чужбин. Я не шучу, именно так название и звучит. Лично у меня язык свернулся в трубочку при попытке произнести имя демона — основателя Академии. Почему у них все имена под стать характерам? Такие же невозможные и ужасные? Зато герои, победители черной нечисти, что пять лет назад пролезла к нам откуда-то с севера. Да и вообще герои хоть куда.
Поняла вдруг, что уже минут пять пялюсь в одну точку, а надо хватать документы и бежать в Академию. А перед этим привести себя в порядок, отыскать приличный костюм и посмотреть, сколько осталось денег. Забавно, как быстро они тратились в столице.
Спустя сорок минут — рекордное для меня время — выскочила из дома к вызванному экипажу. Тот укоризненно моргнул фарами, мол, ждал три минуты, и поехал в сторону Академии, огромная территория которой была окружена стеной.
Поговаривали, что иногда там можно найти скелеты тех адептов, что заблудились в многочисленных коридорах, а порой в них бродят такие призраки, при виде которых ты поседеешь и онемеешь. И еще кучу страшилок придумали, которые я сейчас старательно вспоминала.
Но это ведь просто слухи. АБМ — заведение солидное, его постоянно подвергают проверкам. И Фиора уже успела мне в лицах рассказать, какие демоны зануды и педанты. Надеюсь, меня это обойдет стороной.
А внутри все сжималось от радости. Работа! Я буду учить! Дарить свет знаний и все такое. Тем более выживание — специальность сложная и требует не только способностей, но и стальных нервов.
И пока начиналось хорошо. Фиора родит здорового малыша, я ее временно подменю, покажу адептам, как правильно выживать и маскироваться, а потом, глядишь, мне предложат постоянное место в Академии.
Столица со всех сторон оглушала грохотом, обдавала яркими красками и вгоняла в ступор количеством существ вокруг. Я смотрела на орков, что проходили мимо, на утонченных эльфов, проносившихся в экипажах, на деловых гномов, на стайки детей — и понимала, что мне здесь нравится.

* * *

Наверное, я сильно размечталась и сглазила себя. Начать с того, что привратник на воротах, к которым меня подвез экипаж, отказывался пускать, не веря, что я будущий преподаватель. Называл деточкой и просил не смешить его и не отвлекать от службы. Это унизительно, но пришлось мне показывать документы, а ему сверяться со списком. Лишь с третьего раза он нашел мое имя и неохотно пропустил. Мне бы еще тогда задуматься — может, судьба давала мне последний шанс уйти?
Я шла по длинной аллее к главному корпусу, а спину прожигал сочувствующий взгляд привратника. Клянусь, даже почудилось слово «бедняжка», но в своей самоуверенности пропустила его мимо ушей. Мне же завидовать надо! Я в столице и в стенах прославленной АБМ!
Вдоль аллеи стояли устрашающие статуи. Краем уха слышала, что они являются одной из достопримечательностей Академии. Говорят, ректор привез с войны окаменелые фигуры побежденных чудовищ и личных врагов. Коллекция у него такая, и он ее периодически пополняет. Иногда нерадивыми адептами. Судя по количеству изваяний, врагов у него было много, а меня Фиора уверяла, что ректор добрейшее существо, даром что василиск.
Это был следующий тревожный звоночек, на который я не обратила внимания.
Я еще даже не подозревала, как мне повезло, что адепты были на лекциях. Добравшись до главного корпуса и войдя внутрь, вздрогнула при взгляде на огромный портрет основателя Академии. Поверьте, когда вас встречает оскаленная морда демона в боевой трансформации, любой содрогнется.
Сглотнув, я поневоле отшатнулась к стене и увидела большой стенд с планом здания. Отыскала на нем кабинет ректора и бочком, бочком пошла из пустынного холла, а глаза на портрете хищно следили за каждым моим шагом.
Не выдержав, сорвалась на бег и, лишь взбежав по лестнице на самый верх, приложила руки к груди, унимая сердцебиение. Стало стыдно за свой недавний страх. Вспомнила напутствие Фиоры быть смелой и настойчивой, выровняла дыхание и уверенно зашагала по коридору.
Подруга предупреждала, что на ее место метят многие, и никому нельзя верить, какие бы ужасы мне ни рассказывали и как бы ни пытались отговорить. Поэтому, когда секретарша ректора, после того как я ей представилась, смерила меня жалостливым взглядом и сказала, что он занят, я ей не поверила. А когда посоветовала прийти через неделю, подозрения мои усилились вдвойне.
Окинув ее осуждающим за вранье взглядом, гордо вскинула голову и уверенно заявила:
— Меня ждут!
И, пока она не успела среагировать, метнулась к дверям кабинета, врываясь внутрь.
— Дэрин Цвет Ночи из рода Айбихан прибыла для замещения должности Фиоры из рода Шелест Ручья, — радостно отрапортовала я. Подруга предупреждала, что ректор, как человек военный, любит, чтобы говорили четко и по существу.
Еще я тихо радовалась, что моя ненормальная подруга выбрала в мужья просто василиска, а не демона, к примеру. Если женщина выходила замуж за демона, то получала его имя и фамилию как приставку к своим инициалам. Вот тогда бы я попала впросак. Имея зубодробительные имена и фамилии, демоны очень трепетно относились к тому, чтобы их произносили правильно. Любая ошибка считается оскорблением. А я очень плохо выговаривала сложные имена.
Сидящий за столом ректор при моем стремительном появлении несколько опешил и изумленно смотрел на меня.
— Вы меня ждете! — зачем-то добавила я.
— Да? — почему-то спросил он.
— Да, — кивнула в ответ, глуша в душе нехорошие подозрения. Уж слишком удивленный у него был взгляд.
— Хм, я вас несколько иной представлял.
— Мы с Фиорой учились на одном факультете, и могу заверить, что я обладаю такой же квалификацией, что и она.
— Да? — послышалось сбоку, и я повернула голову узнать, кто это такой во мне усомнился. — Судя по тому, что она умудрилась выскочить замуж, не успев проработать и года, и тут же забеременела, хотелось бы уточнить, о какой квалификации вы говорите?
— Пф… — захлебнулась я воздухом при виде высшего демона, стоящего перед книжным шкафом.
Зеленые глаза, темные волосы и чуть выдвинутая вперед челюсть вкупе с мощным телосложением и дорогим серым костюмом. Как я сразу его не заметила?
Секретарша не соврала, ректор действительно был занят, а я к нему вторглась и прервала важный разговор. То, что он был важный, я не сомневалась: высшие демоны занимаются исключительно делами государственной важности.
— Позвольте представить вам прибывшего к нам проверяющего, Хамсферженвальда Заурронского дель Аби.
«Аби — принадлежность к королевской ветви», — промелькнуло у меня в голове, и я едва не рухнула в обморок. Такие могут мимоходом и головы лишить за прерванную беседу.
На помощь, как ни странно, пришел ректор, переключив внимание на себя.
— Как видите, замена преподавателю есть, и учебный процесс никак не пострадает, — бодро заключил он. — Хорошо, что вы сейчас встретились, вам придется тесно сотрудничать. Хамсферженвальд Заурронский дель Аби желает лично оценить качество подготовки адептов.
Пребывая в прострации, я не оценила широкого жеста ректора, повторившего для меня имя демона. В ушах звенело после слов «тесно сотрудничать». И нет бы промолчать, но тут не вовремя проснулись вбитые в меня манеры.
— Приятно познакомиться, Хам… Хам… — как во сне твердила я, не в силах выговорить имя полностью. — Хам… — повторила слабым голосом, с ужасом осознавая, что мне теперь конец. Мало того, что имя произнесла неправильно, так еще и сократила — хуже не придумаешь. Я говорила, что демоны трепетно относятся к собственным именам? Забудьте! Это ничто в сравнении с высшими демонами.
В кабинете резко похолодало от властного:
— Довольно!
Одно слово упало как камень, и у меня пропал голос. Язык завязался в узел, намекая, что отказывается работать. Я могла лишь сглатывать и жалобно смотреть.
Он мне голову откусит? Судя по сузившимся зеленым глазам, высший как раз обдумывал такой вариант. Без головы преподавать станет в разы сложнее.
— Дэрин, — голос ректора показался мне небесной музыкой, — я понимаю, Фиора ваша подруга, но не стоит обзывать высшего. Согласен, он слегка погорячился с выводами. Лорд Хамсферженвальд, мы же простим мою новую сотрудницу? Думаю, это просто нервы.
— Тогда как она с такими нервами будет преподавать выживание? — не смягчился лорд высший.
Язык наконец пришел в себя.
— Прошу прощения, — мой голос хоть и подрагивал, но хотя бы не срывался на писк, — но как вы можете оценивать мою компетентность вот так, с ходу?
Показалось или в темных глазах ректора мелькнули веселые огоньки?
А вот высший лорд-Ужасное-Имя сообщил тоном, от которого внутри все замерзло:
— Пока я сделал соответствующие выводы, леди Дэрин. А в ходе проверки, думаю, они лишь подтвердятся.
— Надеюсь, ваше мнение будет непредвзятым.
— Леди Дэрин, — ректор явно постарался разрядить обстановку, — ваши занятия начинаются завтра в десять утра. Теорию адепты прошли, а вот с практикой вышла накладка. Так что сейчас с бумагами идите в отдел кадров, там получите ключ от комнаты и пропуск в Академию. И, пожалуйста, прикрепите его куда-нибудь на видное место. А то, уж извините, но внешность у вас как у наших первокурсниц.
— Я сочту это комплиментом… В смысле — ключ от комнаты?
Ректор потер указательными пальцами виски и вдруг обратился к высшему, который успел сесть в одно из роскошных кресел и теперь в упор меня разглядывал.
— Хамсферженвальд, еще минуту.
— Конечно, — повел тот широченными плечами. — Такую сотрудницу надо вводить в курс дела очень тщательно. — Зеленые глаза, в которых плескалась сила, смерили меня задумчивым взглядом, потом высший добавил: — На твоем месте я бы повторил ей все раз десять и выдал бумажную инструкцию. На всякий случай.
Все хорошо, я выдержу это, выдержу. Просто встала спиной к высшему и моментально ощутила, как от взгляда задымилась белая блузка.
Ректор и правда быстро сообщил нужную информацию, подсказал, как добраться до отдела кадров, и выпроводил из кабинета. Мне показалось, он втайне опасался, что у высшего терпение лопнет — и всё, преподавателя в моем лице они лишатся. При этом я ничего ужасного не делала. И вообще старалась молчать, помня о фиаско с именем.
В отделе кадров оформление прошло быстро, благо там работали… кикиморы. А они в нашем мире известны как самые трудолюбивые. Хлеще них только гномы, но те еще и ворчат. А местные кикиморы, пока заполняли бумаги, напоили меня чаем, рассказали, какие тут порядки, и похихикали, когда поняли, на какое место я пришла.
— Прямо как заколдованное оно, — сообщила одна из сотрудниц, чьи волосы отливали приятным синим оттенком, а сама она со всеми своими позвякивающими украшениями напоминала елку с шишками.
Впрочем, в кабинете все было какое-то пестрое, аляповатое и такое, словно я попала в гнездо стирхов. Они обожали собирать хлам и тащить его в дом.
— Проклятое? — поинтересовалась из вежливости.
Фиора не стала бы меня так подставлять. Да и сама не рискнула бы лезть сюда, будь что-то неладное. Подружка любила работу, но еще сильнее любила себя.
— Ну, смотря как ты к тому относишься, — проговорила синеволосая, а ее коллеги снова захихикали.
Я отставила чашку и молчала, дожидаясь, пока приступ веселья пройдет.
— Мало у нас в государстве специалистов по выживанию, — ответила наконец собеседница, — и девки в основном. Парни все больше по боевой магии, по тому, что брутальнее. А выживание — оно терпежа требует, спокойствия. Был один мужчина-преподаватель, так потом его король к себе сманил. Разные там слухи ходили. А потом девки пошли, одна за другой. Которая придет, так через год-другой беременеет и замуж выскакивает.
Я порадовалась, что допила чай.
— Я не собираюсь замуж!
В нашей семье девушки старались прожить первые лет пятьдесят, работая и достигая высот в карьере. А замужество… да что я там не видела?
— Они вроде тоже не собирались, дорогая. Но тут как поведется. Первую вообще демон утащил.
Я все же закашлялась.
— К-как утащил?
— А так. Года четыре назад это было. Да, девочки?
Девочки закивали и забренчали бижутерией. Я сглотнула и тоскливо посмотрела в окно. Нет, стекло толстое, да и Фиору подвести не могу. Что же здесь за порядки такие, если честных эльфиек похищают?
— Приезжали к нам тут герои Ледяной войны, — продолжила кикимора, отхлебывая чаек. — Ох, какие бравые молодцы! Какая стать! А когда они в шутку в боевую ипостась перекинулись, так потом половину адептов откачивали и отпаивали успокоительным. Шутники! А преподавательница… как же ее… Дорна, точно! Дорна Шелест Ветра. Она вышла и давай их отчитывать. Мол, вы в стенах учебного заведения, не пугайте детей. А те дети выше ее на голову. В общем, вечером ее один из демонов уволок. Так и живут.
Я икнула и решила про себя: на демонов не орать, не смотреть, общаться исключительно с адептами и на лицо натянуть маску тролля.
А потом кончились занятия. Как раз в тот момент, когда я пробиралась по широким каменным коридорам Академии, то и дело сверяясь с выданной мне картой. Заблудиться я не могла, выживание включает в себя идеальную ориентировку на местности. Но в легенды о скелетах заплутавших адептов почти поверила.
Заодно ощутила на себе массу заинтересованных, любопытных, а порой и похотливых взглядов от местной учащейся братии. Столько рас в одном месте! Такое я видела, пожалуй, только в Аквилоре, когда ездила туда по обмену. Да и то там все же лидировали тритоны и другие водники. А тут кого только нет! Со всех концов континента! Орки, тролли, гномы, водники, эльфы, люди-маги — все-все-все.
Глядя перед собой и практически чеканя шаг, я добралась до жилого крыла преподавателей.
— Здравствуйте, — вежливо улыбнулась высокому худому троллю, чьи клыки буквально притягивали взгляд. — Добрый день, — кивнула кругленькому человеку с длинной бородой.
Вот так, здороваясь с местным составом, добрела до выделенной мне квартиры. Захлопнув дверь, выдохнула, потом огляделась.
Ну, ничего так О преподавателях тут явно заботились. Довольно просторно, чисто и уютно. Прижимая бумаги к груди, медленно прошлась по новому жилищу. Оно состояло из гостиной и небольшой спальни, где поместились кровать и комод. Еще из мебели я заметила шкаф, полукруглый диван и магический камин. На стене в гостиной висел плоский кристалл, транслирующий местные каналы. А в крохотном закутке обнаружились не только необходимые удобства, но и кухня с небольшим набором посуды. Отлично! Утром не придется тащиться в столовую за чашкой чая.
Мои вещи уже принесли. Видимо, ректор боялся, что я после такого приема сбегу куда глаза глядят и оставлю его на растерзание проверке из министерства. Так что я раскидала пожитки по полкам и ящикам, приготовила на завтра костюм и рискнула выбраться в библиотеку, благо та, что для преподавателей, находилась буквально в двух шагах.
Врага надо знать в лицо. Про себя я господина Мое-Имя-Самое-Крутое называла Хамом и не иначе. Полностью отражает суть его натуры.
Спустя полчаса я поняла, что незнание — благо.

Глава 2

Хам-Как-Его-Там был довольно известной личностью, героем войны. О нем написано в десятках учебников, а о тактике боя слагают легенды. Хотя, как по мне, какая тактика, когда после него остается лишь выжженная земля? Города сдавались без боя, слыша одно его имя.
Одно счастье для мира, что этот высший предпочитал одиночество и в военных кампаниях участвовал редко. Но метко. В последней стычке, когда тролли решили заявить о своей независимости и отстоять исконно родные земли, собираясь выселить с них всех чужаков, именно участие в конфликте Хама-Как-Его-Там привело к появлению среди троллей большого количества философов, ратующих за толерантность и терпимость к другим расам, а также дружбу между народами. Конфликт угас на корню сам по себе. Теперь тролли самый гостеприимный народ.
А на минувшей войне на стороне противника выступали гурры, отличительной тактикой которых была деморализация противника перед боем: всю ночь напролет они выли свои патриотические песни, не давая спать. Разбуженный завываниями Хам-Мое-Имя-Самое-Крутое пошел на прогулку в стан врага, наглядно показывая, что хуже высшего демона есть только невыспавшийся высший демон. В итоге гурры в совершенстве овладели тактикой отступления и бесследного исчезновения в ночи. У них вообще теперь по ночам шуметь не принято, даже дети в колыбелях не плачут.
И таких случаев описано множество, за свою долгую жизнь он успел отличиться везде, куда бы ни направил его император. Я вычитала, что после войны демон отправился на отдых в Арзанскую долину, окруженную неприступной горной грядой. Климат там как на курорте, озера, водопады, горячие источники, плодородная земля. За столь лакомый кусочек испокон веков велись войны между воинственными местными племенами бушенов, и долина переходила из рук в руки, но стоило там поселиться высшему, как споры мгновенно утихли, а бушены, забыв о предмете раздора, объединились и единодушно мигрировали, покинув землю предков.
Одного понять не могла, что столь прославленная личность забыла в АБМ? Или стоило поставить вопрос по-другому? Чем же провинился ректор перед императором, что тот прислал в качестве проверяющего этого Хама-Как-Его-Там? И устоит ли наша Академия после инспекции? Вопрос меня волновал, ведь я планировала задержаться здесь надолго и построить успешную карьеру.
В весьма задумчивом настроении вернула книги обратно и пошла к себе. Следовало еще съездить в город и пополнить запасы продуктов. Взяв в комнате деньги, под прицелом все тех же взглядов я прошествовала по аллее до ворот, но была остановлена привратником, который отказался меня пропускать.
Документ мне еще не оформили, и ответ был один: «Не положено». Еще у блюстителя врат обнаружился талант мастера ведения допросов. Сама не поняла, как рассказала ему, зачем мне понадобилось в город, и перечислила необходимые покупки. Выжав всю информацию, мне посоветовали идти к себе и не беспокоиться.
Беспокоиться действительно оказалось не из-за чего. Уже через час мне доставили все по списку, и даже дорогой эльфийский чай «Лунная песня». Подарок от ректора в честь начала работы. Фиора все же оказалась права, рассказывая о нем, он очень душевный и радушный. И, продумывая план будущего занятия за чашечкой изумительно ароматного чая, я чувствовала себя как дома.

* * *

«Куда я попала?!» — внутренне поежилась, глядя на построенную группу будущих элитных боевых магов. Лучшие представители своих рас были как на подбор: выше меня головы на две, выправку имели военную, а взгляд — нахальный. Для занятий на природе из одежды я подобрала узкие брюки и жакет, и теперь все, как один, пялились на мои ноги. Лишь появление Хама-Мое-Имя-Самое-Крутое заставило поднять взгляды выше. Адепты напряглись, когда я поставила группу в известность, что он будет присутствовать на нашем занятии.
Хм, зная теперь репутацию этого демонюки, я их понимала. Интересно, устоит ли лес, где запланировано наше занятие? Одно успокаивало, что для начала практики стационарный портал настроили на безлюдный участок.
Мы перенеслись на поляну, окруженную вековыми соснами. Хам-Мое-Имя-Самое-Крутое за нами не последовал. В самый последний момент ему доставили письмо, и он задержался, дабы ознакомиться с содержанием. Занятие решила начинать, не дожидаясь инспектора.
— Для начала давайте проверим уровень ваших знаний. Мое первое задание: постарайтесь слиться с местностью, используя природный ландшафт. Я закрываю глаза, и на все про все у вас минута. Время пошло!
Судя по звукам, адепты бросились врассыпную. Через положенное время я открыла глаза и обвела взглядом поляну и близлежащие деревья. На первый взгляд никого. Хм, неплохо. Легкий шорох сзади заставил обернуться и обомлеть. Все адепты группы — все!!! — лежали на земле в разных позах и смотрели из травы на меня снизу вверх. В довершение кошмара позади этих неучей открылся портал, из которого вышел проверяющий. Стараясь сохранить лицо, холодным тоном поинтересовалась:
— Вы считаете, что данная позиция наилучшим образом вас маскирует?
— Нет, она наилучшим образом позволяет любоваться вашими ножками.
Я выругалась про себя. Ладно у русала гены, склонные к размножению, но их ценят за скорость и юркость в бою, а остальные-то чего?!
— И попкой! — добавил орк.
Я задохнулась от такой наглости, а потом и вовсе забыла, как дышать, поскольку вид высшего демона в боевой трансформации напрочь отключает мыслительные процессы, включая основной — самосохранение!
Будущие боевые маги опасность чувствовали даже спиной и в тот же миг кинулись врассыпную, сливаясь с окружающей средой. Орк в два с половиной метра ростом белкой взлетел на громадную сосну и слился с зелеными иголками, огромный тролль залез в маленькое дупло дерева. Не увидь я это своими глазами, не поверила бы. Но он решил, раз пролезла голова — пролезет и все остальное, и, видимо, прогрыз себе дорогу внутрь. На пути к цели боевого мага ничто не остановит! Русал вообще подпрыгнул на месте и зарылся в землю. Как?! Его же стихия вода, а не земля, но, наверное, сработал условный рефлекс нырять.
Остальные исчезли так же бесследно. Я осталась стоять лишь потому, что, на беду, у меня основным на тот момент был инстинкт преподавателя, и, пока не отследила каждого адепта, с места не сдвинулась.
А потом, взглянув на ноги-колонны, мускулистый синий торс, горящие расплавленной лавой глаза, острые загнутые рога, крылья, закрывающие небо, так и осела на землю без чувств. Ускользающим сознанием успела отметить, что земля мягкая, как пух, и теплая.

* * *

Пришла я в себя в Академии, но не у целителей или, на худой конец, в своей комнате, а в мягком кресле в кабинете ректора. Сам он в напряженной позе стоял напротив демона. Высший ткнул в мою сторону пальцем.
— Я требую уволить этот Цветочек по причине несоответствия занимаемой должности!
Его тон и мертвого был способен поднять на ноги, слова быстро привели меня в чувство. А еще я хоть и не демон, но тоже не любила, когда коверкали имя моего рода.
— Цвет Ночи, — произнесла я, вставая, и повторила с нажимом, когда мужчины удивленно посмотрели на меня: — Мой род — Цвет Ночи! И позвольте узнать, на каком основании вы требуете моего увольнения?
Меня смерили пренебрежительным взглядом и буквально выплюнули:
— Вы упали в обморок на занятии.
— Ну и что? — не дрогнула я. — Не замертво же? При виде высшего демона в боевой трансформации умирали и закаленные воины. Это вы перешли в боевую форму в невоенное время и без угрозы собственной жизни или окружающим. Не хотите это объяснить?
Судя по скрежету зубов, до меня не находилось смелых, чтобы требовать его объяснений, но у меня не было выхода, я отстаивала свое место.
— Вы не смогли организовать учебный процесс! Когда я появился, все адепты валялись на траве и пялились на ваши ноги.
— Протестую! Они с удобной позиции изучали окружающий ландшафт. А потом в кратчайшие сроки слились с окружающей средой. Должна заметить, — перевела взгляд на ректора, — что адепты очень способные и проявили недюжинные способности и фантазию в маскировке.
— Они это сделали лишь с моим появлением! — рыкнул рассерженный демон.
— Позвольте, в учебном процессе не запрещается пользоваться подручными средствами. Или инвентарем, — зачем-то добавила я.
Глаза Хама-Мое-Имя-Самое-Крутое зажглись алым, что являлось вестником близкой трансформации. В кабинете ректора запахло паленым. Или мне показалось, или одежда высшего задымилась.
Резкий скачок температуры тела у демонов свидетельствовал о сильном гневе. И только тогда до меня дошло, что я своими словами приравняла высшего к инвентарю. Это ж практически к швабре и тряпке… Ой!
Ректор — душка — ощутил, что ситуация на грани, и снова пришел на помощь.
— Уж не знаю насчет инвентаря, — заметил он весело, — но если адепты так хорошо проявили себя при виде высшего в боевой ипостаси, то, думаю, нежить им обмануть — раз плюнуть. Как считаешь, Хамсферженвальд?
Надо взять у него пару уроков речевого развития. Он долго тренировался, чтобы выговорить зубодробительное имя? Или у василисков это в крови?
Высший, скрестив руки на мощной груди, продолжал разглядывать меня в упор. Симулировать обморок я не умела и потому взирала в ответ. Хотя, если честно, смотреть в зеленые ледяные глаза было тем еще испытанием. Но отвести взгляд — признать себя неправой.
— Завтра, — процедил высший, мысленно сдирая с меня одежду, кожу и мышцы, — завтра я лично подберу нежить для практики. И буду присутствовать с самого начала занятий.
— Только в нормальном виде, пожалуйста, — произнес мой язык раньше, чем я его прикусила.
Ректор на мгновение закрыл глаза и, кажется, с трудом удержался, чтобы не хлопнуть себя по лбу.
— Дэрин, вы лучше идите к себе, хорошо? Мы скажем адептам, что вы переволновались.
— Я отмечу это в отчете. — Высший голосом мог запытать любого.
— Не забудьте отметить еще, отчего я потеряла сознание, — не осталась в долгу, — и объясните, почему вы приняли боевую трансформацию в месте скопления адептов.
— Я ничего не забываю.
— Поверю вам на слово. — Я развела руками и ретировалась, так как ректор уже взглядами давал мне понять, что пора выметаться.
Первый день комом. Да, я должна была об этом догадываться, но розовые очки намертво прилипли к переносице.

* * *

— …и потом я шлепнулась в обморок на глазах у всего курса.
Я закончила рассказ и подумала, не всхлипнуть ли. Хотя не стоит, Фиора не поверит. И так вон скептически косится на меня одним глазом, а второй не спускает с младенца. Так и косоглазие заработать можно. Первая эльфийка с подобным казусом.
— Фиора!
— Заткнись, — прошипела подруга. — А… заснул. И что ты страдаешь?
Думаете, эльфы — утонченные создания и не ругаются? Почти так, за исключением одной вещи. Мы идеально приспосабливаемся к любым условиям. Вот и мы с Фиорой… приспособились во время учебы в университете. Я могу надеть длинное платье, вздыхать и томно прикрывать ресницы, но, согласитесь, во время практических занятий это будет выглядеть как минимум странно.
Поэтому я с легким сердцем и в крепких выражениях сообщила подруге все, что думаю насчет первого дня.
— Ты понимаешь, что моя репутация среди адептов сейчас ниже пивных подвалов?
— А ты думаешь, когда я пришла, они мне в ножки кланялись? — Подруга усмехнулась. — Все в твоих руках. Находчивость у тебя есть, ум тоже. Язык, правда, иногда вперед мозгов бежит. Используй нестандартные методы, экспериментируй. Я на первом занятии разревелась, а потом сказала, что это психологический прием, и его не прошли.
— Оу, — ответила ошарашенно.
Фиора права, я уже не на учебе, я других обучаю. А обучать хорошо могут те, у кого есть авторитет среди адептов. Значит, надо его заработать.
Я так задумалась, что пропустила вопрос, и не сразу поняла, что Фиора шипит, окликая меня.
— А?
— Дэр, ты где витаешь?
— Ты что-то спросила?
Синие глаза подруги сверкали от любопытства, а голос стал прямо как у кошки. У весенней озабоченной кошки.
— А высшие в боевой ипостаси как выглядят?
Я попыталась объяснить, показать, какие там мышцы, когти и клыки, но слов не хватало. Поэтому обрисовала фигуру в воздухе.
— Э-э-э… они круглые? — с недоверием переспросила Фиора.
— Большие, — уточнила я, — очень большие. Огромные. Везде такие прямо огромные.
— Везде?
— Ты стала озабоченной после свадьбы, — посетовала я. — У тебя муж есть, а ты спрашиваешь, везде ли огромны высшие.
Мне резко стало жарко, и я подошла к окну, чтобы открыть пошире. Из сада Академии тянуло сладким запахом жасмина. Фонари перемигивались со светлячками.
— Да ладно, — не смутилась подруга, — я бы потрогала.
Меня аж передернуло от ее признания.
— Что там трогать? Зачем там трогать? Не надо там трогать!
— Тебе не надо, а другим надо. Хотя, думаю, там есть кому трогать.
— Нету, — угрюмо ответила я, облокачиваясь на подоконник. — Была пассия, но что-то у них, видать, не срослось. Разные слухи. Так что ходит один и рычит на всех. А все почему? Правильно!
— Женщины давно не было! — кивнула Фиора в кристалле и вдруг заторопилась. — Муж пришел. Давай, я завтра позвоню. Удачи тебе, и держись смелее!
Я кивнула и отвернулась к окну. Перед тем как кристалл потух, услышала воркующий голосок подружки и бархатный баритон ректора. Эх, повезло им. Ректор и на внешность хоть куда: статный, высокий, глаза темные, а волосы русые, длинные.
— Потрогать ей надо, — проворчала в теплую темноту ночи. — Тут с адептами проблемы, а Фиоре лишь бы мужчин лапать. Муж есть, вот его пусть и трогает.
Фыркнула, представив ректора в домашней обстановке. И поняла, что немного завидую подруге. Семья — это здорово. Я скучала по своим, когда уехала учиться, а навещать удавалось редко. Ладно, хоть кристаллы связи позволяли видеть друг друга в любое время суток.
— Хам, — сообщила опять вслух, — как его там… Хамсфе… тьфу ты! Надо будет перед зеркалом потренироваться. Иначе в следующий раз точно откусят голову. Потрогать, ага! Отличный способ самоубиться — потрогать боевую ипостась высшего!
Хихикнула и уже шепотом закончила:
— И не только мышцы!
Постояла еще пару минут у окна, вдыхая запахи цветов, потом отправилась в кровать. Надо выспаться и набраться сил перед завтрашними занятиями. Я докажу, что не Цветочек, а профессионал. И что лучше прислушиваться к моим советам, а не разглядывать ноги.
Если бы только знала, что все это время предмет нашего с Фиорой обсуждения стоял под окном и с интересом слушал все, что говорили, я бы так просто не заснула.

Глава 3

Утро вечера действительно мудренее. Проснувшись, я уже знала, что надо делать. И, выпивая первую чашку чая, любовалась видом на сад и предвкушающе ухмылялась.
Может, выгляжу я несерьезно, но недооценивать меня не стоит.
Потуже заколола золотистые волосы, чтобы не лезли в глаза, оделась и вышла, дав себе мысленную оплеуху при попытке струсить.
На улице было хорошо, свежо, так что в первое мгновение я даже поежилась и пожалела, что не захватила плащ.
При виде меня адепты уже откровенно заухмылялись.
— Леди Дэрин, — пробасил один из орков, — хорошо выглядите.
— Не так бледно, как вчера, — подхватил человек. Я мило улыбнулась им в ответ, настроила портал и скомандовала:
— Класс, по одному шагом марш!
Скомандовала хорошо, голос не сорвался на писк, несмотря на то что в тот момент, когда адепты начали заходить в портал, вдали показалась уже знакомая широкоплечая фигура.
Один глаз у меня все же дернулся, когда Хам подошел ближе. То ли сказался ночной разговор с Фиорой, то ли тот факт, что сегодня высший был не в чопорном костюме, а в штанах, заправленных в высокие сапоги, и простой белой рубашке. Темные волосы чуть разлохматились от утреннего ветерка.
— Обморок намечается? — спросил без тени улыбки.
«Такое тело и такому засранцу досталось», — пронеслось в голове.
— И вам доброе утро, — ответила кротко. — У кого обморок? У меня все хорошо. А вам плохо? Вызвать лекаря?
Меня сожгли взглядом и едва не потоптались по пеплу.
— Прошу! — Высший повел рукой в сторону портала, где как раз исчез последний адепт.
— Вам не чужды манеры, это так мило.
Почему у него такой странный взгляд?
В лесу адепты уже разбрелись в разные стороны. Мне пришлось три раза повысить голос, прежде чем они не спеша построились. И все с ухмылочками и перешептыванием.
Высший занял место чуть поодаль и явно приготовился к незабываемому зрелищу. Ну-ну.
— Вчера нам пришлось прервать занятие, — ласково начала я, — хотя результаты вы показали неплохие.
— Вы тоже, — хмыкнул гном, — хорошо упали.
Смешки стали громче, а моя улыбка — шире.
— Да, я упала. Если вы хорошо знаете историю, то помните, что многие враги при виде высших в боевой ипостаси падали с разрывом сердца. Я же живая и вполне здоровая. И единственная, кто не удрал. Адепт Вар, — глянула на тролля, — я оценила тот факт, что вы ухитрились прогрызть дерево насквозь.
Вроде смешки стали потише, а с некоторых лиц улыбки и вовсе слезли.
— Сегодня постарайтесь повторить вчерашний успех, — продолжила спокойно и мило. — Такой мотивации, как вчера, я надеюсь, не будет. Но зато ожидается нежить. Ровно через пять минут. И еще…
Я расстегнула две верхние пуговицы блузки, давая возможность полюбоваться соблазнительным вырезом.
— Это отвлекающий фактор. Представьте, что нежить прикинулась очаровательной эльфийкой и манит к себе. Вперед!
Вопреки приказу, вся группа осталась стоять, гулко сглотнув и потрясенно уставившись в открывшуюся ложбинку, кокетливо прикрытую эльфийским кружевом. Фиора же сказала, что необходимо действовать нестандартно. Затрудняюсь сказать, что меня толкнуло именно на этот шаг. Наверное, вчерашние обвинения высшего, что на меня пялились адепты и я не могу организовать учебный процесс.
Грациозной походкой от бедра я шагнула к ближайшему ученику и коснулась его шеи с ласковой улыбкой.
— Два.
Так же ласково улыбаясь, я тронула шею следующего и повторила:
— Два.
Успела дойти до пятого, прежде чем первый пришел в себя и возмутился:
— Почему «два»?!
Не гася теплую улыбку, пояснила:
— Потому что ранее я сказала, что нежить прикинулась очаровательной эльфийкой. Условно я — нежить, а вы, — обвела взглядом пятерых, — условно трупы, так как я условно вырвала вам горло.
Шагнула к шестому адепту и протянула к нему руку, но он отшатнулся и отпрыгнул от меня на два метра.
— Прыжок хороший, адепт Декст, но для нежити не составит труда сократить расстояние, так как вы все еще стоите на месте. Условно вы уже ранены.
— А вам особое приглашение надо? — Я посмотрела на остальных и тут как рыкнула командно: — В лесу бродит нежить! Точка сбора — опушка леса. Задача — добраться незаметно. Вперед!
Группа слаженно бросилась врассыпную, и я с удовольствием отметила, что со скоростью не меньшей, чем вчера.
— А для вас, — повернулась к условно мертвым и раненому, — занятие окончено. Сдадите мне рефераты на пятьдесят листов на тему «Нежить. Меры безопасности и способы уничтожения».
— Так нечестно!
— А вам, адепт Родерик, на сто листов. Еще недовольные есть?
На меня уставилось шесть пар хмурых глаз.
— Свободны!
Адепты понуро ушли порталом, а я расслабилась, удовлетворенно выдохнув. Зря! В этот самый момент над моей головой прозвучало крайне ехидно:
— Очаровательная эльфийка? Вы себе явно польстили. А на следующее занятие вы догола разденетесь?
Вот как? Как?! Как можно было забыть о наблюдающем демоне! Но я настолько увлеклась процессом воспитания, что о таком незначительном факте, как проверяющий, ненадолго забыла. Просто он стоял в стороне, никак себя не проявляя. И тут я подобралась от пришедшего озарения — он тоже мастер маскировки! Иного объяснения нет. Только мастер наивысшей степени способен, стоя рядом с вами, заставить забыть о своем присутствии.
Потрясенная, я посмотрела вверх и наткнулась на лицо нависающего надо мной демона, взгляд которого в этот момент был устремлен… С его ростом и с такого ракурса было видно намного больше, чем я демонстрировала адептам. Да как он смеет?! На эмоциях я замахнулась, но реакция у него оказалась не в пример лучше, чем у будущих боевых магов.
— Мне перейти в боевую ипостась? — сжав мое запястье, лениво поинтересовался Хам… Хам… Да просто хам!
— З-з-зачем? — процедила я, злая настолько, что угроза впечатления не произвела.
— Чтобы вы могли пощупать… и удовлетворить свои фантазии.
— Пф-ф! — Я подавилась воздухом и стремительно покраснела от осознания. Не-е-ет! Он слышал тот разговор! Вот за что?!
А меня продолжили уничижительно отчитывать:
— Ваша неудовлетворенность плохо влияет на учебный процесс. Вы уже перед адептами раздеваетесь. Знаете, вы меня просто вынуждаете написать рапорт о вашем аморальном поведении!
Я отступила, выдергивая руку и с трудом не морщась от боли. Сволочь! Теперь синяки останутся. Мной овладела ярость от несправедливого обвинения, но я демонстративно спокойно застегнула пуговички и холодно произнесла:
— Все в соответствии с учебным планом. На следующем занятии при словах «условная нежить» они от меня шарахнутся и не позволят подойти. Еще через несколько — никакие женские прелести не отвлекут их от выполнения поставленной задачи, что немаловажно для любого бойца. Они крепко запомнят, что, засмотревшись на женскую ножку, можно потерять жизнь! — заключила я и позволила себе язвительный вопрос: — Вы и теперь считаете меня непрофессиональной?
Не дождавшись ответа, отвернулась, устремляясь ж в лес отлавливать своих адептов. Мало ли. Они, конечно, ребята здоровые, но нежить тоже не трепетные бабочки.
Лорд Хам постарался: нежить отобрал крупную, наглую, злую. Я бы сказала, в самом соку. Быстро и незаметно продвигаясь к опушке, краем глаза видела этих тварей. И старалась не передергиваться. Мозг привыкнуть к такому зрелищу не может, поверьте.
Эльфам быть мастерами маскировки проще. Мы можем уходить в тень, пусть и ненадолго. Что я и собиралась сделать, почти достигнув опушки, когда услышала отчаянный мужской вопль. Примерно так орал один из моих сокурсников, когда его попыталась увлечь в угол красивая и мощная женщина-орк. Я не знаю, как она пробралась в университет на закрытую вечеринку. Может, хотела устроить пикет по поводу ущемления женских прав? Орчанки слыли заядлыми феминистками. По крайней мере, пока поблизости не было их мужей.
Вот и сейчас, после вопля, я, как наяву увидела перепуганное лицо сокурсника. И молча рванула в сторону крика, стараясь не нарушить маскировки. Заметила, как с двух сторон поспешили адепты. Орк на ходу кулаком отправил бросившегося к нему скелета в полет, водник с дивным именем Ильмарил несся по верхушкам деревьев. Слушайте, да у них и правда способности недюжинные!
— Спаси-и-ите!
Оказывается, кое-кто все же попался. Гном. Тот самый, что второй день подряд пытался меня подколоть. И едва ли не облизывался, когда я расстегивала пуговицы, даром что мне до середины груди. Правда, шириной как три эльфийки.
Сейчас он барахтался на траве в объятиях гуля. И где Хам такое вытащил? Наверное, при жизни оно было ничего так женщиной. Сейчас же гнома пыталось оседлать нечто синее, с остатками волос и клочьями кожи, при этом утробно рычащее.
— Эй, Гнырр, — позвал орк, — вы там…
— Она с него штаны снимает! — рявкнула я, осознав масштабы происходившего. — Так, адепты, убрали быстро это! Только озабоченной нежити нам не хватало!
Идиоты, вместо того чтобы спасать приятеля, начали хохотать и фотографироваться на фоне страдающего товарища. Так, а с каких пор на практику можно проносить личные кристаллы? С каких пор их вообще можно проносить в Академию? Насколько я в курсе, личная связь только у преподавателей. А учащимся нечего отвлекаться.
Но сейчас здоровые лбы рядом со мной явно показали, как им плевать на правила.
Кретины! Проверка же идет!
— Справа взвод гулей! — Я не знала, что могу так орать. — Голых!
Миг, и кристаллы исчезли, а адепты рассыпались по лесу. Гном наконец оторвал гулю голову и тоже исчез. Я хлопнула себя ладонью по лбу и ушла тенями следом за подопечными. Так, на будущее сделаю пометку: нечисть не всегда пытается просто сожрать. Иногда с извращениями.
Надеюсь, гном не получил психологическую травму.
Больше эксцессов не было. Ну разве что примерно половина адептов добрались до опушки потрепанными, без маскировки и преследуемые нечистью. Я пока оставалась незримой для всех и наблюдала, как последние из парней буквально вползают в защитный круг. У его границ уже тут и там виднелись кучки праха. Это самонадеянная нечисть вообразила, что может побыть адептом. Не вышло.
Тихо откашлявшись, я проговорила:
— Итак, теперь те, кто добрались до опушки и не потеряли маскировку, найдите меня. Кто найдет — высший балл за сегодняшнее занятие.
Они старались. Но то ли не успели пройти занятия по демаскировке противника, то ли решили, что и так сойдет. С места тронулся разве что орк. Сделал два шага, начал принюхиваться. Аж ноздри и без того крупного носа раздулись. Нет, дружок, я перед занятиями духами не пользуюсь.
Минут десять мои ученики стояли и вертели головами. И, наверное, со стороны это выглядело даже забавно, учитывая их рост и мускулатуру. Но я мрачнела все сильнее. Фиора в отчете указала, что теорию они прошли полностью. Но эти с-с… адепты, кажется, вообще не знали, как применить ее на практике. А что за будущий воин, у которого знаниями забиты только мозги, а руки и ноги не знают, как всем этим добром распорядиться?
— Занятия окончены!
Громовой голос пригнул ветви деревьев и головы адептов. Я успела машинально отметить, что надо бы их научить не пугаться высших так откровенно, а потом меня взяли за талию и буквально подхватили под мышку.
Все, и без того жалкая репутация окончательно погублена. В тот момент, когда высший аккуратно поставил меня перед группой, я уже его тихо ненавидела. Это где же видано, чтобы преподавателей под мышкой таскали?
— Занятия окончены, — повторил высший. — Адептам убрать останки нечисти. Леди Дэрин, за мной.
В рядах будущих воинов раздался дружный стон. Я их понимала. Останки нежити выглядели и пахли не самым приятным образом.
— Уборщикам за это платят! — подал голос какой-то будущий самоубийца.
Хам смерил всех немигающим взглядом и снизошел до объяснений.
— Пока будете убирать за собой, можете запечатлеть это в памяти личных кристаллов. Я бы даже сказал, что буду настаивать на подобных кадрах. Чтобы они остались в памяти не только у вас. Может, в следующий раз вы получше запомните правила Академии. После уборки личные кристаллы сдать под роспись кастеляну вашего факультета. У меня все. А, да, убирать без перчаток.
— Они обожгутся! — возмутилась я. — У нежити останки ядовитые…
— Леди Дэрин, это будущие воины. Небольшие ожоги не должны их пугать. Они же не боялись, нарушая правила Академии.
Нет уж, если насчет уборки я была с ним согласна, то вот по поводу перчаток и прочих вещей встала в позу.
— Извините, лорд… проверяющий, — попыталась выкрутиться, — но во время занятий адепты под моей ответственностью. И я…
— Занятия окончены, — оборвал меня Хам. — Вы идете за мной, они — убираться. И думать насчет своего будущего.
— Это жестоко!
— Не поверите, леди Цветочек, но жизнь в принципе штука жестокая. И полна сюрпризов.
Причем эту фразу он произнес, наклонившись ко мне. Так тихо, что услышала лишь я.
Ну хорошо. Меня аж затрясло от снисходительного тона. Сейчас я устрою тебе сюрприз, хамское сиятельство! Нашел цветочек!
— Отлично! — Я развела руками и проговорила: — В таком случае я тоже остаюсь здесь. На уборку.
Кажется, у него во взгляде наметился намек на удивление.
— Вы отправитесь со мной. Выслушивать, что было не так на практике.
— Я обязательно выслушаю… после того, как помогу адептам.
— Объяснитесь, — потребовали у меня ледяным тоном.
Дева Лесная, как их жены с такими живут? Или для них подобные отношения норма? Мол, дорогая, соблаговолите исполнить супружеский долг. Слушаюсь, муж мой.
Или вообще не спрашивают…
Я тряхнула головой, прогоняя совершенно лишние в такой ситуации мысли.
— Объясниться? Легко! Моя вина в том, что я не проверила содержимое их карманов перед занятиями. Значит, тоже должна убираться вместе с остальными. И запоминать свою ошибку.
Высший Хам уставился на меня таким взглядом, что у меня на голове зашевелились волосы. Глаза зеленые, а в них — лед. И еще что-то. Вспомнила, как они светились в боевой ипостаси, и едва не передернулась.
Я не испуганная девочка, а преподаватель. И не надо так на меня смотреть!
В глубине души пожалела, что у меня нет роста северных валькирий. Вот уж кто орка на скаку остановит. Ударом кулака. В челюсть. А мне оставалось лишь вздернуть подбородок и расправить плечи. И все равно была ниже Хама на две головы. Тут даже прыжок не поможет.
— Отлично, — ответил он наконец. — Это ваше право, леди. Только не забудьте помыться, когда отправитесь ко мне.
— Посягательство без позволения женщины приравнивается к преступлению, — буркнула я.
Адепты с интересом зашевелили ушами.
— У вас определенно проблемы с либидо, — скучным голосом протянул высший. — Не думали с этим что-то делать? От вас даже нежить заражается. Жду.
Как он изящно обвинил меня в несдержанности. Я проглотила едкую фразу о том, что страстные демонессы давно уже стали притчей во языцех. Кто чаще всего оказывается вовлеченным в общественный скандал с изменами и любовницами? Правильно! В то время как эльфы отдают предпочтение либо семье, либо карьере.
Я выбираю пока что второе. На работе проще.
Обвела взглядом подопечных и со вздохом скомандовала:
— Рассредоточиться по лесу. Руки обмотайте тряпками, так уменьшите ожоги. Можете сначала набросать на останки сухие листья, а потом уже сгребайте в одну кучу для сожжения.
— Тряпки? — переспросил водник.
— Оторвите от жилетки. Ну или потом будете подвывать у целителя. Что-то мне подсказывает, он не станет накладывать обезболивающие заклинания и настои.
— Ага, — буркнул человек-маг, который странным образом меня раздражал, — а потом нас за порванную форму кастелян натянет.
— Значит, найдите слова, после которых он станет тише воды ниже травы, — парировала я. — Давайте!
Сама уже смирилась с будущими ожогами. Но тут мне в руку почти застенчиво сунули клок ткани.
— Адепт… — Я замешкалась, вспоминая имя орка. — Гролл, что это?
Орк продемонстрировал мускулистые ноги. На месте штанов теперь красовались импровизированные шорты до колен.
— Там ткань плотнее, — пояснил он, показывая все клыки, — а вы, леди Дэрин, эльфа. Ладно, нам ожоги, а вам как-то некрасиво будет. Опять же, женщина.
Кажется, это был крохотный шажок в сторону взаимопонимания. Во всяком случае я с улыбкой поблагодарила, обернула руки и отправилась на уборку.

Глава 4

— Вот же сволочь! Да нарры ему родственники!
— Леди Дэрин, как можно так о высшем!
Я обвела свободной рукой небольшое стерильное помещение с белыми стенами и огромными окнами. Сюда меня завела одна из целителей Академии. Две другие занимались моими адептами.
— Его тут нет, Арри.
Гномиха, уже в годах, о чем свидетельствовала поседевшая борода, усмехнулась.
— Наши преподаватели предпочитают ругать его шепотом. А вы не сильно-то стесняетесь.
Я кивнула на покрасневшую руку, которую Арри смазывала зеленовато-серебристой мазью. Легкая прохлада и пощипывание говорили о том, что исцеление шло полным ходом. Еще минут десять, и кожа на ладонях будет как новенькая. С тряпками я удачно придумала. Обошлось малой кровью, не придется терпеть болезненные заживляющие заклинания.
— По его вине я сейчас сижу здесь. По своей тоже, но он… чтоб ему коты в ботинки нагадили.
Гномиха вдруг хмыкнула, а потом и вовсе широко заулыбалась.
— Чего? — Я подозрительно посмотрела на нее.
— У меня богатое воображение, леди Дэрин, а вы тут такое ему пожелали…
Понятно, значит, высший не только у меня в печенках.
— Странно, — пробормотала я, протягивая Арри вторую руку, — высшие обычно замешаны, если стоят серьезные вопросы. А в последнее время я не слышала о скандалах в Академии. И вроде выпуски хорошие были.
— У нас все мирно, — кивнула гномиха, зачерпывая мазь.
Я едва не застонала от блаженства. Кожу и правда изрядно жгло, еще и чесаться хотелось в тех местах.
— Но, леди Дэрин, ходят слухи, что это по душу ректора. Ах, не дергайтесь!
— Что такое?
Небольшие черные глазки Арри засверкали. Судя по всему, сплетни она обожала и буквально питалась ими.
— У нашего ректора была невеста. У него же семья родовитая, женятся по договору старших. У василисков так принято. Мол, чистота крови и все такое. А тут вдруг мезальянс.
— С каких пор свадьба с эльфом — мезальянс?
— Леди Дэрин, вы как маленькая, не в обиду будет сказано. Василиски снобы. Почти как высшие, но те свой снобизм хотя бы иногда прячут. А эти… И тут ректор взял и женился на леди Фиоре. Тайно. В другом городе. Потом вернулись они в Академию, и леди сообщила, что беременна. То есть все, брак нельзя даже оспорить.
Я едва не присвистнула. Так вот в чем дело! Хитрая Фиора не сказала правду даже мне. Напела о романтике, о том, что они решили всем сделать сюрприз и так далее. Ну-ну, сюрприз. Родные подруги до сих пор таили на нее обиду. У эльфов свадьбы принято делать на закате, роскошно украшать место обручения и звать самых близких друзей и родню. После чего молодые на месяц отправлялись в «медовое путешествие», а родственники с двух сторон начинали молиться Лесной Деве, чтобы у пары поскорее появился младенец. У долгоживущих каждый ребенок на вес золота. Мои родители прожили вместе пятьдесят лет, прежде чем родилась я.
Неприязнь к Хаму стала раза в два сильнее. Я и так кипела после похода к нему в кабинет. Нет, он не кричал, не угрожал. Сидел, уткнувшись в бумаги, и равнодушным голосом перечислял все мои ошибки, поведение адептов, отсутствие преподавательского опыта. И так далее, и тому подобное. И все это не глядя на меня. Словно я так, пустое место. Или еще хуже — тряпочка, недостойная внимания.
Закончив проникновенную речь, отпустил, так и не оторвав глаз от стола, как будто ему на меня и смотреть противно. Не то чтобы мне его взгляды нужны были, но такое обращение унижало. Так и хотелось громко хлопнуть дверью или сказать на прощание колкость, но я сдержалась.
Вот и шипела у целителей, выпуская пар. А теперь оказалось, что Хам цепляется не только ко мне, а и к Фиоре с мужем, прибыв по их души. Не могла позволить навредить семье подруги! Если будут неприятности у ректора, все это отразится на ней, а у нее ребенок, молоко.
«Это война!» — поняла я. Нужно срочно собирать компромат на высшего и дискредитировать его. Я теперь глаз с него не спущу! Демоны вспыльчивы. Всего-то и надо подловить его и записать на кристалл.
А еще следовало подтянуть группу Фиоры. Это стало приоритетной задачей. Поэтому я собрала всех адептов после того, как им оказали помощь, и сообщила хмурым парням о необходимости нескольких дополнительных лекций. Я понимаю, они расслабились, все рассчитав: Фиора должна была родить как раз к экзаменам, и они рассчитывали на «автоматы», готовясь спустя рукава. Нужно было срочно исправлять ситуацию и не допустить на следующем практическом занятии такого фиаско. Начать лекции решила с сегодняшнего дня.
Приятно, что возмущений не было. Во-первых, совместная работа сближает, и после уборки вонючих ошметков на меня смотрели уже другими глазами, а во-вторых, адепты уже осознали, как сильно они попали и что против высшего демона лучше выступать единым фронтом. Мы ему еще покажем! Ясно дала понять им, что мы или утрем нос демону, или вылетим из Академии вместе.
В конце моей маленькой импровизированной речи глаза будущих боевых магов горели мрачным огнем, а лица были полны решимости. На волне единства я пошла с ними к кастеляну, чтобы поддержать и объяснить причину порчи формы, но тут нам неожиданно повезло. Высший уже успел сунуть нос и сюда, и наша потрепанная команда неожиданно нашла сочувствие и понимание. Надеюсь, Хаму икалось, когда мы на пару с кастеляном награждали демона достойными его хамской рожи эпитетами.
Уставшая, но несломленная и полная боевого задора, я добралась до своей комнаты. Внимание привлек мигающий на прикроватной тумбочке кристалл связи. Меня дожидалось сообщение от родительницы с просьбой срочно перезвонить и отметка о звонке Фиоры. С подругой решила пока не связываться, чтобы не расстраивать. Лучше потом, а то по лицу поймет, что что-то не так.
— Мам, что за срочность?
— Дэри, привет! — тут же ответила она. Судя по ее цветущему виду, дома все в порядке, и у меня отлегло от сердца.
— Привет!
— Как устроилась?
— Все хорошо. Ректор ко мне со всей душой, с адептами контакт нашла, замечательные парни.
Рассказывать, как обстоят дела на самом деле, я не собиралась, как и жаловаться на демона. Лорд проверяющий еще не в курсе, но он в этой Академии задержится ненадолго.
— Отдыхать не забывай, а то знаю я тебя! — строго произнесла родительница.
— От чего отдыхать? Я же только устроилась.
Мне послали загадочную улыбку и сказали, что о моем досуге позаботились. Я тут же напряглась. Мама та еще любительница внезапностей. Папа порой от ее выходок седеет и долго общается с целителями на тему, как вернуть волосам молодость.
— Мама?
— Сю-ю-юрпри-и-из, — пропела она. — Вот увидишь, ты будешь рада.
Я сомневалась, так как на данном этапе жизни сюрпризов мне как-то хватало.
— Дэрин, у меня будет к тебе одна просьба, — быстро сменила тему родительница, чтобы я больше ни о чем не спрашивала. — Не знаю, помнишь ли ты мою подругу Минэль. Мы с ней давно не виделись, она путешествовала с супругом, а тут встретились случайно у портнихи, разговорились. У нее дочь учится в АБМ на факультете целителей. Ты же знаешь, что адептам во время учебы запрещены кристаллы, и они не могут с ней связаться.
— Ты предлагаешь мне нарушить правила и отдать ей свой? — оскорбилась я.
— Да нет же! Я понимаю, что ты преподаватель и не можешь нарушать дисциплину. Но ты же можешь зайти к ней в общежитие и узнать, как у нее дела, а потом вечером мне рассказать. Минэль переживает.
— Хорошо, мам, — сразу сдалась я, так как не могла устоять перед ее просительными нотками.
— Я всегда знала, что у тебя золотое сердце!
— Как ее зовут?
— Тарриэль Крылья Ветра, Тарочка. Я ее совсем малышкой помню, с тоненькими косичками.
— Я перезвоню, мам. — И поспешила отключиться, пока она еще о ком-нибудь не вспомнила.
Целительницы жили в другом корпусе, и я понятия не имела, как мне искать девушку. Пришлось опять спускаться к кастеляну. Он приглашал меня заходить к нему на чай в любое удобное время, кто же знал, что оно наступит так скоро.
К кому еще можно с этим обратиться, я не знала, знакомыми обзавестись не успела. К счастью, он смог мне помочь, направив к кастеляну женского общежития и предупредив ту о моем приходе. Ведь кому еще знать, кто в какой комнате живет, как не тем, кто выдает белье и все необходимое.
— Помню такую, — отозвалась гномиха на мой вопрос, поправляя на носу очки. — Тихая, вежливая девочка была.
— Почему была? — сразу забеспокоилась я.
— Так упорхнула, не доучившись. Я слышала, замуж вроде выскочила. Но девочка хоть и уехала, не сдав белье, а форму прислала, не то что некоторые. Голову от любви теряют, забывая об учебе, и исчезают. А форма, форма-то казенная! За нее отчитываться надо.
Известие о замужестве стало сюрпризом. По всему, родители Тарриэли были еще не в курсе.
— Скажите, а с кем она жила? Может, я поговорю с девочками, вдруг она им свои контакты оставила.
— Так в третьем блоке на шестом этаже, — не заглядывая в книгу учета, ответила гномиха.
Третий блок — семиэтажное здание из толстого камня с узкими высокими окнами и двумя выходами — находился чуть в стороне от остальных. И с другими корпусами переходами не соединялся. Насколько я успела узнать, вход мужскому полу был сюда запрещен. Мол, девушки тут живут и к занятиям готовятся, нечего отвлекать. Понятное дело, парней подобные запреты лишь раззадоривали. Вот и сейчас в густых кустах поблизости я насчитала по меньшей мере трех поклонников. Что уж они там делали, для меня осталось загадкой. Покачав головой, я спокойно шагнула внутрь. Меня защитные заклинания и суровый взгляд охраны в лице мощной суровой орчанки остановить не могли.
А тут было уютнее, чем в остальных корпусах. Цветочки, занавески, стены посветлее, и пахло смесью разных духов. Я чихнула, проводила взглядом шустрого купидона. Ого, балуются приворотом?
Девушек вокруг сновало много. Занятия как раз закончились, и теперь кто-то возвращался в комнаты, а кто-то, наоборот, спешил в город. После третьего курса адепты могли входить и выходить с территории Академии довольно свободно. Ровно до полуночи.
И где мне найти подружек Тарриэли? Я сверилась с номером комнаты. Ага, вон та дверь, судя по всему.
Возле нее стояли две шикарные молодые особы. Эльфийка и человек. Одна целитель, если верить светлым одеяниям, а вторая — провидица. Этих всегда было мало, и щеголяли они в хламидах фиолетовых оттенков. И почему-то вечно выглядели недовольными. Хотя… если мне в мозг будут постоянно лишние видения залезать, я тоже начну морщиться.
— Наира, посмотри, он обратит на меня внимание? — схватив за руку провидицу, вопрошала эльфийка.
— Да не вижу я ничего! Как же мне надоели все с этим вопросом. Я, может, и сама бы от его внимания не отказалась. У меня внутри все замирает при одном взгляде на него.
— Какой же он красавчик! — Эльфийка закатила глаза. — У высших особая стать, не отнять.
— Интересно, они во всех местах так великолепно развиты?
Девчонки захихикали, а я даже приостановилась, поняв, что речь идет о господине Хаме. Добираясь сюда, только и слышала о каком-то красавчике, но думала, что это местная звезда. Девушки же продолжали капать слюной на пол, вспоминая внешние достоинства господина проверяющего. И тут мне пришла в голову идея. Ведь ничто не остановит красавиц на пути к вожделенному объекту! А если проверяющего поймать на связи со адепткой, то на законных основаниях его можно отстранить. За аморальное поведение!
Воодушевленная, я подошла к девушкам и мимоходом заметила:
— Я слышала, герои войны любят вспоминать о своих подвигах. Неплохо бы у него взять интервью для реферата. Живая легенда в наших стенах!
На меня посмотрели с подозрением и завистью, что такая интересная идея пришла в голову не им. Ничего, девочки, я сегодня добрая — делюсь!
— Что? — ласково спросила. — У вас разве рефератов не бывает? Или нет местной газеты? Серьезно? Я в студенческие годы две недели носилась за одним таким героем на чемпионате фаерболов. Потом еще неделю, чтобы показать заметку.
Судя по загоревшимся глазам, леди за идею уцепились. Так, пора и мне уже за дело браться.
— Тарриэль Крылья Ветра, — проговорила милым голосом, — она с вами жила? Правда вышла замуж?
— А вы кто?
— Новая преподавательница маскировки. С Тарриэль мы жили по соседству. Вот хотела спросить, как она здесь.
— Тарри три месяца назад удрала, — обиженно протянула эльфийка. — Я думала, мы подруги, а эта выскочка даже меня со своим мужчиной не познакомила. Походила тут, повздыхала, поулыбалась, а потом удрала. И записку нам оставила: мол, девочки, счастья вам, а я уезжаю следом за своей судьбой.
Оп-па, вот вам и тихая, вежливая девочка. Такие как раз полны загадок.
— Неужели даже нового адреса не оставила подругам?
— Забыла она о нас.
— Не захотела мужа с красивыми подругами знакомить, — кокетливо поправляя волосы, подтвердила эльфийка.
— Даже вещи все свои не забрала, так спешила к нему. Нам и книги пришлось за нее в библиотеку сдавать.
— Вещи? Она что-то оставила?
— Да, мы ее барахло в коробку сложили.
— Скажите, а это на вашем практическом занятии сегодня проверяющий был? — неожиданно сменила тему провидица.
— Да, на моем. Так насчет вещей…
— И завтра будет?
— Скорее всего. — Скривившись, попыталась вернуться к прерванной теме. — Наши матери — подруги. Я могла бы забрать вещи и передать ее родным. Они как раз вернулись из путешествия и беспокоятся за дочь.
— Мы вам завтра их занесем. После вашего практического занятия, — закивала эльфийка, с полуслова поняв подругу и как бы ненароком заступая вход в комнату.
Я поняла, что вещи там, но сегодня их точно не увижу.
— Вас же не затруднит представить нас лорду проверяющему? — накручивая на палец локон, спросила провидица. С ее лица даже исчезло недовольное выражение. О, а она хорошенькая!
— Я сделаю это с удовольствием, если вы вспомните еще что-то касаемо Тарриэль. Как давно она познакомилась с мужем? Где? Какой он расы? Сколько ему лет?
— Месяца четыре назад они познакомились, в городе.
— Ходила вся такая загадочная, — кивнула эльфийка. — Мы сразу поняли, что у нее кто-то появился. Но о нем ничего не рассказывала, говорила, не хочет, чтобы мы ей завидовали. Все потом да потом.
— Не поверю, что вы не пробовали за ней проследить.
— Да как проследить, когда у Академии ее всегда экипаж дожидался! Она юрк в него, и только ее и видели.
— Неужели их и в городе никто не видел? — усомнилась я.
— Так тогда каникулы зимние начались, многие разъехались.
— Помнишь, Сана говорила, что видела Тарри в ресторации, в отдельном кабинете с представительным мужчиной? Мы тогда спрашивали ее, но она все отрицала. Утверждала, что Сана обозналась.
— А Сану где можно найти?
— Не знаем, если только в «Огненном фениксе». Ее родители разорились и не потянули обучение. Она тогда пробовала подрабатывать официанткой на каникулах, потом говорила, что скоро разбогатеет, и пропала.
— Пропала? — Я навострила уши.
— Да стыдно было признавать, что ничего не вышло, вот и ушла по-тихому, — пожала плечами эльфийка.
«Ладно, разберемся», — сказала себе. Меня все больше охватывало недоверие. Как можно выскочить замуж после месяца знакомства? Среди нас были приняты долгие ухаживания. Нужно присмотреться к избраннику, его семье. А вот так бросить все, никому ничего не сказав, — это верх безрассудства.
— Вы точно уверены, что Тарри вышла замуж?
— А что ж еще? — удивились девушки. — Кто-то из наших ее в тот день видел уходящей из Академии. Она вся сияла, принарядилась. На вопрос ответила, что сегодня очень важный день.
Больше ничего путного я из них не вытащила. Мне пора уже было на дополнительное занятие с адептами. Пришлось расстаться на этом, договорившись встретиться завтра.

* * *

ХАМСФЕРЖЕНВАЛЬД 

— У меня есть отличная претендентка на это место. Двадцать лет опыта работы преподавателем маскировки, стажировалась в Эльдралионе. А это, сам понимаешь, одно из лучших мест, где готовят специалистов. Принимала участие в Черной войне…
— И как это будет выглядеть? — Виланд сидел в кресле и слушал доносившиеся из распахнутого окна голоса. Шумно, но зато он в курсе всего, что происходит.
— Это будет выглядеть логично и нормально. А с этой…
— Она преподавательница, — сухо сообщил мне Виланд, — подруга моей жены. Тоже укажешь это в отчете? Как обзовешь? Семейный подряд? Попечительство над подружками жены?
Я перевел взгляд от переливающегося портала за окном на Виланда.
— Неквалифицированный работник. Такое объяснение тебя устроит?
— Невозможно за двое суток определить квалификацию. Фиора первые два занятия не выдерживала и убегала со слезами.
— Мне стоит это как-то прокомментировать? Серьезно, что за привычка протаскивать эльфиек на подобную специальность? Почему они, а не их… сильная половина.
— Ну ты же знаешь, что как раз женщины с их терпением способны хоть чему-то научить этих оболтусов. И только они…
— Это был риторический вопрос, — перебил я друга.
Да-да, именно друга. Но о нашем общении практически никто не знал. И император, подписывая указ о моем отправлении сюда, не догадывался, что сыграл Виланду на руку. Не знал об этом и оскорбленный род Шириханов, от невесты которых ректор отказался ради счастья с Фиорой. Но зато приобрел неприятности. Очень много неприятностей. От угроз до желания сместить Виланда с поста ректора АБМ. Хотя лично я не понимал, из-за чего шум. Ну женился на другой, так подыщите своей дочке еще одного жениха. Как будто Виланд — последний василиск на Андорре.
— В общем, Виланд, — продолжил, понимая, что взгляд снова обращается к тому, что творилось за окном, — я бы сказал, что у тебя в Академии все идеально. Ну подумаешь, парни пытаются на женскую территорию проникнуть. Или личные кристаллы с собой таскают. Или по ночам тролли с орками бои без правил устраивают в извечном споре, кто сильнее. Это мелочи. На них и глаза можно закрыть. Но преподаватель, не умеющий правильно подать знания, тем более практические…
— Будем честными, первое занятие сорвалось по твоей вине.
Виланд еще в начале беседы предложил выпить. И теперь широкий бокал треснул и осыпался пылью. Я стряхнул стеклянные крошки с ладони и промолчал. Да, переходить в боевую ипостась было огромной ошибкой. Но сам не понял, как это получилось.
— Я как увидел твоих неучей, валяющихся на траве… Никакой дисциплины.
— Жениться тебе пора. Терпимее станешь, — философски заметил Виланд, видимо, вспомнив, сколько пришлось перетерпеть, пока Фиора ходила беременная. Да, пожалуй, неженатый мужчина этого никогда не поймет.
Вопреки ожидаемому раздражению, внутренний демон довольно заурчал, и в мозгу вспыхнула картина, где так бесившая эльфийка сладострастно извивается под ним на простынях. Хамсферженвальд в смятении бросил взгляд на друга, испугавшись, что тот почувствует направление его мыслей.
— Не пугайся, — примирительно приподнял руку с бокалом василиск, — я тоже думал, что никогда не женюсь и зачем мне это надо, но когда встречаешь свою женщину, мимо не пройдешь.
— Зачем мне жениться на той, что никогда не принесет потомства? — скривил губы высший, а внутренняя сущность настырно подсовывала провокационные картины с участием все той же эльфийки.
Это уже никуда не годилось!
— Налей мне лучше выпить. Бокалы у тебя хлипкие, — раздраженно попросил я. Про себя же подумал, что пора посетить увеселительные дома столицы, которые славились разнообразием выбора. А то с этой работой уже даже пигалицы привлекательными кажутся.
Перед глазами всплыли аппетитные женские округлости в обрамлении эльфийских кружев. Сверху новый преподаватель по маскировке была щедро наделена. Недаром адептов сразили провокационно расстегнутые две проклятые пуговички.
И не только адептов. Очередной бокал треснул в руке.
— Не нервничай, — опять неправильно понял его Виланд. — Уверен, что у тебя не будет повода писать разгромные замечания. Я специалистов вижу за версту. Девочка еще себя покажет.
— Я хочу, чтобы из Академии выходили воины. А не то, что было в последнем выпуске.
— Все хорошо с последним выпуском, — слегка обиделся ректор.
Я покачал головой.
— Ты же сам военный и знаешь, что в итоге с них потом еще три шкуры сойдет, пока они заматереют. Не хочу, чтобы в случае вспыхнувшего конфликта они пошли на корм падальщикам. Раньше в подготовке вы были более требовательны. Расслабились в мирное время.
Друг проглотил неприятную пилюлю, понимая мою правоту. Слишком много смертей вот таких бравых молодых парней мы видели на войне.
— Две недели, — проговорил я мрачно, — две недели, Виланд. Я не буду привирать в отчете. Надеюсь, твой нюх тебя не подводит. Потому что под вопросом твое место.

Глава 5

ДЭРИН 

После дополнительной тренировки я даже не помнила, как уснула. До комнаты-то добралась с трудом. Три часа скакать по лесу вместе с кучей здоровых парней, которым надо одновременно вбить теорию и показать ее на практике… У меня ныли мышцы и мозг. Второй вообще отказывался думать. Я смутно помнила, как ополоснулась под душем, выползла в комнату и уснула прямо в полотенце.
Оттого и проснулась рано утром. В открытое окно потянуло свежим ветерком, стало весьма прохладно. Сначала я нащупала одеяло и закуталась в него, а потом поняла, что заснуть уже не смогу. Тем более внутри стало зудеть: ты тут валяешься, а Хам небось уже рыскает по Академии и думает, как нагадить Виланду.
После такого я и вовсе открыла глаза, села и встретилась взглядом с яркой птицей. Словно кусочек радуги прилетел ко мне на подоконник. Радужная амадина. Птица, обожающая передавать послания. Среди эльфов такой способ общения считался крайне романтичным.
— Так… — пробормотала задумчиво. — От кого ты?
Амадина повернула голову, мигнула ярко-красным глазом и открыла клюв.
За что они и были среди нас популярны, так за внешность и голос.
— Приветствую, Дэрин Цвет Ночи, — раздался нежный голосок. — Хочу сообщить, что буду безумно рад встретиться в пять часов. Надеюсь, сюрприз придется тебе по сердцу и душе. Я сам приеду за тобой.
По завершении послания птица выдала красивую заливистую трель, взмахнула радужными крыльями и улетела, оставляя после себя ощущение приближающегося праздника, чего-то светлого, хорошего.
Я понятия не имела, что меня ожидает и от кого послание. Таких явных поклонников у меня не было, но красивый жест я оценила. Было безумно приятно. Явление амадины зарядило позитивом. Тревоги отошли на второй план, а в душе крепла уверенность, что сегодня меня ожидает потрясающе хороший день.
И я не ошиблась. Мои адепты блестяще прошли практическое занятие, заслужив мое одобрение. И плевать, что Хам хмурился, подозрительно косился в мою сторону и кривил губы. Замечаний от него не поступало!
Да и попробовал бы он придраться! На этот раз мы с группой выступали единым фронтом. Мои распоряжения выполнялись беспрекословно. Больше не было смешков, язвительных замечаний и расхлябанности. Будущие боевые маги были собраны, внимательны и полны решимости утереть нос проверяющему. И нам это удалось. Зря я, что ли, вчера с ними допоздна разбирала их сильные и слабые стороны и повторяла материал?
Поняв, что халявы не будет, а в связи с проверкой можно легко вылететь, потеряв все, они с двойным рвением вгрызлись зубами в гранит науки. Иного от них я и не ожидала, дураков в АБМ не держат.
По окончании занятия я едва держала лицо, чтобы не расплыться в торжествующей улыбке и не дразнить Хама своим сияющим видом, а то он точно нашел бы способ мне настроение испортить.
Когда мы вышли из портала, высший небрежно бросил:
— Сегодня было немного лучше.
Немного?! За это слово, брошенное, как подачка, я готова была вцепиться ему в горло в прыжке, но сдержалась и обернулась к парням:
— Вы молодцы. Не без шероховатостей, но прогресс налицо.
Хам, собирающийся уже уходить, задержался, окинув меня недовольным взглядом. Да пусть сожрут его нарры! Адепты заслужили похвалу.
Ребята заулыбались и вдруг подобрались, прогоняя усталость с лиц, и приосанились. Даже Хам медлил и не уходил, глядя поверх моего плеча. Обернулась, увидев двух вчерашних знакомых, торжественно вышагивающих к нам на каблуках по полигону. Каждая девушка держала на вытянутых руках коробку. Я о них и забыла.
Под столь пристальным вниманием мужских глаз девушки зарделись.
— Мы собрали личные вещи Тарри, — произнесла эльфийка.
— Благодарю, — кивнула я.
— О ком речь? — Высший не был бы собой, если бы не сунул нос не в свое дело.
— Девушки, позвольте представить вам Хам… — запнулась, мысленно проклиная дурацкое имя, и быстро исправилась: — Лорда проверяющего.
— Вы тот самый прославленный Хамсферженвальд Заурронский дель Аби? — восторженно воскликнула провидица, глядя на него влюбленными глазами. Я даже зауважала ее за то, с какой легкостью слетело это непроизносимое имя у нее с языка.
Хам взглянул на девицу благосклонно.
— А можно взять у вас интервью? Я как раз готовлю реферат о битве при Тулоссе, и важен взгляд непосредственного участника событий, героя войны, — выступила вперед эльфийка.
— Я сейчас несколько занят. — Демон оглядел глазеющих адептов и спросил: — Кого ждем? Занятие разве не окончено?
— Они не уходят, не получив от меня разрешения, — заступилась я за них и сказала: — Вы свободны. До завтра.
Нехотя все стали расходиться, заинтересованно поглядывая на красоток.
— Можно взять у вас автограф? У меня как раз с собой книга о ваших подвигах, — продолжила наступление эльфийка, не давая своей подруге и рта раскрыть. Устраняя конкурентку, она с милой улыбкой сунула ей коробку, поставив поверх коробки провидицы и закрывая той лицо. — Подержи минутку. — И достала из кармана широкой юбки книгу, создавая впечатление, что это ее любимое чтиво.
Возмущенная такой подставой, провидица дернулась, верхняя коробка заскользила и перевернулась, роняя на землю несколько конспектов, записную книжку и заколку для волос.
«Негусто», — отметила я, разглядывая все это богатство, и присела помочь собрать вещи.
— Остальные конспекты разобрали, ведь Тарри они уже ни к чему. Там еще платья остались. Мы упаковали, но ведь наряды вряд ли ей нужны, раз она их не взяла? — смущенно произнесла девушка.
Подняв заколку, протянула мне и, когда наши руки соприкоснулись, вдруг изменилась в лице. Взгляд остекленел, и она произнесла:
— Сыро… холодно… кровь… вода капает… Мне страшно!
— Что с тобой? Ты в порядке? — забеспокоилась я, а у самой по спине побежали мурашки.
— У нее видение, молчите! — прошипел Хам, но было уже поздно. Взгляд девушки ожил, и она пришла в себя.
— Так вы дадите интервью? — Провидица как ни в чем не бывало уставилась на проверяющего. Ого, они и правда не помнят то, что предсказывали?!
Тут я слегка растерялась. Эльфийка, судя по всему, тоже не знала, как себя вести. С одной стороны — не мужчина, а мечта. С другой — какое-то предсказание.
Зато высший, кажется, никогда не терялся.
— Я подумаю над этим, — произнес он довольно сухо.
Взгляд его переходил от коробок с вещами на меня и обратно. Такое чувство, что он размышлял, кто больше в приоритете. А поклонниц и вовсе исключил из зоны внимания.
— Идите за мной, — приказал коротко и направился в сторону административной части.
Встрепенувшиеся было девушки быстро сникли: поняли, что обращение не к ним.
Я же мысленно надела высшему на голову ведро с помоями. Нет, ну серьезно! Вот так взять и пойти?
Может, он забыл.
— Тут коробки… — напомнила тактично, глядя в широкую спину.
— Да, возьмите их с собой, — не оборачиваясь, проговорил Хам.
Я глянула на адепток. Так, с ними все ясно: взгляды затуманенные и устремленные пониже поясницы мужчины. Дева Лесная, они на его задницу пялятся! Закатив глаза, поняла: тут все бесполезно. Если хотят обманываться — их право. А по мне, можно быть одновременно и высшим, и редкостной свиньей.
Но не бросать же вещи! Собрала выпавшее на траву, поставила коробки одну на другую и пошла следом за Хамом.
И как на них женщины ведутся, с таким-то обращением? Я понимаю вздохи по эльфийским красавцам — ухаживают так, что можно баллады слагать. А эти? Наверное, в словарь лезут, когда такое слово слышат. Теперь понятно, почему демоны чаще всего хватают избранниц и тащат к себе. Они просто ухаживать не умеют, а наивные дурочки, слушая истории об этом, восхищенно вздыхают: «Какие мужчины!» Дикари!
Хам провел меня в выделенный ему кабинет и устроил форменный допрос насчет Тарри. Пришлось сдать все явки и пароли, то есть рассказать о просьбе маминой подруги и обо всем, что мне удалось выяснить.
Еще больше взбесило, что коробки с вещами меня вынудили оставить в кабинете для изучения. Если они ему так нужны были, сам бы и нес! Унизительно чувствовать себя личным носильщиком этого Хама. Единственное, что не дало сорваться, — осознание, что внезапное исчезновение Тарри не понравилось демону так же, как и мне. Но и это не очень успокаивало, ведь маловероятно, что высший снизойдет до того, чтобы поделиться со мной информацией.
Успокоиться удалось, лишь когда уже шла к себе. В любой ситуации можно найти плюсы. Если история заинтересует Хама, то с его связями и возможностями найти Тарри будет легче простого.
— Леди Дэрин, у нас сегодня дополнительные занятия будут? — обратился ко мне дожидающийся на улице адепт Гнырр.
— Сегодня нет, отдыхайте. К тому же завтра у вас день самопознания, занятий у нас нет. Если нужно, можно будет собраться завтра.
— Нужно, — убежденно кивнул тот, а мне стало приятно, что мои вчерашние замечания и советы оценили.
— Хорошо, позже согласуем время.
Ко мне опять вернулось хорошее настроение. Еще нужно подготовиться к встрече с загадочным незнакомцем. Утренний сюрприз от него мне понравился, и все указывало на то, что остальные буду не менее приятными. И вообще, мужское внимание всегда тонизирует, и сегодня хотелось выглядеть особенно хорошо. А это, как известно, требует времени.

* * *

К назначенному часу, разнося за собой шлейф Дорогих изысканных духов, я подошла к главным воротам. Еще издалека было слышно, как привратник с кем-то спорит и отказывается кого-то позвать. Его «Не положено!» я запомнила надолго. Подойдя чуть ближе и увидев сквозь решетку золотистые локоны стоящего посетителя, не поверила глазам своим.
— Ирр!!! — забыв обо всем, воскликнула я, бросаясь вперед. Из всех моих знакомых только у него были такие волосы, цвету которых завидовали многие модницы, но даже с помощью магии не могли добиться подобного оттенка.
— Дэри! — радостно откликнулся друг.
Но тут путь мне заступил привратник со своим:
— Не положено. Пропуск!
— Ой! — сбилась с шага я. Со всеми волнениями так и забыла оформить себе пропуск на выход.
— Ирр, извини, пропуск забыла. Я сейчас!
— Для меня ожидание тебя — счастье, — галантно ответил он.
У меня внутри вспыхнуло маленькое солнце, и даже недовольная физиономия привратника не могла испортить настроение. Я ему лучезарно улыбнулась и тихо проговорила:
— Пять минут, и вы не сможете больше меня удерживать.
Судя по лицу блюстителя врат, он безумно ждал этого момента. Наверное, запомнил, как я пыталась удрать в город за вещами.
К счастью, Виланд еще был на месте, хотя уже и собирал бумаги. При виде меня, красивой и надушенной, чуть приподнял бровь и проговорил:
— Леди Дэрин, чем обязан визиту? Вы… хорошо выглядите.
Всего-то?
— Мне нужен пропуск для выхода за территорию Академии. Я же здесь не в тюрьме? — последнюю фразу произнесла с несколько вопросительной интонацией.
Ректор продолжал смотреть со все растущим подозрением. Я вздохнула и пояснила:
— Не собираюсь от вас сбегать, честно. Хаме… тьфу, высший не только вам дорогу перешел! Он мои знания подставил под сомнения! Мне необходимо развеяться и успокоиться, тем более приехал мой друг детства.
Подозрение во взгляде Виланда стало просто зашкаливающим.
— Это мужчина?
— Ну да. Иррилий Мощь Ветра. Кажется, он… дипломат?
Тут надо сказать, что в политике я разбиралась совсем слабо, как и в государственных проблемах. Мне было банально неинтересно. Я знала, что на данный момент конфликты сосредоточились в южной части нашего континента и носят вялотекущий характер. На этом мои познания заканчивались. Я не понимала, когда на светских вечерниках или милых семейных застольях поднимались споры на подобную тему. От моего мнения ситуация в государстве не изменится, так к чему рвать глотку?
Поэтому я с удивлением посмотрела на вытянувшееся лицо Виланда.
— Иррилий…
Тон ректора заставил насторожиться.
— Что не так?
На меня смотрели как на единорога, который решил принять участие в оргии.
— Друг детства… — Виланд как-то обреченно махнул рукой и достал из ящика кристалл ярко-синего цвета, похожий на крохотную красивую бабочку.
— Ваш пропуск, леди Дэрин. Преподавателям разрешено выходить и возвращаться на территорию Академии в любое время суток. Исключение — учения, во время которых запрещено покидать АБМ. Еще вопросы?
— Вам не нравится, что я отправляюсь на свидание? — спросила напрямую.
— Этот Иррилий — жених, о котором мечтают девушки всех рас на нашем континенте и на соседних. И он ваш друг детства.
— Эльфы всегда были объектом восхищения.
— Идите, леди Дэрин, идите.
Виланд разглядывал меня так, словно я стояла перед ним и говорила, что ухожу в декрет. Смешно, честное слово.
— Спасибо, — поблагодарила и добавила: — Я свое место не оставлю. И не надейтесь, ясно? Это уже… дело чести.
— Честь — это хорошо, — только и сказали мне.
Прилепив к груди пропуск, напоминающий изысканное украшение, я поспешила обратно. И так уже минут десять потеряла вместо пяти.
На Хама я наткнулась в районе центральной аллеи. Той самой, где стояли каменные фигуры «врагов» ректора. Хорошая, кстати, страшилка, умелая. Посмотришь на перекошенные лица и правда начнешь верить, что это Виланд обратил их в камень.
А вот меня в камень едва не обратил взгляд высшего. Возможно, его оскорбил вид донельзя довольной преподавательницы. Я понимаю: слишком торопилась, слишком широко улыбалась и слишком нарядилась. Несомненно, три ужасно тяжелых проступка. Судя по тяжелому взгляду господина Хама, я должна была сейчас сидеть в комнате и зубрить сто десять правил мастера маскировки.
Но вместо этого я пролетела мимо, обдав его легким ароматом эльфийских духов «Душа Аории». Цена бешеная, пузырек крохотный, да еще выточенный из бриллианта. Неудивительно, что я тряслась над каждой каплей. И последний раз пользовалась месяца три назад при попытке сходить на свидание вслепую. В итоге вместо изящного эльфа пришел орк, при виде которого я развернулась и бежала до тех пор, пока он, обалдевший от прыти, не отстал.
— Леди Дэрин! — низкий хрипловатый голос ударил в спину, когда я уже решила, что высший пойдет себе дальше.
— Так вот в каком виде вы проводите дополнительные занятия, — с презрением заметил демон, оглядывая меня с головы до ног и давая понять, что каждый мой шаг в Академии ему известен. — Считаете, что это достойный вид для преподавателя? Больше похоже, что собрались на свидание. Соблазн сомнительными прелестями ныне в арсенале молодых специалистов?
В начале его речи я вспыхнула под раздевающим взглядом, не пропустившим ни единой детали моего туалета, но потом побелела от оскорбления и растянула губы в улыбке.
— С прискорбием должна признать, что хорошая наблюдательность не всегда способствует правильным выводам, и даже «легендарные» личности этому подвержены. Наверное, возраст дает о себе знать. — Я сладко улыбнулась лорду проверяющему, бросая на него ехидный взгляд. — Вы правы в одном — у меня свидание. Я помню о своем высоком звании преподавателя, и можете не беспокоиться, соблазняю прелестями лишь за стенами Академии.
Гордо вскинув голову, прошла мимо него, покачивая бедрами, и свернула к главной аллее. Спину прожигал тяжелый взгляд, но я не оглянулась, до самых ворот сохраняя величественную осанку и игривую походку соблазнительницы, вышедшей на охоту.
Лишь продемонстрировав пропуск на выходе и преодолев высокие стены Академии, расслабилась и, взвизгнув от радости, повисла на шее у Ирра.
— Глазам не верю! Откуда ты здесь?
— Поехали, я все расскажу. — Друг детства ласково улыбнулся и с нежностью заправил мне за ухо выбившуюся из прически прядь.
— Куда едем?
— В самый лучший ресторан. Нашу встречу нужно отпраздновать.
— А давай в «Огненном фениксе»? — предложила я, вспомнив о Тарри. Как раз спрошу, работает ли еще у них Санна. Если повезет, расспрошу ее о пропавшей девушке.
Если Ирр и удивился, то никак этого не показал.
— Твое желание для меня закон, — галантно произнес он и подвел к экипажу.
Во время поездки ни о чем серьезном не говорили. Я не могла наглядеться на друга детства. Он возмужал, стал шире в плечах, но до сих пор оставался самым красивым мужчиной из всех, кого я знала. Счастливая улыбка не сходила с моего лица, а Ирр делал мне комплименты, откровенно любуясь. Давно уже я не чувствовала себя такой привлекательной.
К счастью, «Огненный феникс» оказался дорогим рестораном с приличной публикой. Озвучивая свою просьбу, я не подумала и, окажись это заведение забегаловкой, сгорела бы со стыда. Мне повезло. При виде нашей пары метрдотель вытянулся и расплылся в улыбке.
— Счастливы принимать вас у нас! Проходите. Для вас лучший столик.
Вряд ли моя персона вызвала у него такой восторг, и я покосилась на Иррилия. Конечно, он королевского рода, но в очереди на престол девятый, и я не подозревала, что друг так известен в столице.
— Лучше нам отдельный кабинет.
— Конечно, мы обещаем вашей даме полную конфиденциальность. — Метрдотель бросил на меня хитрый взгляд, чем покоробил. Это он на что намекает?!
— Нам с моей невестой хотелось бы избежать лишнего внимания, — ледяным тоном произнес Ирр, уничтожая гневным взглядом. — Дорогая, ты уверена, что хочешь здесь остаться?
Метрдотель был потрясен не меньше меня. С трудом удалось утвердительно кивнуть.
— Конечно-конечно! Мы все понимаем. Для вас лучший кабинет! — Перед нами согнулись в подобострастном поклоне и поспешно пригласили следовать за собой, пока мы не передумали. И оглядывались раз за разом, проверяя, идем ли мы.
— Ирр, ты занял трон, пока мы не виделись? — шепотом спросила у друга, когда нас разместили и оставили одних. — Откуда тебя все знают?
— Всего лишь провел удачные переговоры, уладив конфликт, но император оценил мои заслуги, а газеты и вовсе преувеличили их. Ты ничего не слышала?
— О, прости! — Мне стало стыдно. — Я не интересуюсь политикой и в последнее время была несколько занята, чтобы читать газеты.
— Для мечтающей выйти замуж за народного героя удивительно не интересоваться новостями империи, — несколько обиженно произнес Иррилий.
— Сколько лет назад это было! Я же ребенком тогда была и говорила глупости. — Рассмеялась и вдруг испугалась от пришедшей в голову мысли. — Подожди, если ты теперь так известен, то новость о появившейся у тебя невесте разлетится со скоростью пожара!
— Я был бы счастлив, — мягко улыбнулся мне Иррилий, действительно не выглядя испуганным.
— Ирр, я не шучу!
— Я тоже. — Мою ладонь накрыли его пальцы, а взгляд синих, как летнее небо, глаз стал серьезным. — Дэрин Цвет Ночи из рода Айбихан, ты выйдешь за меня?
— Комплимент от ресторана. Наше лучшее вино!
Появившийся официант избавил меня от ответа и дал перевести дух.
— Благодарим, — сдержанно ответил друг, нехотя отпуская мои пальцы, и подождал, пока вино разольют по бокалам.
— Вы готовы сделать заказ? Могу предложить…
— Чуть позже. Мы позовем.
Официант поклонился и оставил нас одних.
— Ирр, не шути так! Иначе вскружишь девушке голову.
Я улыбнулась — иначе как шутку его слова не воспринимала. Ну не мог же он говорить серьезно, мы не виделись столько лет.
— Дэри, какие шутки? — не поддержал меня друг. — Я о тебе с детства мечтаю и однажды заявил о своих намерениях. Ты же вздернула свой прекрасный носик и ответила, что выйдешь замуж лишь за героя.
— Да-да, мне нравилась форма у военных, и медали на их груди сверкали красиво.
— Неважно. Я герой, медали у меня тоже есть, и если бы знал, что они играют решающий фактор, надел бы парадный мундир. Какой твой положительный ответ?
— Ирр, ты не можешь говорить это серьезно! — засмеялась я, смущенно прикрывая ладонью глаза.
— Могу и говорю. Твои родители одобрили наш брак.
Упоминание родных заставило меня убрать ладонь и удивленно посмотреть на Иррилия.
— Дэри, — он опять завладел моей рукой и чуть сжал, — я с ума по тебе сходил, еще когда ты была ребенком. А сейчас ты красавица, и я хочу заявить о своих намерениях, чтобы иметь полное право ухаживать за тобой и всем с гордостью представлять свою невесту.
У меня голова пошла кругом. Иррилий, предмет моих девичьих грез, на полном серьезе предлагал стать его женой. Это было невероятно после всех моих неудачных свиданий и полного штиля в личной жизни.
— Я не думала пока о замужестве, — в замешательстве произнесла в ответ, и тут же захотелось откусить себе язык. Дура!
— Я и не тороплю тебя. — Ирр мягко улыбнулся, поглаживая мои пальчики. От этой ласки и ожидания в его глазах я затрепетала. — Просто не хочу больше ждать. Желаю ухаживать за тобой, завоевывая место в твоем сердце. Мои чувства прошли испытание временем, и любовь лишь крепла. Твое «да» сделает меня самым счастливым на земле. Дэри, ты осчастливишь меня?
В этот момент он был открыт передо мной как никогда, и сердце от одного взгляда на него замирало. Он всегда занимал особое место в нем. Я его любила, восхищалась, боготворила. Уверяла себя, что это детское увлечение и пройдет, но стоило нам вновь встретиться, как прежние чувства ожили.
— Да, — еле слышно выдохнула я.
— Дэри…
От его счастливой ответной улыбки мне захотелось взлететь.
— Тогда за нашу помолвку! — Он поднял бокал.
Мы пригубили вина, не сводя друг с друга взглядов. Еще не верящих, что теперь мы пара, но радостных. Я чувствовала, что сделала правильный шаг, и испытывала невероятную легкость и подъем. Иррилий, видимо, тоже, так как признался:
— Не поверишь, у меня был план. Я собирался осторожно намекнуть тебе о своих намерениях, но увидел и потерял голову.
— Чувствуется влияние военной службы: молниеносная атака и победа.
— Это самая важная победа в моей жизни. — Привстав, Иррилий поцеловал мои пальчики.
А дальше нас ждал замечательный ужин. Мы много смеялись, вспоминали детство, Иррилий рассказал, что еще тогда решил завоевать мое внимание и все его достижения посвящены мне. У меня кружилась голова, и никогда прежде я не чувствовала себя такой счастливой. Едва не забыла спросить про Санну, вызвав удивление Ирри. Но успокоила его, сказав, что это бывшая адептка, которая бросила учебу.
Но Санна и правда уже здесь не работала. Администратор — худощавый светловолосый демон — любезно сообщил, что Санна в один прекрасный день просто не вышла на работу. Прислала на его личный кристалл сообщение о том, что уезжает в другую страну, без уточнений. Ее уволили за нарушение режима. Я лишь вздохнула и поняла, что ниточка оборвалась.

Глава 6

Не желая расставаться, после ресторана мы решили немного прогуляться пешком.
Гулять по Оноре одно удовольствие — широкие улицы, открытые кафе и множество парков с белыми тропинками и фигурно подстриженными кустами. По вечерам, когда спускались сумерки, купола административных зданий начинали светиться бледно-сиреневым и розовым, а в кустах, словно множество светлячков, загорались искусно спрятанные фонари.
Неудивительно, что мы с Иррилием не торопились расстаться и наслаждались теплой безветренной погодой. Придерживая меня под руку, друг детства рассказывал забавные случаи из времен его учебы в ЭУД — Эльфийском Университете Дипломатии. Оттуда выходили лучшие.
Длинная пешеходная улица была полна народу. Проходя мимо изящного трехэтажного дома с окнами, подсвеченными красным, я увидела небольшую группу орчанок с транспарантами. И кучей пирсинга на самых странных местах. Впрочем, слабость к тату и подобным видам украшений у всех орков была в крови. Тролли-то предпочитали клыки сверлить, а эти порой напоминали позвякивающие недоразумения.
— Опять… — вздохнул Ирри, а я хмыкнула.
На транспарантах, развернутых орчанками, пламенело огромными буквами: «Свободу угнетенным», «Скажи „нет“ мужику», и просто изюминка в кексе — «Гетера, сорви оковы».
Всего семь митингующих женщин создавали просто неописуемый шум и ажиотаж. Их обходили стороной, как, впрочем, и здание, где посверкивала вывеска с женским силуэтом и надписью: «Дворец наслаждений». В империи Асдор профессия гетеры была узаконена. Они платили страховые отчисления, и им назначалась официальная пенсия.
Я даже шаг замедлила, наблюдая, как орчанки продолжали скандировать, а прохожие старались проскочить мимо, ворча что-то про «идиотские демонстрации». Увы, все законно.
— Да вы задолбали! — раздался женский вопль, и из окна второго этажа выглянула прехорошенькая девушка с характерными для наги желтыми раскосыми глазами. — Идите вон, дуры! — продолжала она. — Вы нам всех клиентов распугаете!
— Одумайся, сестра! — заорала одна из орчанок. — Сбрось оковы!
— Какие оковы?! — завизжала желтоглазая. — Убирайтесь прочь отсюда!
На третьем этаже оказались менее многословными и более продуктивными: просто швырнули вниз горшок с цветком. Тот едва не задел группу митингующих, упал и всех вокруг обсыпал комочками земли.
— Я охрану вызову! — продолжала желтоглазая, на что одна из орчанок гаркнула:
— Заткнись, раба мужская, у нас разрешение. Сбрось оковы!
— Да на, подавись!
И из окна этажом выше вылетели наручники и приземлились на мостовую. Народ вокруг захохотал.
— А умно делают девицы, — пробормотал Иррилий, явно с трудом сдерживаясь от смеха, — сейчас скандал начнется, и придется дамам сворачивать свои протесты.
— Они уже здесь, — кивнула я на пару троллей в темно-синих мундирах, не спеша, словно надеясь в душе, что все само рассосется, направлявшихся к группе демонстрантов.
Но ситуация не рассасывалась, а лишь накалялась. Еще — как нарочно — открылись темно-красные двери Дворца наслаждений, и оттуда вышли двое: гном, что поперек себя шире, и… высший.
Я аж поперхнулась и закашлялась, глядя на Хама собственной персоной. И не только я. Обрадованные появлением «мерзких мужчинок», орчанки с боевым рыком шагнули к ним, выставив перед собой транспаранты.
Вот самоубийцы! Не успела я испугаться за женщин, как среди них произошла мгновенная метаморфоза. Они как шагнули, так и дружно развернулись на сто восемьдесят градусов.
— Леди Шарокка! — голос Хама ножом прорезал весенний воздух.
Одна из орчанок вздрогнула и даже чуть прибавила шаг.
— Леди Шарокка, а ваш муж в курсе, чем вы занимаетесь, пока он в северных землях сражается за покой и мир континента? А леди Агрыха что тут делает? У вас двое маленьких детей. Кстати, вы в курсе, что демонстрации следует немедленно прекратить, если рядом начинают возмущаться вашей деятельностью?
Протестующие перешли на откровенный бег. Семь здоровенных орчанок, позвякивая пирсингом и вполголоса изрыгая матерщину, пронеслись мимо нас с Иррилием. Гном же, стоявший за спиной Хама, выдвинулся вперед, выпятил грудь и молодецки ухнул. После чего, негромко мурлыча, неторопливо направился в противоположную сторону.
Хам же медленно отвел пристальный взгляд от демонстранток и… наткнулся на меня. И, несмотря на то что стояли мы довольно далеко, я прямо ощутила всплеск удивления, идущий от мощного тела высшего.
— Ого! Это же Хамсферженвальд Заурронский дель Аби.
Иррилий чуть кивнул Хаму, пока я переживала очередное унижение. Ну как так-то?! Все его имя произносят, а у меня язык в узел завязывается.
— Ты его знаешь?
Пришлось едва ли не самой разворачивать Иррилия в другую сторону и уводить прочь. Спину опять начало припекать. Точно высший Хам смотрит и тихо негодует. Как смеет преподаватель гулять, а не учить адептов? Просто фу-фу-фу.
А сам-то! На нем проверка Академии, а он по дворцам наслаждений расхаживает. Или их тоже инспектирует? Я так и представила, как он выстроил в ряд жриц любви и отчитывает за то, что их сомнительные прелести не способны завлечь клиентов.
— Мы с ним не представлены, но, узнав, что он сейчас здесь, хотел проконсультироваться по одному вопросу. — Ирр оглянулся назад, но демона и след простыл.
Мы вышли на пересечение улиц и свернули, но я так и не успокоилась, преследовало ощущение чужого взгляда. Незаметно покрутила головой, но никого подозрительного не обнаружила, лишь недалеко в кустах белел поспешно брошенный транспарант с призывом «Сорви оковы!».
— Вопросу? — переспросила.
— Он касается предстоящей миссии в Игенборг.
— Чем тебе этот Хам может быть полезен? — фыркнула я и тут же смутилась под удивленным взглядом Ирра. Только тогда поняла, что вслух сократила имя демона.
Он хотел что-то сказать, но посмотрел вперед и расплылся в улыбке. Я же, бросив взгляд туда же, помрачнела. С независимым видом нам навстречу шел высший собственной персоной, и что-то мне подсказывало — он слышал мои слова.
Как я ни старалась замедлить шаг, Иррилий как будто не замечал этого, радостно устремившись вперед. Промелькнула мысль, что с таким же энтузиазмом бабочка летит к огню, и ведь не объяснишь ей, что это смертельно опасно.
— Леди… — Демон насмешливо склонил голову в приветствии, игнорируя восторженный взгляд моего спутника.
— Вы знакомы?! — удивился Ирр.
— Это наш проверяющий в Академии, — призналась нехотя.
— Иррилий Мощь Ветра. Рад встрече!
Ирр протянул руку, представляясь, а демон ее со всей силы сжал, оскалившись в улыбке.
— Хамсферженвальд Заурронский дель Аби.
— Я знаю, наслышан о вас. Для меня знакомство с вами честь, — не обращая внимания на излишне крепкое рукопожатие, с улыбкой произнес Ирр.
— Я тоже о вас наслышан. Говорят, вы скоро собираетесь в Игенборг?
Мои щеки порозовели при мысли, что он опять стал свидетелем того, как я сокращаю его имя.
— Да! Как хорошо, что мы встретились. Я как раз хотел уточнить у вас, по какой причине вспыхнул конфликт в прошлый раз. У кого из участников событий ни спрашивал, ясного ответа не получил. Хотелось бы не повторять старых ошибок.
— Уверен, такой непревзойденный дипломат, как вы, не допустит провала новой миссии. Всего-то и надо будет оплодотворить женщин из гарема акифа. У них это считается хорошим тоном. Они живут обособленно и ценят вливание свежей крови. Женщины у них, правда, очень страшные, даже бывалые воины не смогли себя пересилить, но не зря же говорят: «Там, где потерпят поражение военные, дипломаты одержат победу».
Иррилий пропустил насмешку мимо ушей, что-то обдумывая.
— Это должен сделать только глава миссии?
— Хотите взять эту почетную обязанность на себя?
— Моя невеста этого не одобрит, — усмехнулся Ирр, бросив на меня ласковый взгляд. Я же поежилась под тяжелым взором демона. — Всего лишь думаю, кого назначить руководителем миссии.
— Данной чести удостаиваются все гости. С ними своими женщинами делится уже не акиф, а его приближенные. И я бы не советовал вам объявлять о появлении у вас невесты. У этих варваров принят обычай обмена, так что позвольте предупредить: когда акиф решит посетить империю с ответным визитом, вы будете обязаны поделиться с ним своей женщиной.
И пока мы в немом изумлении переваривали эту новость, высший имел наглость обратиться ко мне:
— Цветочек, время позднее, пора возвращаться в Академию. Комендантский час не только для адептов, но и для преподавателей.
— Как вы назвали мою невесту? — вскинулся Иррилий.
— Невесту? Не слышал никаких объявлений об этом.
— Я только сегодня имел честь получить ее согласие.
— Оу, в свете предстоящей поездки в Игенборг я бы не спешил объявлять об этом. Или ваша невеста готова к последствиям? — Демон пронзил меня издевательским взглядом.
— Этот вопрос мы решим без вашего участия, — холодно ответил Ирр. — И свою невесту я сам доставлю в Академию.
— Не успеете.
— Успеем.
— Уверен, к вашему возвращению ворота будут закрыты. — Только глухой не услышал бы в голосе Хама обещание пополам с угрозой. — Если же решите переночевать в городе, мне придется в своем отчете поднять вопрос о моральных качествах нового преподавателя и о том примере, который подают адептам.
Я с силой стиснула зубы, представляя тысячу и один способ умерщвления негодяя, но своими следующими словами он меня заставил придумать еще сотню.
— Так вас перенести в Академию, Цветочек?
— Я против такого обращения к моей невесте! И в столице запрещены перемещения порталами.
— Император, зная о моей нелюбви зря терять время, сделал для меня исключение. А с вашей невестой у нас тесное сотрудничество, и мы по-дружески сокращаем имена в общении. Цветочек сама настояла на этом. Но я согласен перейти на официальное обращение, как только она назовет меня полным именем.
Мужчины в ожидании посмотрели на меня, а я… Демон! Он ведь знал, что я не смогу, и торжествовал.
— Хам… — начала я и… сдалась.
Остальная часть имени привычно стерлась из моей памяти. Как же хотелось сказать: «Хамло!» Едва сдерживаясь, повернулась к жениху:
— Ирр, я ценю дружеское отношение лорда проверяющего и позволение называть его Хамом.
«Это так отвечает его истинной сущности», — мысленно добавила я.
— Теперь я понимаю, — медленно произнес Иррилий, видя бешенство в моих глазах, и уже совсем иным, колючим взглядом посмотрел на высшего, а потом взял мою руку и поднес к губам. — Не буду тебя задерживать, встретимся завтра.
— До завтра! — Я улыбнулась другу, радуясь, что он правильно понял ситуацию.
Нехотя шагнула к демону, а он, бросив издевательский взгляд поверх моей головы, неожиданно обнял меня.
— Да что вы себе…
Не успела возмутиться, как вокруг нас вспыхнул портал.
— …позволяете!
Мы уже стояли перед воротами Академии. От резкого перехода закружилась голова, взбунтовались внутренности. Меня повело, и, если бы не поддержка Хама, я бы точно упала.
— Не стоит благодарности, — насмешливо отозвался демон, пока я, стиснув зубы, глубоко дышала, прогоняя тошноту. Казалось, что меня разобрали на части, а потом собрали заново, и не совсем в правильном порядке. Ноги ослабли и подкашивались.
Да что б я еще раз согласилась перемещаться порталами демонов… Пусть хоть десяток докладных пишет!
— С непривычки возможно головокружение, — запоздало предупредил высший. — Могу, конечно, убрать руку, но тогда вы окажетесь у моих ног. Желаете?
— …
Я недовольно сопела, сглатывая ком в горле.
— Рад, что вам не чуждо благоразумие.
Не дав мне восстановиться, демон зашагал к воротам Академии, держа меня практически на весу. При этом его рука мистическим образом переместилась с талии мне под грудь.
— А то я засомневался, услышав о вашей поспешной помолвке. Знаете, даже если все настолько плохо, не стоит соглашаться на первое попавшееся предложение.
Он сказал это таким тоном, как будто я приняла предложение какого-то проходимца.
— Да по какому праву?! — разъярилась я, но из-за слабости голос был тихим, как у котенка.
А тут мы еще дошли до привратника, который смотрел на нас округлившимися глазами.
— На ногах не стоит. Нужно помочь дойти, — доверительно объяснил демон мое нахождение в его руках.
Я сразу почувствовала себя подростком, перебравшим крепких напитков, и теперь более старший товарищ тащит его домой. Да как он смеет гробить мою репутацию!
— Он меня порталом перенес! — пожаловалась я, но мы уже шагали дальше, а привратник провожал меня таким взглядом, что даже вспоминать не хочу. — Вы это специально делаете?! — разъярилась, изворачиваясь из-под руки Хама, но каблук подвернулся, и я чуть не упала, ухватившись в последний момент за конечность каменного чудовища.
— Что именно? — делано удивился демон.
— Зачем вы сказали, что я на ногах не стою?
— А разве это не так? Леди, перестаньте буянить и дайте вам помочь, — раздраженно произнес высший и опять сграбастал меня, прижимая к себе.
Я готова была взвыть. Привратник даже из своей сторожки вышел, чтобы на нас посмотреть. Не желая устраивать представление, не стала больше вырываться, лишь прошипела:
— Так помогайте! Между прочим, мне плохо из-за вашего портала, а вы создаете у окружающих неверное впечатление, будто я пьяная. Завтра в докладной на меня напишете, что буянила на территории Академии?
— Неплохая идея. Между прочим, еще проверить нужно, сколько вы выпили, раз согласились на поспешную помолвку. Разве у вас не приняты долгие расшаркивания? Благодарите судьбу, что эльфу в Игенборг нужно и о вашем позоре никто пока не узнает.
От возмущения я чуть не потеряла дар речи.
— Поспешную?!
— А как же иначе? Переговоры длились несколько лет, и в столицу он вернулся недавно, — выкладывал свои умозаключения демон, бодро вышагивая по аллее.
— Я с детства Иррилия знаю! Да какое вы имеете право меня судить?!
— Он вам совсем не подходит! — отрезал высший.
— Меня ваше мнение не интересует. Это уже не вам решать! — зло процедила в ответ.
В полнейшем молчании меня доставили до входа в общежитие и отпустили.
— Посмотрим, Цветочек, — с угрозой бросил демон и ушел, заставив в полнейшей растерянности пялиться вослед. Какое ему дело? Что он вообще хотел этим сказать?!
Хам!

* * *

Объявлять войну высшему я не собиралась. Суицидом не страдала. Но оставить просто так его обращение тоже не могла. А вдруг он начнет называть меня Цветочком при адептах и во весь голос? Тогда проще сразу упаковать вещи и уезжать, потому что уважения я точно не дождусь. Еще и слухи могут поползти нехорошие.
В свою комнату входила, сжав кулаки и бормоча под нос проклятия. Была бы магом — летели б искры. Хорошо еще, никого не встретила на пути: в преподавательском крыле предпочитали ложиться рано, а некоторые ночевали с семьями, в городе.
Счастливые!
Платье отправилось на вешалку, под тонкий чехол, изящное колье и серьги — в шкатулку, что нашла место на столике у зеркала. Там же замерли флакончики с духами и еще множество любимых женских безделушек. Я уставилась на свое отражение, потянулась за щеткой. Расчесывать волосы мне нравилось. Глядя, как темно-золотистые пряди скользят между зубьев, укладываются на плечи чуть волнистыми прядями, я успокаивалась. Своего рода медитация.
Вот так… вдох и выдох, привычные движения рукой с зажатой в ней щеткой.
Наконец волосы окутали меня как золотистое волшебное покрывало. В розоватом свете небольшой лампы они даже слегка искрились.
Я спокойна. Я сгусток света. Я хороший преподаватель. Я мастер маскировки.
Я сумею выговорить трижды проклятое демонское имя, чтоб его нарры всей стаей любили.
Медитация давалась не очень… Перед глазами то и дело всплывала донельзя самодовольная рожа высшего, а в ушах звучал голос: «Посмотрим, Цветочек».
— Хамсва… — начала я урок. — Хамсве…
Провела языком по зубам, пожалела, что нег тренажеров для трудных имен.
Так, еще раз глубокий вдох и…
— Хасфережне… а-а-а!
Проглотила свой же вопль. Нет, не сдамся. Я эльфийка. Я умная, хитрая и так далее.
— Хамасфе… нарры тебя дери!
Час. Целый час я стояла перед зеркалом. И с каждой минутой отражение становилось все более озверевшим. В конце концов оно сделало вид, что сжимает руки на чьей-то мощной шее. Ох, как же я была с ним солидарна!
— Хамсфере…
Уже лучше. Мой двойник в зеркале перестал душить невидимого высшего и одобрительно закивал.
— Хамсферженвальд. Ура!
Да, да, да! Я это сделала! Пусть попробует меня назвать Цветочком!
— Не-е-ет, лорд высший, — пропела я, подмигивая отражению, — думали свое настроение на беспомощной девочке срывать? Нет уж, не на ту напали.
— Хамсферженвальд, — повторила, следя за языком, — Хамсферженвальд, Хамсферженвальд. Да это просто языковая йога какая-то!
На всякий случай я еще полчаса репетировала, проговаривая его имя на все лады и с разной интонацией, пока отражение не сделало вид, что сейчас упадет в обморок. Согласна, сегодня высшего было слишком много.
Но для меня он все равно останется Хамом.
С победным чувством я залезла под одеяло с личным кристаллом в руках. Пока тренировалась перед зеркалом, краем уха слышала позвякивание пришедшего сообщения.
Так и есть. Стоило произнести слово разблокировки, как из кристалла появилось объемное изображение ореллии — одного из красивейших местных цветков. И послышался голос Ирри.
«Дэри, я безумно рад, что ты согласилась. Предлагаю увидеться завтра, после твоих занятий. И видеться как можно чаще, пока я в Оноре. Не знаю, как проведу три месяца вдали от тебя, но постараюсь напоминать о себе почаще. Завтра в городе фестиваль невест, как насчет того, чтобы прогуляться вместе?»
Я не против, я еще как не против. Стопроцентно мне нужна будет разрядка после занятий в компании с высшим. Рядом с Ирри я хотя бы расслаблюсь. И буду наслаждаться компанией нормального мужчины, а не этого проверяющего с задатками садиста-тирана.
Все, спать. Я отправила ответ в виде воздушного поцелуя и обещания, что буду свободна часам к шести. После чего укрылась, счастливо вздохнула и заснула. Главное — не обращать внимания на имя демона, которое до сих пор звенело в ушах. И на тот факт, что он воспользовался моим замешательством от встречи и обвел меня вокруг пальца насчет комендантского часа.
И почему-то совсем немного свербело оттого, что наглое Хамло ходил в бордель.

Глава 7

ХАМСФЕРЖЕНВАЛЬД 

Я просто кожей чувствовал ярость Дэрин, когда она удалялась от меня. Казалось, эльфа с трудом сдерживалась, чтобы не перейти на бег. Или чтобы не обрушить на меня поток брани. Молодец, сдерживается. Как и я.
Внутренний зверь ворчал и требовал хватать и волочь подальше от всех. Налет цивилизации твердил, что так дела не делаются. Тем более с эльфами. Тем более я пока не знал, что делать. Одновременно хотелось и придушить Дэрин, и заласкать. Чтобы из глаз ушла ярость, сменившись страстью.
Неладное я заметил уже в борделе. Арлисса — его хозяйка и моя старая знакомая — показала самых красивых «девочек». Чего стоила одна только рыжая шевелюра человечки или грудь четвертого размера у наги, чьи волосы были заплетены в сотни мелких косичек. Прежде бы я взял их обеих на пару часов. Теперь же посмотрел и едва не скривился. Нет, красивые, аккуратные и… никакие.
Сладкие духи раздражали, куча украшений тоже. Невольно вспомнился едва уловимый аромат, когда мимо меня прошла Дэрин. Легкая и воздушная, в платье, от которого кровь вскипела внутри. Только чертовы эльфы могли выглядеть одновременно и пристойно, и так, что вскипала кровь.
Прежде на их расу я так не реагировал. Эльфийки по натуре довольно прохладные создания, предпочитают, чтобы за ними красиво ухаживали. Порой это может растянуться на долгие годы. В то время как у высших все просто: чуешь свою женщину — бери ее. А потом уже доказывай и любовь, и все остальное. Главное — забрать. Внутренняя сущность всегда требует добычи.
Что такого в этой Дэрин? Симпатичное личико? Глаза, цвет которых заставлял вспоминать горные озера? Я как-то сразу заметил их, едва она вошла в кабинет Виланда. Или бешеное упрямство?
Точнее — упорство.
Вот оно меня как раз и злило, и восхищало. Молодой специалист на такой ответственной должности — это ужасно в первую очередь для адептов. Чему Цветочек может их научить?
Но, нарры меня подери, учила же! И держалась, несмотря на все мои усилия сбить ее с толку, вывести из себя. Моральный прессинг на леди Дэрин не срабатывал.
Теплая ночь за окнами Академии пахла весной и духами эльфийки. Вот дались они мне!
А еще там слышались шаги. Женские, легкие и осторожные. И кто это почти в полночь решил пробраться к домику для гостей? Случайных прохожих тут быть не могло. Дом стоял в глубине сада Академии, адепты сюда старались не забредать.
Я чуть потянул воздух: опять духи! Но более сладкие, хоть и приятные.
Ждать посетителя пришлось недолго: буквально через минуту в дверь осторожно поскреблись.
— О! — сообщила оказавшаяся за дверью провидица. — О… о! Доброй ночи!
— Чем обязан? — поинтересовался сухо, прислоняясь плечом к дверному косяку.
— Я подумала… — пролепетала студентка, чьего имени я даже не знал.
Да оно мне было и неинтересно. Гораздо интереснее, какого лешего она пришла сюда. Хотя на этот вопрос ответ я почти знал. Ну ни ума, ни фантазии!
— За интервью пришли? — спросил почти с сочувствием.
Трудно небось было шагать на таких каблуках и стараться, чтобы грудь не выскочила из выреза.
— Иначе вас не застать.
— Адептка… — Я сделал многозначительную паузу, наблюдая, как щеки девицы краснеют. Даже в темноте это было заметно.
— Наира, — пролепетала она.
— Адептка Наира, вы нарушаете комендантский час, — сообщил каменным тоном. — Думаю, ваш куратор будет не в восторге от этого. Учитывая ваш неподобающий вид. На территории Академии все адепты должны быть в форме, за исключением праздников и выходных дней. Сегодня я не припомню ни первого, ни второго. У вас минута, чтобы исчезнуть. Время пошло.
Всхлипнув, Наира бросила обиженный взгляд, который отлетел от меня в ночь. А потом развернулась и торопливо ушла, всем видом показывая, какой я отвратительный. Но если позову, то тогда, конечно, простит.
Не позвал. Закрыл дверь и пробормотал ругательство на нашем родном языке, здесь почти не известном. Надеюсь, адептка Наира сообщит всем, что я редкостное хамло. Тогда два пути: или они дружно решат не нарываться, или каждая подумает, что вот она сможет «растопить каменное сердце». Может, надо было ее с ходу отчислить?
Бумаги на столе беззвучно требовали вернуться к ним. За работой как-то многое забывалось. Например, в каком виде сегодня встретилась чертова эльфийка под руку с кавалером. При виде него моя сущность недовольно заворчала. Пришлось напомнить, что мы в цивилизованном обществе, где разрывать соперника на куски неэтично. Проще размазать словами.
Но жених — это, конечно, запрещенный прием. Я давно заметил, что девушки любой расы с радостью начинают тыкать бедным женихом в нос каждому встречному. Словно он дорогое кольцо или экипаж последней модели.
Дэрин, правда, им не тыкала, а, скорее, пыталась спрятаться за спину эльфа. В котором я с удивлением, а затем с изрядной долей раздражения узнал прославленного дипломата Иррилия Мощь Ветра. Вот же… эльфа. Тянет на героев?
Иррилий мне не нравился. И вовсе не потому, что стоял рядом с Дэрин и приобнимал ее. Нет, совсем нет. Просто я в принципе недолюбливал дипломатов. Туда идут те, у кого на языке одно, в мыслях другое, а что они хотят — так и вовсе не известно. Вокруг таких всегда витают интриги и заговоры. Хотя у высших дипломатия начала цениться с тех пор, как мы пришли в этот мир, следом за Черным войском. Оставляя позади наш мир, погибающий в огне и дыму.
Я усилием воли заставил себя вернуться к документам. Все одно и то же: отчеты о проверке, письма от императора, от главы Фонда образования, от отца. Послание от Анастейши — нелепая попытка помириться. Это я сжег, проведя рукой над надушенным листком бумаги. Одновременно вспоминая, какой хрупкой казалась Дэрин, пока я тащил ее от ворот Академии. Хрупкой и при том чертовски соблазнительной. Прежде эльфы такой реакции не вызывали. Слишком маленькие, кукольные, даже тронуть страшно. А эту трогать хотелось. Плюнуть на все, затащить в кусты и целовать до тех пор, пока не застонет и не сдастся.
Наваждение просто.
Ладно бы похоть, тут все понятно и объяснимо. И легко снимается в первом же борделе. Но не получилось!
Я заметил, что пальцы трансформировались и теперь когтями прорыли в столе глубокие борозды.
Слишком сильно хотелось ощутить снова, какая у Дэрин гладкая кожа. Смять это наррово платье, провести ладонями по бедрам и…
Вбитые в прямом смысле навыки помогли взять себя в руки, пусть и не сразу. Ну и холодный душ, и мысли о сбежавшей студентке и пропавшей официантке ресторана.
Что-то здесь мне не нравилось. Не нравилось настолько, что я сел писать письмо одному из старых друзей, сейчас работавших в государственной службе безопасности. Пусть попробуют узнать что-то о девчонках по своим каналам.
И еще… нечего преподавательнице бегать по свиданиям. Это влияет на учебный процесс.

* * *

ДЭРИН 

А утро началось не с чая. И даже не со звонка от Ирри. Утро началось с сирены. Такой, что я вихрем слетела с постели и первые пару секунд просто лежала на полу, зажав уши. Потом сквозь мерзкий вой пробился мерный голос Хама:
— Адепты и преподаватели АБМ, в Академии объявлены учения. Внимание, повторяю, в Академии объявлены учения сроком на три дня. Они являются решающими для проверки. Приказ всем адептам собраться со своими кураторами на главном полигоне. Время на подготовку — десять минут. Опоздавшим — штрафные очки.
Десять минут! Я вскочила и заметалась, хватаясь то за штаны, то за рубашку. Потом начала расплетать косу. А душ, а чай, а потягушки?!
В итоге в кое-как застегнутой рубашке и с криво завязанным хвостом я выскочила из комнаты за три минуты до отпущенного срока. Не успею! До полигона минут пять бежать.
А вокруг творилось нечто! Преподаватели старались упорядочить суету адептов. Но некоторые думали, что если проскользнут, то успеют быстрее остальных. Пока я спешила из преподавательского крыла через основной корпус, едва не оказалась затоптанной, притиснутой к стене и так далее. Потом взвизгнула: несколько рук вдруг подхватили меня, и скорость резко увеличилась.
— Все супер, леди Дэрин, — проорали подо мной. Мои адепты тащили меня и еще ухитрялись при этом болтать:
— Быстро добежим.
— С ветерком!
— Один за всех!
— Не подведем!
— Утрем нос некоторым!
— Н-н-не урон-н-ните ме-ме-меня! — только и смогла произнести, подбрасываемая дружескими руками. Наверное, со стороны я прямо как поп-звезда. Кругом люди спешат к выходам, орут, а я проплываю над ними.
Несмотря на некоторые мелкие стычки, через десять минут все адепты и преподаватели выстроились на полигоне. Там и тут поправляли криво застегнутую одежду, приглаживали волосы, перешептывались. На меня едва ли не пальцами показывали. А мрачный взгляд высшего, что стоял чуть в стороне, говорил о том, что мое красочное появление он оценил. Я же резко ощутила, что блузка моя расстегнута сильнее, чем полагается, космы падают на лицо и вид не слишком преподавательский.
— Спасибо! — выдохнула, приглаживая волосы.
— Идите к преподавателям, — заботливо проговорил орк.
Как же его? Декст, точно!
— Спасибо, Декст, так и сделаю.
Стоявшие группой преподаватели при виде меня одобрительно заулыбались.
— Быстро вы к себе расположили адептов, — заметил Виланд. — Талант, леди Дэрин.
— Кнут и пряник, — согласилась я, решив не уточнять, что пряник у них пока был один — в виде моих двух расстегнутых пуговиц. И то после этого пришлось получить парочку кнутов.
— Эффектное появление, — игриво подмигнул мне один из коллег.
— Что за жизнь! У меня стаж работы больше двадцати лет, а на руках адепты ни разу не носили, — сокрушался второй.
— Седрик, вспомни, твои парни всегда готовы подставить тебе плечо и помочь добраться из города до комнаты.
— Седрик, не ворчи, при всех твоих достоинствах у тебя нет таких форм, как у нашей коллеги, — подшучивали над ним.
— Да, за такие ножки и я бы подержался, — тихо вздохнул кто-то из задних рядов.
— Только за ножки? — усмехнулся еще один.
Румянец медленно, но верно покрывал мои щеки. Смущенно одернула одежду, не зная, куда деть глаза. На говорливых коллег смотреть не могла, а на лорда проверяющего банально страшно. Я его взгляд на себе даже не глядя чувствовала.
— Странно, что никто не обратил внимания на командную работу и сплоченные действия группы и преподавателя, — как всегда, пришел мне на помощь ректор. — Леди Дэрин, после поделитесь секретом.
«Да запросто! — стало смешно мне. — Всего-то и надо вызвать гнев проверяющего Хама, а потом покопаться в останках умертвий, собирая их по всему лесу».
— Я думаю, можно начинать? — кивнул ректор высшему.
— Ну, если только все уже закончили обсуждение частей женского тела, — желчно отозвался Хам.
Его тяжелый взгляд выдержать с непривычки было сложно, и разговоры стихли не только среди преподавателей, но и среди адептов. Добившись внимания, высший продолжил:
— В ходе проверки я заметил, что за все существование Академии не было проведено учений, отрабатывающих навыки ее защиты в случае нападения.
— Наверное, потому, что за все время не было самоубийц, желающих напасть на лучших боевых магов империи, — миролюбиво ответил ректор.
— Все бывает впервые, — жестко заметил высший. — И я пока не увидел никого, хоть отдаленно соответствующего этому высокому званию.
Ладно мы, но вот за ректора мне стало обидно.
— Даже в зеркале?
Ой, среди всеобщей тишины мое невольно вырвавшееся замечание прозвучало неожиданно громко. Тишина после этого стала оглушительной. Даже птицы, чувствуя опасность, боялись пролетать над нами. Мне же захотелось втянуть голову в плечи и съежиться.
— Вижу, субординация и знание истории в Академии тоже хромают. Не знать генералиссимусов империи позорно для адептов, а для преподавателя вдвойне, — ледяным тоном произнес Хам, замораживая взглядом, а вот в глазах вопреки всему мне почудился алый блеск. — В конце учений мы проведем срез знаний по данной теме у всех, включая преподавателей.
В мою сторону полетели злобные взгляды, а я поклялась себе прикусить язык и молчать, что бы ни происходило дальше. Как назло, кто-то свыше услышал меня и решил проверить на крепость мое только что данное слово.
В чистом небе появилась стремительно приближающаяся точка.
«Нет… Нет… Только не это», — мысленно молила я. Радужная амадина сделала круг над нашими головами и приземлилась на свободном пятачке между стоящими преподавателями и ректором с демоном. Распустив хвост, амадина склонила набок голову и подмигнула мне ярко-красным глазом.
— Доброе утро, любимая! Мой сладкий цветок, считаю минуты до нашей встречи. Ты — упоительная мелодия моей души. Сегодня я не позволю хамоватым личностям разрушить волшебство наших встреч. Мне искренне жаль, что былое восхищение заслугами не позволило сразу увидеть его отношение к окружающим. Моя путеводная звезда, озарившая своим ярким светом мою жизнь, держись от него подальше. Мою маленькую принцессу должно окружать лишь самое лучшее и прекрасное. Готовься к похищению, душа моя. У меня для тебя сюрприз.
Птица завершила послание переливчатой трелью, посмотрела на меня с чувством выполненного долга, взмахнула радужными крыльями и улетела. И если в прошлый раз она оставила ощущение чего-то светлого, хорошего, то сейчас в воздухе витал запах надвигающейся грозы и беды. У «хамоватой личности» дергался глаз, а вокруг царила неестественная тишина. Кажется, никто не дышал. И я в том числе.
— Это Академия или бордель? — глядя почему-то именно на меня, глухо поинтересовался Хам, и теперь я точно убедилась — глаза его полыхали алым.
Я молчала, проклиная демона с его ранним подъемом, по вине которого личное послание стало достоянием общественности.
— Я жду ответа, — с нажимом произнес Хам.
Чего он ждет? Извинений? Подняла подбородок, вспомнив, на пороге какого заведения мы видели его вчера, и твердо произнесла:
— Не мне судить, лорд проверяющий, я бордели не посещаю.
Высший молчал, не сводя с меня уже бордовых глаз. Нет, он не перешел в боевую форму, даже не шелохнулся, но от всей его мощной фигуры повеяло такой жутью, что кое-кто из особо впечатлительных адепток тихо осел на землю в обмороке. И даже одна преподавательница, что стояла среди коллег, поддалась соблазну и с тихим ойканьем упала на траву, схватившись за сердце.
Демон перевел взгляд на толпу учащихся, и многих под тяжестью его взгляда перестали держать ноги. Теперь я поверила, что книги не врут и на поле боя враги бежали от Хама, так как один его взгляд косил ряды адептов и женского преподавательского состава. Мужской держался. На меня Хам пока больше не смотрел.
— Это Академия Боевой Магии, — тихо произнес он, но его услышали все. — На вас будут равняться, вы пример для подражания. Уже сейчас могу сказать, что все валяющиеся на земле недостойны находиться в этих стенах, позоря славное имя основателя, и будут прямо сейчас отчислены или уволены.
Угроза подействовала лучше нюхательной соли, и все упавшие перестали притворяться трупами, спешно поднимаясь с земли. Тех, кто так и не встал, адепты слаженно закрывали от взгляда, проверяющего сомкнутыми рядами, а адептки — широкими юбками.
— Академия переходит на осадное положение. Подготовить на рассмотрение план обороны. Особо удачные идеи будут отмечены поощрительными баллами. Уже сейчас организовать патрулирование периметра и определить вероятные места прорыва, наладить сообщение между мобильными группами и штабом. До обеда от каждого факультета подготовить предложения, чем можете быть полезны для Академии, а до конца дня должен быть составлен план обороны. На основании выдвинутых идей и предложений будет определяться рейтинг каждого факультета. Предупреждаю, отстающие — кандидаты на отчисление.
Все потрясенно молчали, переваривая услышанное и оценивая размер грядущих неприятностей.
— Сейчас каждый адепт имеет возможность отличиться и проявить себя. Инициатива и неординарные идеи приветствуются. Занятия на время учений отменяются. Заслуги будут учитываться на зачетах и экзаменах, — подсластил пилюлю демон. — Мы с достопочтимым ректором оценим достижения каждого, и особо отличившиеся получат их автоматом.
Надеждой заслужить одобрение демона будущие боевые маги не обольщались. Среди хмурых лиц лишь целительницы выделялись бодрым видом, но и их не обошли стороной.
— Целительскому факультету подготовиться к принятию большого количества раненых и больных. Иметь достаточное количество лекарств, отработать навыки оказания первой помощи. Будет учитываться не только правильность действий, но и время, затраченное на больного. В реальном бою на счету каждое мгновение. Нужно уметь определять, кто первый нуждается в помощи, и отработать вынос раненых с места боя.
Хам оглядел разом вытянувшиеся лица девушек и решил добить:
— Завтра проверим вашу готовность, вы первыми демонстрируете все свои навыки. Декан факультета иллюзий, пойдемте со мной, обсудим подробности и план действий на завтра. На этом у меня все.
Кивнув седоволосому декану, Хам подождал, пока тот к нему подойдет, и они направились к административному корпусу.
Оставшиеся в ожидании смотрели на ректора.
— Что ж, — откашлялся он, — не будем задерживать целителей, задание вы получили. Адепты могут идти на завтрак, а всех преподавателей прошу следовать за мной для дальнейшего согласования наших действий.

Глава 8

— Как вам вообще пришло в голову дерзить высшему?
Преподаватель русал шипел великолепно, раздувая жабры, что у его расы означало крайнюю степень возбуждения или страха. Я аж засмотрелась и не сразу поняла, о чем говорит. Потом дошло.
— Извините, лорд… — Я на секунду запнулась, вспоминая его имя. — Бвульхум, но почему я должна стоять и слушать, как нас разносят в пух и прах?
Русал запыхтел, а мне почему-то представилось, что он сейчас возьмет и выпустит из-под волос фонтанчик воды. Как огромные водяные животные, которые водятся в районе Крайнего океана. Туристы обожали проплывать мимо них на кораблях и смотреть, как кийиты чуть всплывают и выпускают в небо водяные струи.
Мы проходили по широкому коридору, мимо картин с портретами отличившихся выпускников и запечатленными самыми яркими моментами Академии. Сейчас здесь, кроме преподавателей, никого не было: студенты переваривали услышанное и шумно обсуждали все на полигоне. Некоторые явно подумывали, не поспешили ли они, поступив сюда. Первые два курса еще не осознали масштабы грядущего, и для них это было скорее веселое приключение, нежели суровая проверка.
— Бвульхум! — Женский резкий голос преподавательницы-валькирии пришел мне на помощь. — Если у тебя от страха глаза в задницу втянулись, это не означает, что и другие будут так себя вести.
Я икнула от неожиданности. Хвенильда — преподаватель теории и практики обращения с холодным оружием, а попросту говоря, фехтования. Суровая двухметровая женщина со светлыми косами и внушительной грудью. До сих пор она меня в упор не замечала, ограничиваясь лишь коротким приветствием. А теперь разглядывала почти с одобрением. В то время как Бвульхум от ее презрительного взгляда старался увернуться.
— С высшими только так и надо, — пробасила Хвенильда. — Если заискивать, то все, в порошок сотрут. Но и наглеть не стоит. Держись, Дэрин, он тебе не простит.
Отлично, мне стало гораздо легче!
Собрались мы в кабинете ректора. Отсюда как раз открывался вид на полигон, который сейчас напоминал разворошенный муравейник. Я попыталась высмотреть своих подопечных и тут услышала голос Виланда:
— Господа, у нас большие проблемы.
— Не первый раз учения! — возмутилась Хвенильда, усевшаяся на подоконник и уронившая вниз горшок с карликовым деревом.
— Не первый, — согласился Виланд. — Только прежде высшие в них не участвовали.
Он прошелся по кабинету, сейчас ставшему довольно тесным из-за набившихся сюда преподавателей. Я аккуратно пристроилась на краю подоконника, рядом с Хвенильдой и присмотрелась к ректору. Нет, глаза карие — значит, держит себя в руках. Если бы они позеленели, то все, впору вываливаться из окна, так как это бы означало — взгляд василиска стал смертельно опасным.
Но Виланд великолепно держал себя в руках. И, глядя на него, постепенно успокоились и остальные.
— Могу сразу сказать, обычных учений не ждите. Советую обдумать все возможные варианты.
— Какие? — не понял Роран — гном, что преподавал артефакторику. — Виланд, максимум что он сделает — подошлет нечисть сильнее обычного. Сложно, но выполнимо.
Ректор хмыкнул, помолчал, а потом проговорил, по очереди глядя каждому в глаза:
— Значит, так, сейчас нам надо все тщательно обсудить, а затем собрать каждый факультет и составить план действий. Элиана, — обратился он к декану факультета целительства, — лорд Хамсферженвальд явно решил взяться за вас в первую очередь. Подготовьте ребят.
Худощавая блондинка с короткой стрижкой и раскосыми глазами коротко кивнула, а потом проговорила негромко:
— Вашу ж кикимору, да простит меня отдел кадров! Ну, зато мои девочки хоть перестанут слюни по высшему пускать. А то бегают по коридорам и все надеются его увидеть.
Я не выдержала, так как вспомнила малость бессмысленные взгляды адепток, что пытались соблазнить Хама на интервью.
— Так они в таком возрасте напридумывают себе, поверят, а потом объект придумки преследуют.
— Леди Дэрин! — уставился на меня ректор, останавливаясь напротив. — А вы о чем думали, когда с лордом Хамсферженвальдом решили переговариваться?
— О справедливости, — ответила самым честным голосом.
— Иногда полезно подумать еще и о жизни, — вздохнул Виланд. — Что вы думаете насчет своих адептов? Сколько их сейчас у вас?
— Тридцать семь адептов пятого курса, — бодро отрапортовала я. — После дополнительных занятий успеваемость резко повысилась, дури поубавилось. Ну или они ее сдерживают на уроках. С теорией проблем нет, практика… примерно процентов сорок еще спотыкаются, но уже лучше. По крайней мере думают об учебе, а не о других вещах.
— Да? — иронично спросил преподаватель философии.
Вопрос: зачем философия в АБМ? Я так и видела, как в разгар боя тянет подумать о смысле жизни!
— Я бы не был так в этом уверен, так как слышал, как ваши расстегнутые пуговички на блузке адептам покоя не дают.
— Пф-ф-ф! — громко фыркнула Хвенильда, избавив меня от ответа. — Мне иногда на практике верхнюю рубашку приходится снимать, чтобы увидели, как правильно руку держать или удар блокировать. И что теперь? А вот о вас слухи ходят, что на зачет девушкам не в кружевных чулочках можно и не приходить. Не знаете почему?
Настала очередь философа краснеть под смешками коллег, но делиться профессиональными секретами с остальными он не спешил.
— Господа, у нас учения. Вы забыли? — одернул всех ректор. — Они уже отличаются от привычных — Академию мы защищаем впервые. И мой опыт подсказывает, что это не единственный сюрприз, подготовленный для нас лордом проверяющим. Поэтому прошу собраться и отнестись к предстоящему со всей серьезностью. Приступим.
Следующий час я тихо восхищалась мужем подруги. Сказывалось его военное прошлое. Пока остальные преподаватели еще чесали затылки, ректор уже продумал план защиты Академии и назначал ответственных на каждый участок. Так, Хвенильда должна была организовать мобильные отряды и установить график патрулирования периметра. Артефакторам нужно было подготовить и раздать командирам отрядов со старших курсов кристаллы связи, усилить стены Академии, установить защитный купол, доработать защитные плетения, чтобы оповещения приходили не только при попытке нарушения контура, но и при подходе к нему.
Приказы сыпались как горох. Дошли и до моей персоны. Ректор решил оставить меня в штабе координировать работу, но я выдвинула другую идею:
— А можно мне с мобильными отрядами? Мы же должны защищать Академию. Давайте подготовим ловушки на случай прорыва.
— Какой прорыв, милочка? — свысока фыркнул философ.
— Предполагаемого прорыва, — спокойно отреагировала я. — Мы же готовимся к нападению. Будет странно, если не продумаем и этот момент.
— А в этом есть смысл, — одобрительно кивнул Виланд. — Можете взять в помощь свою группу и привлечь первый курс. Последним полезно поработать руками, толку от них мало, а так при деле.
Неожиданно ректор на мгновение задумался, а потом усмехнулся:
— Просто замечательная идея! После учений ловушки останутся, и это отобьет охоту бродить возле стен, а то каждый год находятся умники, желающие найти способ обойти защиту.
— Неужели будет лучше, если кто-то покалечится? — не сдавался философ, бросив в мою сторону злобный взгляд.
— А мы всех предупредим и заставим подписать бумаги, что с наличием ловушек они ознакомлены и ответственность Академия не несет. Забыли, сколько было попыток взлома защиты и чего нам стоило восстановление? Это прекрасный способ сократить расходы в будущем.
— Мы поставим несколько серьезных ловушек, а после учений их деактивируем, но среди адептов можно пустить слух, что убрали не все, — как вариант предложила я, и его тоже одобрили.
Из кабинета ректора я выходила окрыленная. Прежде чем приступать к задуманному, решила позавтракать. Сегодня в столовой было особенно шумно, все говорили об учениях. Слова высшего о том, что каждый может отличиться, упали на благодатную почву. Почти за любым столиком обсуждали, что бы этакого придумать. То тут, то там слышались взрывы смеха.
— Не обращай внимания на нашего философа, — посоветовала Хвенильда, подсев за мой столик. — От него жена сбежала с каким-то проходимцем, и он теперь всех женщин ненавидит.
— Я бы от такого тоже сбежала, — вырвалось у меня, и мы с валькирией понимающе переглянулись.
— Он не поверил сначала, дознавателей привлек, ищеек, утверждал, что ее похитили, но когда те нарыли информацию обо всех ее романах — сдулся. Теперь желчью исходит.
Мы замолчали, отдавая дань еде. День предстоял насыщенный, и следовало плотно подкрепиться. Хвенильда так вообще себе полную тарелку мяса положила и четкими движениями резала на маленькие куски, быстро поглощая.
Сглотнула, когда на моих глазах буквально испарился третий стейк. Вот это аппетит! Я сама так наелась, что на еду уже смотреть не могла. Ждать Хвенильду не было времени, и мы договорились встретиться позже, обменяться списками адептов. Кто кого забирает себе.
— Милочка!
Я обернулась и задела слишком близко стоящего ко мне философа. Его поднос полетел мне под ноги. Пусть я и отпрыгнула, угодив в чьи-то объятия, но на одежду и обувь брызги попали. Мне показалось, что он специально его уронил!
— Вы такая неловкая, — брюзжал профессор, а я даже онемела от такой наглости. Он глянул поверх моего плеча: — На что только нынешняя молодежь не пойдет, чтобы привлечь внимание.
Облив меня презрением, философ удалился. И зачем звал? Поднос уронить?
Я высвободилась из мягко удерживающих меня Рук и оглянулась.
— Извините его. Он не так уж и плох, но ранний подъем отразился на его настроении, — приятно улыбнулся мне соотечественник. — Мы не были представлены, Эктавион из рода Свет Зари. Преподаю на дипломатической кафедре. А вы та самая новенькая, которая не побоялась дерзить высшему?
— Почему это звучит как «та самоубийца»? — проворчала я, оглядывая себя и оценивая ущерб. Лесная Дева, мне лучше срочно переодеться!
— Я в восхищении! Жаль, что не присутствовал при этом, вчера вызывали во дворец, я только сейчас вернулся.
После этих слов я уже более внимательно посмотрела на нового знакомого, и в голове щелкнуло. Свет Зари — довольно прославленный род. Всегда держались поближе к трону и были обласканы императором.
При всем при этом Эктавион держался просто и выглядел бесконечно милым. Открытый взгляд синих глаз располагал с первого мгновения. А красив преподаватель дипломатии! Длинные русые волосы собраны в особого плетения косу, тонкие, даже нежные черты лица, пухлые губы… Поймав себя на том, что глазею на него, отвела взгляд. Так, нужно собраться!
— Благодарю за помощь, у вас хорошая реакция.
— Не за что. Привык смотреть в оба. Это Академия, все вечно спешат и часто не смотрят под ноги. Не сосчитать, сколько барышень я поймал. То с лестницы падают, то спотыкаются на ровном месте в коридоре. Иногда мне кажется, что это я провоцирую у окружающих неловкость, — пошутил он.
Вот даже не сомневалась в этом! Девичьи сердца наверняка замирали при виде молодого преподавателя, и их обладательницы падали к его ногам.
— Тогда мне повезло, что у вас такой большой опыт. Еще раз благодарю! — Я поспешила откланяться.
Не хватает, чтобы он и меня зачислил в свои поклонницы. А что еще хуже — адептки могут счесть меня опасной соперницей, вон уже многие косятся ревниво, что слишком долго разговариваю с их кумиром. Мне только мелких пакостей с их стороны не хватало. Тогда придется по Академии через тень перемещаться, как в стане врага. Так что фу-фу-фу, у меня жених. Неплохо бы этот факт до них донести.
— Вы так и не представились, — с улыбкой напомнил Эктавион, поймав за руку.
А он и правда очень ловкий молодой человек.
— Дэрин, из рода Цвет Ночи.
— Рад знакомству, Дэрин, — обласкали меня бархатистыми нотками и закрепили эффект белоснежной улыбкой.
Но, вопреки поглупевшим лицам адепток, поедающих глазами Эктавиона, у меня проснулись здравый смысл и подозрительность. Уж слишком умело он пользовался своими внешними данными. Наверняка тот еще бабник!
Поэтому довольно сухо ему улыбнулась, высвобождая свою ладонь, и поспешила уйти.

* * *

Академия напоминала улей, который потряс возбужденный медведь. Все бегали, спешили, кричали. На моих глазах первокурсница разрыдалась, и ее спешно увели в медпункт. Пара орков уже устроила кулачные бои, показывая, как они могут накостылять воображаемому врагу, а ушлые водники предлагали ставки. Пока вдруг резко, но при этом чинно не разошлись в стороны. Поглядев по сторонам, я поняла, в чем дело: вдали показались преподаватель иллюзий и Хам. Они смотрелись даже забавно: высокий и тощий как жердь преподаватель, чье имя я никак не могла запомнить, и здоровый, мощный высший. Палочка и кирпич.
«Кирпич» словно ощутил, что я на него смотрю, и начал поворачивать голову вправо. Миг, и я уже спешила к ближайшему корпусу, понимая, что не стоит терять ни секунды. Переодеваться, а потом бегом к своим ребятам.
У них будет важная задача: помимо ловушек еще суметь подкрасться к воображаемому противнику и разузнать все, что можно. А в идеале зарисовать стратегически важные объекты.
Я своих мальчиков в обиду не дам и сделаю из них героев.
Ой!
Я едва не споткнулась. Надо же! Мне понравилась моя группа! Нет, правда, несмотря на некоторые минусы, в целом они оказались весьма неплохими адептами. Особенно когда не пытались рассуждать на тему моих конечностей.
Если так и дальше пойдет, может, из факультативного мой предмет опять станет обязательным в программе? Я успела узнать, что из обязательных его убрали как раз потому, что преподаватели менялись слишком быстро. И не могли дать нужной подготовки. Дольше всех продержалась предшественница Фиоры. Та, которую уволок высший.
Бедолага. Предшественница, в смысле. Небось заперли бедняжку в замке. Сидит она там одна, в драгоценностях и с таким деспотичным хамлом наподобие Хама.
Я едва не всплакнула от сочувствия к соотечественнице. И прибавила шаг, то и дело кивая адептам. Один из них — орк Гролл — увязался за мной. После того как он пожертвовал мне кусок своих штанов, между нами появилось прямо-таки уважение.
— Леди Дэрин, — от его баса приминалась трава вокруг, — мы с вами?
— Вот прямо сейчас нет, а через полчаса собираемся возле Западной беседки. Скажи всем, хорошо? Я хотела вас отловить, но так даже лучше. Да! Чтобы никто не видел, как вы туда идете. У нас совершенно особое задание.
Бледно-зеленые глаза Гролла засверкали предвкушением, сам же он удалился на цыпочках. А я наконец-то добралась до холла. Потом коридорами и переходами добежала до жилого крыла преподавателей. Здесь пока было тихо и пусто, разве что одинокое привидение попыталось напугать меня, загремев цепями.
— Практикуйся больше! — сурово сообщила я ему перед тем, как шмыгнуть в комнату. Там раздавалось нежное, но настойчивое позвякивание — кто-то пытался связаться со мной по кристаллу связи.
Фиора? Я пару секунд смотрела на имя подруги, высвечивающееся в облачке рядом с кристаллом, потом сказала:
— Слушаю.
Миг, и появилось крайне взволнованное лицо подруги в обрамлении золотистых кудряшек.
— Дэри! Ну хоть кто-то тут живой! Где все?! Что случилось?
Она забрасывала меня вопросами, как гном — булыжниками. Только успевай уворачиваться.
— Где Виланд? Он не отвечает! Что случилось? У вас забастовка? Нападение голодных адептов? Открылся портал с монстрами?
— Нет! — удивилась я, одновременно снимая заляпанную блузку и штаны. — Просто учения.
Фиора икнула и обреченно сказала:
— О Лесная Дева! Лучше бы порта…
Почему лучше бы портал, объяснить не сумела: кристалл звякнул недовольно, и изображение пропало.
— Эй!
Я постучала согнутым пальцем по гладкой поверхности кристалла. Тот оставался матовым и не реагировал. Потом попыталась вызвать Фиору, но в ответ мне вдруг высветилось сообщение: связь недоступна.
— Что за…
Кристалл был новенький: только полгода назад настроила его у хорошего эльфийского артефактора. Да и покупала в солидной компании «Стразы и Ко», которую основало одно семейство гномов. А они репутацией дорожили. Это не гоблины с Акарских Островов. Их кристаллы ломаются и начинают сбоить уже через месяц работы.
Связи все еще не было. А я пыталась связаться со всеми подряд, чьи кристаллы знала. В конце концов плюнула, так как время поджимало. Узнаю у адептов, что это может быть такое. А заодно отправлю Ирри послание другим способом.
И хорошо, что рабочую одежду я взяла с запасом. Видимо, ожидала, что на меня будут ронять тарелки с едой. Так что заправила голубую рубашку в штаны, потуже заплела косу и выскочила в коридор. Чтобы нос к носу столкнуться с Хвенильдой.
— Ты такое зрелище пропустила! — мигом выложила мне валькирия. — Там наш лорд проверяющий с крутым именем адепта из кустов вытащил.
— Живой? — мигом похолодела я.
— Высший?
— Адепт!
— А что с ним будет? — удивилась Хвенильда. — Хамсферженвальд его поймал при попытке сделать подкоп зачарованной лопатой. Выдал список нарушений, потом вернул лопату и велел идти на конюшни, чистить навоз. Примитивно, но жестоко. Лошади гадят много.
— Видела бы ты единорогов, — вздохнула я, вспомнив своего Совушу. Взять его в Онору не вышло: единороги живут только вне стен городов. Им нужен простор.
— Видела, — хохотнула Хвенильда, — потому предпочитаю просто лошадь. Надежно, недорого и без всяких штучек вроде рогов и крылышек.
— У вас же орлы вроде?
— Это когда война, — посуровела валькирия, — тогда да, совершаем налет на орлах. Ладно, у меня десять минут, чтобы чуть передохнуть и пойти гонять адептов.
Она хрустнула пальцами с таким предвкушающим видом, что я заранее пожалела ее подопечных. И сама поспешила на улицу.
Но пройдя несколько шагов, вернулась в комнату. Слова о желающем выбраться в город адепте напомнили, что Иррилий будет ждать меня вечером. Будь прокляты эти учения! Только личная жизнь налаживаться стала, как свидание срывается. Кристалл связи не работает, и позвонить жениху я не смогу, амадину тоже не найдешь, но на то я и эльф. Уж с обычной птицей договорюсь, чтобы передала записку.
«В Академии начались учения. Закрыты на три дня. Уже скучаю!» — набросала краткое послание.
Следовало торопиться. Если заглушили связь, то и купол скоро поставят. Повышение магического фона отпугнет птиц, и я могу никого не найти. Просто передать записку через привратника на воротах мне и в голову не пришло. Его любимое выражение «не положено» я усвоила крепко. Даже пытаться не стоило.
Выйдя на улицу, лишь на мгновение задумалась, куда идти. Если Хам отлавливает адептов у стен, соваться мне туда не стоит. Повернула в противоположную сторону, к конюшням. Всегда можно найти клестов, небольших юрких птичек, живущих в хвойных деревьях. К конюшням вела аллея, с зеленым подстриженным кустарником по бокам, но, если пройти через него, в глубине росли раскидистые ели.
На улице царила суета, с деловым видом сновали адепты и преподаватели, до моей персоны никому не было дела. С независимым видом я сошла с аллеи и, пройдя между кустами, направилась к деревьям, высматривая птиц между веток.
Переливчато засвистела, приманивая кого-нибудь из пернатых. Вскоре раздался шелест крыльев, и на нижнюю ветку села сорока. Хм, не совсем тот результат, на который я рассчитывала. С этими пронырами было труднее договориться. Птица рассматривала меня некоторое время, а потом перелетела на плечо.
Порадовалась, что на мне нет украшений, а то помощь пернатой могла бы дорого обойтись. Я произнесла простое заклинание, вкладывая в нее мыслеобраз того, кому нужно доставить послание, и вид гостиницы, где Иррилий остановился.
Птица пошла на контакт и сидела спокойно, но обрадовалась я рано. Повертев головой, она клюнула меня в пуговицу на блузке. Не-е-е-т, только не это!
— Нет, — отказалась я.
Но птица ухватила клювом перламутровую пуговичку и настойчиво потянула на себя. Все, зная их, она не успокоится, пока не получит приглянувшуюся вещь. Будет теперь следить, пока не утащит хоть даже с самой блузкой.
— Ладно, ладно, но сначала послание!
Прикрепила его к ноге. Сорока недовольно топталась, косясь на пуговицу. Смирившись, я дернула верхнюю, отрывая.
— Почему каждый раз, как я вас вижу, вы раздеваетесь? — как гром среди ясного неба раздался недовольный вопрос, и мы с птицей подскочили от неожиданности.
Даже не поворачивая головы, я знала, кого так не вовремя принесло. Стараясь сохранять внешнюю невозмутимость, всунула в приоткрытый клюв пуговичку.
— Лети!
— А ну стоять!
Высший мгновенно преодолел разделявшее нас расстояние и грозно поинтересовался:
— Чем это вы здесь занимаетесь?
С перепугу сорока выпустила пуговичку, всунув ее мне в ложбинку, и попыталась улететь.
— Стоять, я сказал!
Властный окрик, и птица упала в обморок, задрав кверху лапы. Я только и успела сложить ладони, чтобы ее поймать.
— А это еще что? — Высший заметил записку и дернул ее на себя.
Птица издала приглушенный писк, но, встретив взгляд высшего, обмякла, предпочтя и дальше пребывать в обмороке. Я себе такого позволить, к сожалению, не могла.
— Вас не учили, что читать чужие письма нехорошо?
Переложив в одну ладонь птицу, второй попыталась отобрать свое послание, но он поднял руку вверх. Не прыгать же мне! Кусая губы, следила за тем, как он развернул записку и прочитал, мрачнея на глазах.
— Так-так-так. Передаете секретную информацию врагу? — испепелил меня взглядом демон.
— Какому врагу? Это записка моему жениху!
— Нет у вас жениха! Никаких объявлений о помолвке не было, — мстительно сообщил высший.
— Да вы же сами… — вскипела я от возмущения, но замолчала под издевательским взглядом.
— Нету! — с садистским удовольствием припечатал он. — И вот это, — помахал перед моим носом запиской, — передача информации предполагаемому врагу, Цветочек. Не ожидал от вас, не ожидал.
— Хамсферженвальд Заурронский дель Аби, вы несете чушь! — от злости его труднопроизносимое имя само слетело с языка.
Высший издевательски приподнял бровь, а до меня только в этот момент дошло, что я все же произнесла его имя! И теперь между нами только официальное обращение, никаких «Цветочков»! Я гордо задрала подбородок, с вызовом глядя на него.
На губах высшего появилась нехорошая улыбка.
— Неплохая попытка, Цветочек. Только, обращаясь к вышестоящему по званию, непозволительно говорить в подобном тоне. За старания на первый раз прощаю, но вам следует усерднее тренироваться.
Что?! Ушам не верила!
— Вы обещали! Хам… Хам… — От обиды и разочарования ком стал в горле и не хватало воздуха. Как же так?!
В глазах высшего вспыхнул огонь, и он навис надо мной, выдохнув практически в губы.
— Я же говорю, больше усердия, Цветочек.
Взгляд заскользил по моему лицу и опустился ниже в вырез блузки.
— И приведите в порядок свою одежду. Я и так уже видел более чем достаточно. Не впечатлили. Но за старания… забуду об этом досадном инциденте.
Демон смял в руке записку, а я отшатнулась от него с пылающими щеками. Тут его взгляд упал на птицу, зажатую в моей руке, и он растерял самодовольный вид, отчеканив:
— Еще раз надумаете подобное — и пойдете под трибунал по законам военного времени!
Бросив угрозу, потерял ко мне интерес и зашагал печатая шаг. А я смотрела ему вслед и не могла поверить: меня казнят?! Он точно это хотел сказать?

* * *

Дорогу обратно к себе помню плохо. Благо окружающие и сами были пришиблены начавшимися учениями, и я на их фоне не сильно отличалась. Меня же накрыло осознанием того, что отдай приказ высший — и меня действительно казнят. Я не знаю, отдавали ли под трибунал во время учений, но если и нет, демон это исправит. А ведь ректор мне прямым текстом сказал, что лучше бы я думала о собственной безопасности, чем спорила с высшим!
В глазах закипели слезы, и я рухнула на кровать, чувствуя себя испуганной и беспомощной. Ненавижу его. Ненавижу! По какому праву он вообще уничижительно отзывается о моей внешности и смеет делать хамские замечания?!
Простит меня за старания?!! Р-р-р-р!!! Взбила подушку кулаками, представляя вместо нее самодовольное лицо демона.
А чего стоит его возмутительное поведение, когда он постоянно нарушает мое личное пространство?
— Больше усердия, Цветочек! — передразнила демона, вспоминая, как близко было его лицо. Наши губы практически соприкасались! А я, вместо того чтобы поставить его на место, замерла, как кролик. Р-р-р-р!
Меня учили терпению, сдержанности, не терять голову в любых обстоятельствах, но стоило услышать «Цветочек», и что-то дикое просыпалось внутри, кровожадное желание вонзить зубы в горло, что произносит столь издевательские звуки.
Я рычала, понимая, что даже произнеси я правильно хоть сотню раз имя демона, ему все равно будет недостаточно хорошо. Он же насмехается надо мной, прекрасно понимая, как меня это злит!
— Нет, лорд проверяющий и самый настоящий хам, я больше не доставлю вам такого удовольствия! — пообещала вслух, сдувая с лица выбившуюся из прически прядь волос и вытирая злые слезы. — Я преподаватель, и вам не удастся больше вывести меня из себя, называя хоть Цветочком, хоть Лепесточком. И угрозами меня не запугать!
Собрав волю в кулак, умылась, переоделась и пошла к своим адептам готовить ловушки. У меня было такое настроение, что к этому делу я была готова подойти с особой фантазией.

Глава 9

— Леди Дэрин, а это не слишком? — с сомнением спросил адепт Декст.
Не сдержала ироничной улыбки. Нет, значит, когда мы на деревья бабочек сантара размещали, изменив магически их пыльцу с крыльев на чихающий и слезовыделяющий порошок, было нормально. Когда копали ямы-ловушки и подсаживали туда магически усиленных жуков, поедающих одежду, — это тоже нормально! Пауки-шениссы, с очень тонкой и прочной паутиной, натягивающие ее на уровне ног, страха не вызвали, но стоило мне собрать обычных муравьев и приказать залазить в штаны и кусать в самых нежных местах, как адепты занервничали.
Представили, наверное, ощущения.
— В самый раз, — зловеще усмехнулась я, отпуская маленьких воинов на охрану периметра. — Замыкайте контур!
Но и без моего приказа адепты сделали требуемое и дружно отшатнулись назад. Магии было влито немного, при поверхностном изучении ее можно принять за магический фон от защиты стен.
Теперь осталось дело за малым — ради безопасности пройтись по периметру еще и солью, отпугивающей муравьев. Пришлось ради такого разграбить кухню.
Делать контур солью — дело нудное. Его поручили первокурсникам, мои адепты лишь наблюдали. Не обошлось и без казусов. Отряды патрулирования, сформированные Хвенильдой, долго и скептически косились в нашу сторону, пока мы готовили ловушки. Конечно, ничего магического, убойного, бабочки какие-то, пауки. Не понимали, идиоты, что любой опытный маг может засечь магическую ловушку. Стоило им увидеть, как мы посыпаем землю солью, они не выдержали и остановились, смеясь в голос.
— Считаете, что это остановит врага?
— С такими ловушками можно было бы сразу ворота открыть.
Они ржали в голос.
В глазах моих адептов вспыхнул азарт и исследовательский интерес.
— Золотой тому, кто пройдет до того дерева и обратно, — махнул рукой гном.
— Да я и бесплатно прогулялся бы, — хмыкнул орк-патрульный, — но и золотому применение найду.
Подмигнув товарищам, он походкой вразвалочку подошел к нашему периметру, но переступать не спешил. Пройти нужно было шагов двадцать туда и назад. Орк, прищурив глаза и раскинув поисковую сеть, изучал путь. Его осторожность была понятна — чтобы гном так легко расстался с золотым? Три раза ха!
Не обнаружив ничего подозрительного, орк решился и уже занес ногу, когда Декст не выдержал:
— Фаунг, я бы не советовал.
Вот не знала, что он такой сердобольный. Или это мужская солидарность?
Фаунг помедлил, в глазах появилось сомнение, но сзади его подначивали друзья, и, натянув на лицо самоуверенную ухмылку, орк переступил периметр. Ничего не произошло. Хмыкнув, неспешно пошел к дереву.
— Уж лучше бы он бежал, — вздохнул Родерик.
На этих словах Фаунг как-то странно дернулся, и движения его потеряли показную расслабленность. Почесав зад, он действительно побежал. К дереву. Потом подпрыгнул, рукой ухватился за драгоценную мужскую часть и припустил уже во всю силу. Дерева достиг в один прыжок, хлопнув по стволу рукой. Тут его и осыпало пыльцой от потревоженных бабочек.
Действие порошка мгновенное.
Взвыв и потеряв ориентацию, ничего не видя от слез и беспрестанно чихая, Фаунг дергаными движениями рванул зигзагами обратно. И попал ногой в одну из скрытых ям, растянувшись на траве.
Как же он извивался! Просто безумный танец на траве с медленным обнажением. Освобожденные жуки делали свое дело, одинаково хорошо уничтожая и кожу от сапог, и штаны. С тихим шлепком от обуви отвалилась подметка.
Подвывающий орк перевернулся на живот и, извиваясь как змея, пополз, постепенно являя нам обнаженные ягодицы с татуировкой в виде мишени и надписью: «Не промахнись!»
Даже у меня челюсть отвисла, что уж говорить об адептах. Фаунг выглядел таким брутальным, что я бы никогда не подумала, что он из этих. Хотя у них же такие воинственные женщины! Видимо, иногда проще договориться с мужчиной, чем доказывать слабому полу, что никак не ущемил ее права.
Татуировку оценили не только мы, но и рыжие муравьи, которых теперь было хорошо видно. Они ползали кругами, постепенно сужая их и добираясь до цели.
— Надо бы ему помочь, — произнес кто-то.
— Сам туда иди! — отозвались рядом.
Я уже думала вмешаться, как муравьи добрались до главного. Фаунг с пронзительным воплем вскочил, хватаясь за ягодицы, и в пару прыжков преодолел периметр, падая на траву рядом с нами.
Вместо того чтобы помочь пострадавшему, все от него шарахнулись — муравьи-то никуда не делись. Что-то этот момент я не продумала.
— Солью засыпайте! — заорала, быстро сориентировавшись, и первая схватила надорванный мешок, щедро посыпая орка, который уже хрипел и на котором таяли остатки одежды.
Соль помогла, и кричать орк перестал. К нему шагнули товарищи, но тут один цветисто выругался, так как в его сапогах появились дыры и начали быстро увеличиваться. Жуки, закончив с одним противником, принялись за следующего.
Что-то я этот момент тоже не доработала.
— А-а-а-а! — пронзительно заверещал пострадавший, а остальные отбежали, нервно отряхиваясь.
Пришлось делать внушение жукам остановиться и возвращаться на место.
Увлеченная делом, пропустила появление лорда проверяющего.
— Что здесь происходит?! Почему адепт голый? — раздались требовательные вопросы у меня над головой.
Худший момент трудно было бы придумать. Я стояла на коленях, переправляя жуков и муравьев за периметр. Все остальные толпились на расстоянии, боясь подходить.
«Вот не мог он раньше прийти?» — взвыла про себя. Ради такого дела не торопилась бы жуков останавливать, а так отпустила последнего и лишь после этого поднялась с земли, отряхивая руки.
— Адепт — доброволец, решивший протестировать установленные ловушки, — холодным тоном сообщила высшему и, игнорируя его, подозвала своих адептов.
— Прикройте его и помогите добраться до целителей.
— Вы рискуете жизнью адептов? — недобро прищурился демон.
— Не больше, чем любой другой адепт рискует на практических занятиях, — не моргнув глазом, ответила я, все так же избегая смотреть на высшего и наблюдая за Фаунгом, с которым поделились форменной курткой и помогали подняться. — Повреждения поверхностные, и завтра он уже будет в строю.
По крайней мере, я на это очень надеялась. А вот взгляд орка на меня нужно было видеть. Лично он очень сомневался в моих словах, но я послала ему ободряющую улыбку. Фаунг как-то нервно среагировал на нее, став заваливаться вбок.
— Чего застыли? Отведите его к целителям, — шикнул Хам на моих адептов и сообщил остальным: — Перерыв двадцать минут. Прогуляйтесь отсюда.
— Замкните контур и можете идти на ужин. Вы молодцы! — наперекор сказала я.
— Чтобы я вас здесь не видел! — рыкнул высший.
Отряд патрулирования вспомнил о своих обязанностях, а оставшиеся адепты подхватили мешки с солью и бегом стали уносить ноги, не забывая наносить контур. Молодцы, ушлые ребята! И Хама послушались, и мой приказ не нарушили.
— Потрудитесь объяснить, почему на ваших занятиях или вы раздеваетесь, или адепты в непотребном виде.
— За наклонности подобранных вами умертвий я ответственности не несу! — возразила ему, вспомнив инцидент на практике.
— Я вас о другом спрашиваю. Это что сейчас было? Почему он голый? — теряя терпение, потребовал ответа лорд проверяющий.
— Попал в ловушку.
— Та-а-ак, — протянул демон. — Рассказывайте, что вы здесь устроили?
Ох, как мне этого не хотелось делать! Но пришлось подчиниться, рассказав придуманный план обороны и каждую минуту ожидая насмешек. Высший слушал молча. И когда я закончила, тоже молчал. В недоумении подняла голову и посмотрела на него. Демон с трудом сохранял серьезное выражение лица, но готова была поклясться — давился от смеха.
Не успела оскорбиться, как он глубокомысленно заметил:
— Теперь я понимаю, почему с эльфами предпочитали договариваться, а не воевать.
Я открыла рот от удивления, а Хам с усмешкой поднял мою упавшую челюсть и заправил за ухо выбившуюся прядь волос.
— И кто бы мог заподозрить такую изощренность в столь светлой головке. Молодец!
Меня похвалили?!
Я стояла как громом пораженная, а демон пошел себе дальше, заложив руки за спину. До меня донеслось:
— Муравьи в штанах…
И плечи его подозрительно подрагивали. Будь это кто-то другой, я бы сказала, что он поспешил уйти, чтобы не рассмеяться в голос. Но это же высший демон! Кстати, они вообще смеяться умеют? Я его ни разу даже улыбающимся не видела.
В шоке потерла подбородок, который горел от прикосновения демона. В голове промелькнул вопрос: «А Хама, часом, не подменили?»
Так и не найдя ответа, поспешила за убежавшими уже далеко адептами. Все же контур проверить за ними нужно. Хотя, зная последствия, наносить они его будут особенно тщательно.

* * *

Первый день как-то незаметно перешел во второй. Где-то ближе к полуночи я прогнала адептов спать. Выспавшиеся воины эффективнее, чем злые и сонные. Сама же смогла добраться до комнаты только ближе к двум часам, так как проверяла все, что мы сделали за день. Много, кстати, сделали. Закрыли три четверти периметра Академии и обозначили границы ловушек. Остальные адепты обходили нас за километр. Желающих пробежаться на спор больше не находилось.
Второй день оказался еще насыщеннее, особенно для целителей и артефакторов. Хам не просто организовал проверку их готовности. Он ярко показал, насколько безжалостными могут быть высшие в боевой обстановке. Если кто-то из адепток пытался изобразить истерику, ее мгновенно обрубали колкой фразой, типа:
— На войне вы врага не разжалобите!
— Думаете, ваши слезы спасут раненого?
— Ваши рыдания могут услышать. И вы отправитесь на небеса вместе с пациентом.
В итоге целительницы к концу дня вдруг как-то резко собрались и поняли, что от них требуется. А потом и вовсе заслужили скупую похвалу от Хама и одобрительный кивок от Виланда. Это когда они догадались привлечь оставшихся без дела провидиц к тому, чтобы перетаскивать «раненых» и выполнять работу «принеси-подай» в разбитом лагере. Роли раненых выполняли адепты, которых преподаватель иллюзий из людей, по имени Грик, как следует «гримировал». Накладываемые им иллюзии в виде оторванных конечностей, крови и результатов изощренных проклятий выглядели так натуралистично, что сначала половина адепток падала в обморок, а вторая половина с визгом разбегалась. Адепты же пытались погнаться за ними, но затем, после того как Грик и Виланд чуть повысили голос, мигом успокоились. И снова начали изображать раненых.
Хвенильда не давала спуску своим отрядам. Тут и там группы адептов практиковались с самыми различными видами оружия. А валькирия и еще пара преподавателей тщательно следили за ними. Причем Хвенильда сразу сказала: кто будет ныть, отправится домой. Насовсем. Без возможности восстановления в учебе.
Ныть не пытались. А вот один второкурсник-гном решил, что больных не станут привлекать к учениям, и изобразил приступ золотой горячки — болезни, что поражала только его расу. Даже нашел где-то золотую пыльцу и обсыпался пятнами. После чего показался в таком виде и удрал в комнату, проорав, что на карантине.
Итог? Он влетел в портал быстрее, чем успел сказать: «Ой». Хвенильда же брезгливо вытерла сапог о траву и сообщила:
— Кто-то еще болеет?
Все вдруг поняли, что никогда не чувствовали себя так хорошо, как сейчас.
— Куда она его? — шепотом спросила я у Виланда.
— Домой, — хмыкнул тот. — Ну как домой… Его выбросит километрах в двадцати от входа в Гномрин. А там камни и гароды.
Я сморщилась. Гароды — полосатые твари, похожие на ящериц, но с пушистым хвостом. Питались они травой, но их не любили за одну особенность. Если они пугались, то выделяли очень вонючие газы. Крайне вонючие и трудно удаляемые с одежды. Не повезло гному.
Больше попыток не было, все сосредоточились на деле. Я же с подозрением косилась на Хама. Вся эта подготовка, проверка… Да, здорово, но при чем здесь «условия, максимально приближенные к реальным»? На территории Академии пока не было даже самой захудалой нечисти. Не гонять же полтергейстов!
Хам же ухитрялся быть словно одновременно в нескольких местах. Вот он с каменным выражением лица смотрит, как адепты дерутся на мечах, а вот уже следит за тем, правильно ли используют боевые заклинания на манекенах. И даже не морщится от щепок, что летят во все стороны. А потом демон вдруг оказывался рядом с артефакторами, проверял, как все настроено. И так далее.
Моим адептам почти не досталось. Видимо, Хам впечатлился ловушками. Разве что проверил, насколько хорошо могут передвигаться замаскированные адепты, буркнул что-то и быстро ушел. Мне даже стало не по себе.
Вдвойне мне стало не по себе, когда уже вечером Хам перехватил меня на дороге в жилое крыло. К тому времени я устала и мечтала попасть в душ. А перед этим заварить эльфийский чай. Он бодрил и прибавлял сил, а впереди планировались еще часа три маскировочного забега мимо предполагаемого противника. Учитывая, что это были водники, ожидалось нечто трудное. Нюх и интуиция у этой расы были просто отменными. Как и реакция.
Как раз в тот момент, когда я спешила в свою комнату и уже мысленно снимала одежду, меня перехватили в буквальном смысле. Точнее — остановили. На полном ходу. Непонятно откуда взявшийся Хам очутился на моем пути. И я лишь чудом успела затормозить. Иначе врезалась бы носом в широкую грудь высшего.
— Вашу… — Ругательство тоже получилось удержать. — Лорд Хамсферженвальд, вы что-то хотели?
Понятное дело, что хотел. Стал бы он стоять тут передо мной, скрестив руки на груди и разглядывая в упор. Денек выдался нелегким даже для высшего. Вон и волосы чуть растрепаны, и взгляд чуть уставший. Почти незаметно, только я-то эльфийка. У нас глаз — алмаз.
— Цветочек, просто совет: убери волосы в более аккуратную прическу. Здесь не эльфийский бал, а учения. Я видел на войне, как одной такой эльфийке просто раздробило руку. Она не смогла увидеть опасность из-за пряди, лезущей в глаза.
Я невольно провела рукой по волосам. Ну да, пара прядей выбилась.
— Мы не на войне. И перестаньте называть меня Цветочком. Я выучила ваше имя.
— Я никогда не даю советов просто так, — сообщил Хам тоном, от которого у меня зачесался затылок. — А в произношении своего имени не чувствую уважения, как и сказал.
И пошел дальше. Я же посмотрела в спину, обтянутую темной рубашкой, и не удержалась от вопроса:
— Насчет Игенборга, лорд Хамсферженвальд, вы же пошутили, да? Там нет таких возмутительных традиций!
Мне показалось или спина высшего ощутимо напряглась? А еще послышался едва уловимый скрежет зубов?
— Я не привык шутить такими вещами, Цветочек.
— Леди Дэрин!
— Кому как.
Вдох и выдох. Все хорошо, я спокойна. Проще промолчать и уйти, а мысленно надеть на голову демона что-нибудь особенно отвратительное. Или представить, что он попал во все мои ловушки.
Каюсь, злорадно улыбнулась на моменте, когда представляла муравьев. Молча прошла в свою комнату, решив больше не обращать внимания на Хама и его идиотские прозвища в мой адрес. Хочет называть? Пусть хоть обзовется, я не стану реагировать!

Глава 10

Нет, последние три дня утро точно начиналось не с кофе. Мне вообще показалось, что я только прилегла, измотанная до предела, как в дверь уже начали стучать. Судя по всему — ногами. В семь утра! Учитывая, что упала на кровать я во втором часу ночи, стук мне решительно не понравился. Как и вой за окном, от которого мигом заломило уши.
Как и голос, присоединившийся чуть позже:
— Леди Дэрин!
Бух… бух… бух!
У-у-у-у-у-у-у!
— Леди Дэрин, у нас задница!
— У меня тоже, — проворчала я, выпутываясь из одеяла, в которое так уютно замоталась.
Судя по треску, дверь напора орка Декста долго не выдержит. Пришлось двигаться чуть быстрее, находить халат и открывать незваным гостям. То есть адептам. Что они вообще забыли в жилом крыле преподавателей? Сюда можно заходить только под угрозой конца света! Но, судя по сирене, именно он сейчас грозился наступить.
Едва я открыла дверь, как меня едва не снесли трое адептов: Декст, Родерик и Гнырр. Орк, человек и гном.
— Войско! — заорал гном. Вообще-то у него бас, но он волновался, и потому голос сорвался на жалкий писк воробья. Впрочем, никто не засмеялся.
— Чего?
— Леди Дэрин! — А вот у Декста голос никуда не пропал, и меня едва не снесло ревом. — Войско окружило Академию! Говорят — штурм будет!
Я не села только потому, что Родерик меня поддержал. А еще поняла одно: в Академии я больше не расслабляюсь. Особенно пока Хам здесь. Буду ложиться спать при полном параде, даже не снимая сапог.
Экстренная ситуация требует экстренных мер. Пару секунд я еще пребывала в прострации, но потом собралась. Иначе мы бы с адептами могли легко устроить повальную истерику. На радость Хаму. Небось нашел бы причину позлословить: преподавательница в халатике и трое молодых людей.
Что-то у него явно проблемы вокруг этого дела. Иначе с чего бы везде видит непристойный подтекст?
— Так, для начала подождите меня за дверью, — скомандовала я адептам. — Давайте, давайте, не буду же я отражать штурм в таком виде. Хотя нет… можно. Тогда есть вероятность, что часть войска сляжет от хохота.
Мне пришлось едва ли не силой выпихивать адептов в коридор. Там уже творился хаос. Многие преподаватели так же, как и я, спали, когда завыла сирена. И теперь торопливо выбегали из комнат. Даже не обращая внимания на адептов.
Учащимся не разрешалось находиться в нашем крыле еще и потому, что существовал запрет отношений между адептами и преподавателями. За такое исключали и увольняли. Навсегда.
— Они меня разбудили! — на всякий случай предупредила я пробегавшую мимо Хвенильду в одной броне на голое тело. Валькирия лишь махнула рукой и умчалась дальше.
— Стоять у двери, — приказала я, чуть прикрывая ее. — Рассказывайте!
А сама тем временем торопливо натягивала штаны и рубашку. При этом одновременно пытаясь пригладить волосы. После сна они выглядели особенно кудрявыми.
— На нас напали!
— Мы окружены!
— Императорская гвардия.
Сведения сыпались каменным градом. Противный вой сирены отдавал в висках, и информация усваивалась туго.
— Подождите, какая гвардия? — переспросила я, быстро натягивая сапоги.
— Императорская. В форме элитных частей.
— С чего бы императору на нас нападать? — задала резонный вопрос и тут же сама ответила: — Хам!
— Нет, он сам удивленным выглядел. Они с нашим василиском ходили к прибывшим, — возразил гном.
— Говорят, сам император решил присутствовать при штурме, — добавил Родерик.
— У нас час на подготовку.
— Откуда вы столько знаете? — удивилась я.
— Мы дежурили, когда тревогу объявили, и всё видели.
— Идемте.
Заплетая на ходу волосы, я вышла из комнаты. Происходящее не укладывалось в голове. Впервые слышала, чтобы во время учений академии реально штурмовали, да еще лучшими войсками. Будучи наслышанной о них, понимала — здесь обещает стать жарко.
Академия гудела как растревоженный улей. Адепты, преподаватели… Все невыспавшиеся и злые. Эти два дня были изматывающими, а тут снова сирена.
— Они шутят? Катапульты?! — изумилась я, стоило нам оказаться на улице. Все только об этом и переговаривались.
Ближе к плацу белел шатер штаба. Было видно, как серьезный ректор раздавал распоряжения преподавателям, склонившись вместе с высшим над картой и что-то обсуждая. Готова была поклясться, что сейчас они действуют заодно, продумывая план обороны.
Вой сирены сменился звуком трубы, объявляющей общий сбор. Потоки обитателей Академии, на ходу поправляющих на себе одежду, устремились к плацу. Мы тоже двинулись туда.
В рядах царила растерянность. Появление императорских войск под стенами выбило из колеи многих и привело к смятению в умах. Каких только предположений я не наслушалась, пока мы шли, начиная от «Нас всех забирают на войну» и заканчивая «Мы все умрем». Мои адепты только посмеивались над этим и сами испуганными не выглядели. Скорее, были полны предвкушения и нетерпения проверить в действии наши ловушки, споря между собой, сколько имперцев в них попадется, и мечтая: «Вот бы полюбоваться на их лица».
Я же напряглась, из истории зная примеры штурмов императорскими войсками, маги которых любили сначала выпускать для атаки нежить, запугивая и истощая противника. Наши ловушки были рассчитаны больше на живых, и я спешно думала, что можно добавить и успеем ли.
— Леди Дэрин, вы только замуж не выходите.
— Что?! — Пребывая в своих мыслях, я не сразу поняла, о чем говорит адепт Родерик.
— После позавчерашней демонстрации на ваш предмет взглянули другими глазами, и многие хотят записаться на спецкурс.
— Я… — чуть не сказала, что не собираюсь замуж, но аут вспомнила об обручении с Ирром и быстро исправилась: — Рада.
А вот орк заминку заметил и теперь смотрел на меня с подозрением.
— Адепт Декст, не надо смотреть на меня так, будто я исчезну через мгновение.
— Не знаю, не знаю, одну преподавательницу высший с собой утащил.
— Не переживайте, этому высшему я и даром не нужна, — усмехнулась в ответ, но орк мои слова воспринял скептически.
— Уверена, после проверки мы лорда проверяющего больше не увидим, — убежденно заявила я, еще не подозревая, как сильно ошибаюсь и как круто изменится моя жизнь совсем скоро.
— Друзья мои! — обратился ректор к собравшимся. — У нас мало времени, поэтому обойдемся без долгих речей. Нам выпала великая честь провести учения с гвардией императора и в сражении показать себя и наши новые наработки. С их стороны тоже будут использованы экспериментальные заклинания, поэтому требую соблюдать осторожность и точно выполнять все приказы ваших кураторов.
После этих слов ропот пробежал по рядам. Экспериментальные! Звучало настораживающе и опасно.
— Удачи всем нам. Я в вас верю! — торжественно закончил свою речь Виланд, подтверждая опасения окружающих.
В первый момент я не поняла, зачем он нагнетает обстановку, но, увидев притихших адептов, осознала правильность такого поступка. Слишком много горячих голов, желающих отличиться и выделиться.
Поймала на себе обеспокоенный взгляд лорда проверяющего и гордо подняла подбородок. Надеюсь, он не считает меня слабым звеном? Я хоть и не участвовала раньше в военных действиях, но голову от страха терять не собиралась.
Да и остальные вроде держались неплохо. Смешков, конечно, поубавилось, но и цирк нам не обещали. А преподаватели и вовсе подтянулись. Хвенильда вон посуровела и как-то задумчиво поглаживала рукоять меча валькирий. От других мечей он отличался ковкой из особой стали, которую выплавляли только в Северных горах. А зачаровывали его жрицы, что жили на родине Хвенильды.
А еще я заметила, что Эктавиона поблизости не наблюдалось, и не удержалась от вопроса:
— А как же наши дипломаты?
Виланд погладил подбородок и ответил, в то время как остальные преподаватели вполголоса спорили насчет плана. А высший развлекался тем, что стоял и смотрел в пространство. Наверное, представлял себя на поле боя.
— Дипломаты уже пытаются договориться, но половина из них полегла.
— Ранили? — перепугалась я.
Дипломаты вроде неприкосновенны, у них всегда белый флаг и все такое.
— Если только морально, — хмыкнул вдруг Хам. — Виланд, скажи Эктавиону, что дипломаты должны быть стойкими, а не падать в обморок от пошлых фраз. Не на балу общаются, а с воинами. А у них приказ: дезориентировать противника.
— Вот как раз стойкости и обучаться, — пробормотал Виланд, сам тоже выглядевший не слишком довольным.
Я же сделала шаг в сторону… потом второй. Надо успеть поставить хоть несколько ловушек для нежити и отправить адептов на разведку ситуации, а заодно и самой пробежаться.
— Куда?!
Окрик Хама заставил замереть на месте не только меня, но и крадущихся со мной адептов.
— На разведку, — ответила честно. — И ловушки ставить.
— Ваши адепты уже сходили на разведку, — отчеканил Хам.
— Но я-то — нет. Как преподаватель…
— Сейчас вы не преподаватель, а воин.
Последнее слово он произнес с каким-то едва заметным сомнением. И этот взгляд, скользнувший по мне. Ну да, согласна, как-то плохо сочетается «воин» и я.
— Да неважно кто! У меня опыта в маскировке больше, я могу подойти к ним вплотную и прослушать, что надо.
— Да-а-а-а? — как-то подозрительно мягко спросил высший. — Леди Дэрин, а вы вообще видели войска?
— Нет, — буркнула я.
— Поднимитесь на южную башню и посмотрите.
Что я и сделала, вместе со своими адептами. И мигом приуныла при виде открывшейся картины. Мне показалось, что под стенами собралось несколько миллионов, хотя на самом деле там была-то пара-тройка сотен воинов. А еще штурмовые орудия, катапульты и боевые маги, над головами которых висели круглые полупрозрачные шары. Око Иррисы. Оно позволяло увидеть замаскированного противника. Стоит безумных денег, создается с огромным трудом, но император явно решил не экономить. И таких вот гадостей я насчитала пятнадцать штук.
— Мы пытались к ним приблизиться, — угрюмо подтвердил мои догадки Декст, — но нас мигом засекли и чуть не размазали.
Трижды наррова задница.
Я знала, что на такие вот «глазки» есть свои методы. Но у меня их не было. Я преподаватель, а не воительница со стажем.
— Будем полагаться на ловушки, — заключила угрюмо, — а после учений вплотную займемся темой «Как обойти Око Ириссы».
— А разве это проходят в Академии?
— Теперь — да! — рявкнула в сердцах. — Так, ждите меня у центральных ворот, я сейчас.
А сама, едва сдерживаясь, направилась в сторону Виланда и Хама.
Во временном штабе уже остались только они. А, нет, еще был Эктавион. Деловой и какой-то малость раздраженный. Остальные преподаватели забрали адептов и спешно занимали обговоренные позиции. Мимо меня пробежали три гнома с горшками золота. Будут бросаться зачарованными монетами? Или перепрятывают запасы?
На мое появление Виланд отреагировал несколько рассеянным взглядом, а Хам — приподнятой бровью.
— Вы о чем думаете вообще?
— Конкретнее, леди Дэрин, — попросил Виланд. — Я сейчас думаю слишком о многом.
— Опытные воины против детей! По-вашему, это нормально?!
— Детей? — переспросил Хам.
Он проводил взглядом тролля, который нес охапку защитных амулетов. Рост такой, что я ему в пупок могу дышать, перекатывающиеся под темной кожей мышцы, мощные клыки.
— Что вы там про детей говорили, леди Дэрин?
— Молодежь, — поправилась я, — опытные воины против молодежи.
— Враг не спрашивает о возрасте, — свысока заявил демон. — Пусть привыкают, что в жизни чаще всего придется сражаться с более сильным противником.
Жалкое оправдание! Я вся кипела от негодования.
— Как вы могли натравить на адептов элитные императорские войска?! Перед ними неприступные крепости падают, а вы привели их под стены учебного заведения!
— Леди Дэрин, это решение императора, и не нам его обсуждать, — вмешался в перепалку ректор. — Вы хотели поставить ловушки…
Намек был более чем прозрачный.
— Виланд, леди пока на испытательном сроке и не является полноценным преподавателем Академии. Будет лучше, если на время сражения она останется в своей комнате, изображая мирное население.
Мы с ректором изумленно переглянулись.
— Да вы…
Жаль, что я не владею магией, иначе испепелила бы высшего на месте, а так пришлось ограничиться разъяренным взглядом.
— Только через мой труп! — предупредила обоих. — Я не оставлю адептов.
Поняв, что справедливости здесь не добиться, резко развернулась и пошла… ставить ловушки.
— Цветочек, — нагнал меня Хам и ухватил за руку, останавливая. — Во время сражения находишься в тени и даже не высовываешь свой прекрасный носик.
— Да что вы себе позволяете! — возмутилась я.
На что Хам приблизил свое лицо почти вплотную и тихо, но весьма угрожающе процедил:
— Если замечу тебя, а я замечу, отшлепаю так, что неделю сидеть не сможешь, обещаю! Будешь у меня дома слугам маскировку преподавать!
Выдав это более чем возмутительное обещание, высший демон отпустил мою руку и зашагал обратно к ректору, оставив меня беспомощно глотать ртом воздух. Демоны всегда, всегда выполняют свои обещания.

Глава 11

Атака началась внезапно. Не было ни звука труб, ни боевых кличей, просто свист в воздухе — и в стены Академии понеслись снаряды. Защитный купол отклонял их, стены пока держались, лишь слышались глухие удары, но долго это продолжаться не могло.
Нервы у всех были на пределе. Многие адептки теряли сознание.
— Мы все умрем! — тонко завопила одна провидица, внося смуту в ряды сокурсниц, за что получила хук справа от орчанки и упала кулем на землю.
— Что? — пожала та плечами. — Она все равно никакого дара не имеет, только и способна погоду предсказывать. Забыли? Лучше сосредоточимся на том, где будет первый прорыв.
Я сделала себе пометку отметить эту девушку. Молодец! Провидицы забыли о панике и занялись делом.
— Там, — указала одна на юго-восточное направление, в сторону полигона.
— Там, — указала вторая на восток.
Третья указала тоже на полигоны, а четвертая вообще на север. Но большинство выбрало юго-восток.
Я переместилась к своим адептам и позвала их за собой. Стоило проверить периметр в указанных местах.
Купол над Академией держался, переливаясь радугой и мешая разведывательному отряду, парящему в небе на орлах, что-либо разглядеть, а вот стены, даже усиленные магией, не выдерживали массированной атаки. Рано или поздно враг прорвется. Снаряды непростые, да и лучшие маги императора без дела не сидели, взламывая защиту.
Отряды адептов уже дежурили наготове по всему периметру. Кураторы давали последние наставления. Более опытные маги со старших курсов располагались в центре и подбадривали первокурсников. Все правильно, они опытные и дольше смогут держать щит, прикрывая всех, и отражать заклинания.
Спокойнее всех выглядели целительницы, они даже глазки парням умудрялись строить. Мне кажется, после испытаний, устроенных Хамом, их уже мало что могло напугать. Многие посылали воздушные поцелуи парням и назначали свидания в городе после учений. Кураторы их шашни демонстративно не замечали.
Я усмехнулась. Все правильно, парни не знают, а это еще одна тактика, поднимающая воинский дух. Воин, которому есть ради кого сражаться и перед кем покрасоваться, сражается в разы лучше!
Меня гордость брала за моих адептов. Практические занятия явно пошли им впрок. Ни один не показал испуга перед грядущим сражением. Они с готовностью демонстрировали приобретенные умения скрываться, появляясь то здесь, то там.
Мы рассредоточились. Каждый из адептов получил по артефакту иллюзий с опасными хищниками, который следовало активировать при прорыве. Там были и огромные песчаные змеи из пустыни Садха, и болотные гараюзы, надувающиеся как шар и выпускающие вокруг себя ядовитое облако, и моргланы с бронированными телами и острыми клыками. Все для того, чтобы приготовленные мощные заклинания атакующие использовали на иллюзии. К сожалению, у меня нет магии, позволяющей подпитывать такой артефакт, как у моих адептов.
Основные наши силы я сосредоточила на юго-востоке, и первый прорыв случился там. К счастью, нежити не было. Императорские маги посчитали, что и без них справятся, и наши ловушки сработали на полную мощность. Первый удар взяли на себя иллюзии, а потом мы все наблюдали, как стремительно оголяются атакующие, что вызвало сильную смуту в их рядах, Все же у одетого бойца перед голым огромное моральное преимущество.
Сердце радовалось, наблюдая, как мои адепты, скрываясь, ловко управляют иллюзиями. Звери уклонялись от атак, рычали, прыгали, отскакивали, и пока никто еще не определил, что они иллюзорные.
А вот второй прорыв случился восточнее и, к сожалению, был более мощный. Двигаясь через тень, я поспешила туда.
Слишком много сильных магов. В змея одного из адептов запустили настолько убойное заклинание, что волной разметало парней, стоявших поблизости. Контроль над иллюзией был потерян, но самого адепта пока не заметили.
Живность в траве стали выжигать огнем, но я мстительно подумала о том, что жуков в ямах он не тронет, я это предусмотрела, и магов ждет сюрприз. Они смело вступили на выжженную землю, и тут случилось непредвиденное. Нога одного из магов попала в яму именно в тот момент, когда он бросал бомбу-портал в иллюзию болотного гараюза. Из-за этого траектория изменилась, и бомба приземлилась рядом с притаившимся Декстом. Бросаясь к нему, я прокляла расточительство имперских магов. Слишком много энергии требовали такие бомбы, и в армии ими дорожили сильнее, чем золотом.
Открывающийся портал заливал все синим светом, и в последнее мгновение мне удалось вытолкнуть адепта, парализованного встроенным в бомбу заклинанием. К сожалению, сама я уйти не успела, и меня затянуло. Потеряв ориентацию, полетела во тьму.

* * *

ХАМСФЕРЖЕНВАЛЬД 

Подобные учения, насколько я знал, не редкость. Перед тем как отправиться в АБМ, внимательно просмотрел записи предыдущих проверок. Все стандартно: три дня учений, нападение нежити, разбор недочетов, а затем уже вердикт.
Но вот с императорскими войсками и штурмом Академии… прежде такого не случалось. Кто бы мог подумать, что моя идея придется императору по душе. Давно не было войн, и решил развлечься.
Я стоял на вышке, в стороне от штаба. Ее очень быстро построили адепты еще в начале учений. И теперь отсюда можно было наблюдать весь ход штурма. Мне принимать в нем участие запретили, но кое-какие вещи все же мог делать.
Чуть повел рукой, накладывая временную защиту на второкурсницу-целительницу. Она тут же заискрила, отражая заклинания противника. Не смертельные, но крайне неприятные.
Скрипнул зубами, чувствуя, как внутренний зверь рвется наружу, в битву. Поближе к Дэрин. Упорный и вредный Цветочек, как назло, лезла в самую гущу. Туда, где уже произошел прорыв.
Очередной защитный барьер на другую целительницу. Хотя не надо бы, пусть поймут, какую ошибку совершили, не обеспечив их всех охранными амулетами. Банально не хватило времени.
Мимо вышки галопом пронеслись боевые тролли, смяли двух прорвавшихся имперских солдат. Хорошо пошли.
За Виланда и старшие курсы я особо не волновался. Подготовка там на уровне. А вот первый курс все же отправил в корпуса. Они только под ногами будут путаться. Второй курс хотя бы имеет какие-то навыки, и их можно приспособить под «принеси-подай».
Дернулся, увидев, как Цветочек вместе со своими адептами рванула в сторону группы солдат. Хорошо их подготовила! Сама ушла в тень, а остальные передвигались незаметно и ловко. Ну и ловушки тоже вносили сумятицу в стане врага.
В очередной раз отвел удар от целительниц и прошипел проклятие. Так, час… максимум два — и Академия падет. Но тут учитывалась не возможность отстоять территорию, а время, которое продержатся адепты.
Встретился взглядом с Виландом, который неподалеку вместе с боевыми магами наносил контрудар. Чуть кивнул: мол, неплохо, неплохо.
И проворонил тот момент, когда Цветочек все же нарвалась.
На войне все плохое происходит быстро. Вот Дэрин только что успешно увернулась от атаки, а в следующее мгновение кинулась к адепту, отталкивая его. От бомбы, что развернулась мертвенно-синим порталом.
— Да нарры тебя дери! — Мой рык перекрыл даже шум боя.
Дэрин провалилась в портал.
Она. Провалилась. В Портал.
И он с хлопком свернулся. Ему было на все плевать. И на мой рык, и на вопли адептов, которые заметили пропажу Дэрин.
Куда она подевалась? Куда были настроены порталы?
Я не стал переходить полностью в боевую ипостась. Лишь распахнул крылья, чтобы перелететь во вражеский стан. Краем уха услышал испуганные крики внизу, но крылья — это просто крылья. От них флер ужаса не такой сильный.
Командир Трэйс следил за боем, стоя рядом с императором. Но если второму я почтительно поклонился, то на первого глянул с плохо скрываемым бешенством. Трэйс, правда, взгляд выдержал. Закаленный воин, а некоторую бледность можно списать на бессонницу, которой он страдал. Тем более в остальном выглядел отлично. По таким женщины с ума сходят — седина на висках, шрамы и суровый взгляд.
— Кто настраивал порталы-бомбы?
От моего рычания императорские гвардейцы как-то подобрались и насупились. А сам император лишь скупо улыбнулся. Он сидел на лошади и внимательно наблюдал за штурмом. Впрочем, я был уверен, что при этом он не упускает ничего из разговоров вокруг.
— Бомбы настраивают маги, — ответил Трэйс, — у нас их тридцать. Тебя который интересует?
— И зачем? — вставил император.
Оставлять его вопросы без ответа не мог осмелиться никто.
— При обстреле западной части в портал попал преподаватель маскировки.
— И что? — не понял Трэйс. — В огненную лаву не свалится, как и в Бездну. Мы же договаривались: ничего смертельного.
— Ничего смертельного?! — чуть не вышел из себя я. Внутренняя сущность бесновалась, мечтая разорвать Трэйса. Процедил, едва сдерживаясь: — Это девушка. Эльфийка. Портал обратно она открыть не сможет. И где мне ее теперь искать?
— Хамсферженвальд, в чем проблема? — вмешался император. — Она же мастер маскировки, затаится, где бы ни была. Как раз проверишь ее профпригодность. Как думаешь, сколько они еще продержатся? — сменил тему, кивнув в сторону Академии, где как раз лопнул защитный купол.
Но меньше всего я был настроен делать прогнозы!
— Это маленькая. Хрупкая. Эльфийка! — Стоило неимоверных усилий не заорать на императора. — Без каких-либо средств защиты. Ее нужно вытаскивать немедленно!
— Да не переживай ты, сейчас закончим, и Трэйс распорядится.
Я и так с трудом удерживался от трансформации, и мое терпение лопнуло.
— Сейчас я пойду туда и закончу этот балаган!
— Не порть веселье! Чего взъелся, как будто это твоя пара? — поддел император.
Сущность взвыла, и трансформацию стало не удержать.
— Пар-р-ра, — пророкотал я, переходя в боевую ипостась, и бросился обратно в Академию.
— Трэйс, у нас проблемы. — Император с трудом удержал шарахнувшегося от демона жеребца. — Отзывай магов и ищи идиота, бросившего бомбу. Он его сейчас порвет. Пара, нарры подери! Не завидую ей.
Я это слышал краем уха. Внутри сейчас шла борьба между желанием разнести все и вся и пониманием, что надо сдерживаться.
Сдерживаться, мать его!
При виде меня маги мигом перестали обстреливать Академию и сделали попытку превратиться в камни.
— Куда настраивали порталы?
Мой рев снес с головы одного из них парик. У другого наступил временный обморок.
— Кто?!
— Лорд Заурронский дель Аби, вы доведете всех до инфаркта.
Резко обернулся, чтобы увидеть рядом с собой невозмутимого Трэйса.
— Приказ императора, — спокойно проговорил он. — Сообщите высшему все точки, куда настраивали порталы. Вы обстреливали восточную часть Академии?
— У нас только порталы на Гнилище. Ими и обстреливали.
Голос одного из магов чуть подрагивал. Я же стоял и слушал. И переваривал.
Гнилище! Одно из самых мерзких мест на нашем континенте. Там всегда туман, всегда холодно и водятся нарры — ядовитые плотоядные ящерицы.
Думать было некогда. Сколько там продержится одинокий маг? Ну час от силы, потом его порвут. А эльфийка, которая может только маскироваться? Ну… ненамного дольше. Одна рана, капля крови в болотной жиже — и не поможет ни одна маскировка. Нарры чуют кровь за десятки километров.
— Бросай бомбу, — отрывисто велел магу.
Какой он маленький, так и тянет наступить.
— Н-н-не… — заблеял тот.
— Бросай!
Не стоило рычать, очередной маг стек на землю без сознания.
— Надо от тебя тоже защитные амулеты делать, — сообщил Трэйс угрюмо.
Он подобрал одну из бомб: невесомый шар, внутри которого клубился холодный огонь.
— Тебя должно выбросить недалеко от нее. Учти, штурм мы не прекратим.
— Академия уже пала, — проговорил в ответ, — но они защищались достойно.
Трэйс кивнул:
— Я тоже отмечу это. До встречи.
Бомба взорвалась буквально в паре сантиметров. И меня тут же всосало порталом. Прямо в сверкающую мглу…
И швырнуло в нечто влажное, холодное и вонючее. В следующее мгновение взгляд прояснился.
Гнилище во всей красе. Кривые деревья с черными ветвями, зеленая жижа под ногами. В некоторых местах она даже мне доходила до колен. Говорили, тут есть омуты, до дна которых еще никто не доставал. Верю. Кому хочется нырять вот в это.
Гнилище образовалось сотни лет назад, после очень неприятной стычки с некромантами. Это я знал из истории Андорры. Неприятные ребята эти некроманты, любят высасывать энергию из всего. А потом оживлять то, что стало неживым, и заставлять работать на них.
А еще вокруг колыхался туман, густой, похожий на холодный протухший кисель. Из него доносились щелкающие звуки. Нарры приближались, уловив постороннего. Меня.
Мозг у них такой же маленький, как и голова. Тело огромное, состоящее из стальных мышц, а вот ума как у горошины.
Первых нарров, доходивших мне до колен, я просто растоптал. Остальных расшвырял пинками. Только тогда до них дошло, что новая «еда» невкусная и опасная. Недовольно пощелкивая, они скрылись в тумане.
Где же ты, Цветочек?
Минут десять я бродил в тумане, распугивая самых смелых нарров. Пока вдруг не замер. Внутри все насторожилось.
Секунда… две.
А затем я шагнул в сторону, и Дэрин буквально свалилась мне на руки. В полуобмороке, практически окоченевшая и измазанная болотной грязью.
Но живая! Целая!
— Я-я-я, — зубы у нее стучали.
Они у меня-то едва не застучали, только от злости пополам с облегчением. Это была такая здоровая злость непонятно на кого.
— Т-т-ты, — передразнил неожиданно для самого себя.
А потом дошло. Ударило как обухом. Дэрин лежала у меня на руках и не пыталась упасть в обморок. А я до сих пор находился в боевой ипостаси.
— Д-д-думала, — она еще и говорить пыталась, — что… г-г-глюки. О-о-о-ой!
И буквально зарылась головой мне в грудь.
— Т-т-еплый!
Да я сгорю сейчас!
— Уходим отсюда, — сообщил тихо, чтобы не напугать рычанием.
Она и так-то хрупкая, а сейчас и вовсе кажется невесомой.
— В-в-в Ак… Ак… Ик!
— Не в Академию, но тоже в неплохое место.
— Ак… демия к-к-ак?
Я выругался про себя. Сама практически превратилась в сосульку, а думает об адептах.
— Пала, но держались достойно. Маги впервые заливались слезами, атакуя. Твоих бабочек и жуков надолго запомнят.
— А п-па… п-паук-ки?
Я не выдержал и все же зарычал, открывая портал.

Глава 12

ДЭРИН 

Потеря ориентации, падение — и я со всего размаха рухнула в болотную жижу, уходя в нее с головой. Ледяная вода намочила одежду мгновенно, и холод впился в кожу иглами. Я вынырнула, хватая ртом воздух и ничего не видя. Убрав с лица волосы и протерев от грязи глаза, смогла оглядеться и чуть не взвыла. Везде, куда простирался взгляд, — болото! Это все, что смогла рассмотреть сквозь клочья густого и вонючего тумана.
Кто настраивал эти порталы? Они с ума сошли сюда адептов швырять?! Постанывая от ушибов и еле переставляя ноги, доковыляла до чахлого кривого деревца, надеясь, что там будет суше.
Прикоснулась рукой к черному гладкому стволу и с омерзением одернула руку, задыхаясь. Все эльфы знают, что у деревьев есть душа, и при желании могут ее услышать. Мне повезло с даром. Развивая его, научилась находить общий язык с обитателями леса и деревьями. Они укрывали меня своей тенью, при необходимости могли сделать невидимой для остальных. Вот и сейчас по привычке я потянулась к дереву. Но дух его был гнилым, отравленным, как воздух болота.
— Гнилище, — прошептала потрясенно одними губами, не веря.
Как же так?! Одно из самых гиблых мест. Зубы застучали то ли от холода, то ли от осознания ужаса положения. У меня же ничего с собой нет! Ни одежды — переодеться в сухое, ни воды, ни кристалла связи, чтобы сообщить о себе, ни даже кинжала.
Про живущих в Гнилище существ такие ужасы рассказывают, что вспоминать страшно. Чем мне защищаться? Руками отмахиваться? Меня вообще найдут?! Маг, бросивший бомбу, меня не видел, Декст парализован и неизвестно, когда заговорит. Мамочки! Да даже если и заметят исчезновение, решат, что я в тени, наблюдаю. Спохватятся только после окончания сражения. Меня же съедят к этому времени! Доносящиеся чавкающие звуки внушали сильное опасение.
Стало страшно как никогда. Поневоле потянулась опять к дереву, ища рядом с ним защиту. Преодолевая брезгливость, с трудом подтягивалась по стволу, коченеющими пальцами хватаясь за гладкие ветки, холодные, в какой-то слизи, как змеи. Одна надежда — переждать на нем. При всех своих способностях с агрессивными обитателями болота мне не договориться.
Я понятия не имела, сколько смогу продержаться. Ног в хлюпающих сапогах уже не чувствовала, дыхание вырывалось изо рта облачком пара. В довершение меня чуть не укусила змея, свисающий черный хвост которой я приняла за ветку. Еле успела отбросить. И едва она упала в болотную жижу, как на ней сомкнулись челюсти какого-то животного. Я даже разглядеть толком не смогла. Плоская голова, состоящая из одной большой челюсти. Да эта тварь меня бы пополам перекусила враз!
С чавканьем проглотив змею, неизвестная тварь вновь погрузилась в болотную жижу. А я дрожала от ужаса. Теперь, скорее, на деревце сдохну, чем полезу обратно в болото! Или умру от обморожения. Влажный холодный воздух плюс мокрая одежда, и я уже продрогла до костей.
Я вздрагивала от каждого шороха, а болото жило своей жизнью. То и дело раздавался плеск, звуки борьбы, визг или уханье. Но постепенно тело от холода немело, и моим самым главным страхом стало не удержаться на скользких ветвях и упасть.
Время тянулось неимоверно медленно, малейшая попытка пошевелиться и разогнать кровь приводила к тому, что я соскальзывала. И тут, как будто и без того проблем мало, вдалеке я услышала пощелкивания.
Нет-нет-нет! Только не нарры! С ужасом осознала, что это конец. С любым лесным зверем я бы договорилась, но это тупые злобные монстры. У них две челюсти. Когда они чувствуют добычу, внутренняя выдвигается вперед, и при беге раздается характерное пощелкивание. Что они вообще делают на болоте?! Хотя какая разница, в Гнилище каких только тварей не встретишь, недаром сюда по доброй воле никто не суется.
Впервые в полной мере осознала, что значит безнадежность. Я учила адептов никогда не терять присутствия духа и искать выход, но сама его не находила. На дерево нарры заберутся без труда, а если попробовать уйти болотом, то меня еще до их подхода съедят. Попыталась слиться с деревом, но ощущения при этом были такие, будто с головой погружаешься в нечто мерзкое и склизкое.
Терпела. Холод отуплял сознание, но я не хотела умирать!
Мне оставалось застыть на месте и ждать, слыша, как все ближе и ближе раздаются пощелкивания, и до рези в глазах вглядываться в как назло сгустившийся туман.
Перед глазами уже поплыли синие круги. Вдалеке послышался громкий плеск. Я вслушивалась. Видно ничего не было, но показалось, что там идет схватка, а потом пощелкивающие звуки стали удаляться. Удаляться! Неужели они кого-то съели и ушли?
В душе родилась робкая надежда на благоприятный исход. Я ждала, и ничего не происходило. Нечто крупное бродило в тумане, но нарров не слышно. И вдруг совсем рядом раздались характерные щелчки. Дева Лесная, они сделали круг и пришли за мной!
И вдруг клочья тумана разошлись, являя знакомую фигуру демона. Высший! Боги, никогда не думала, что буду ему настолько рада. Силы вмиг покинули меня. Одеревеневшие пальцы соскользнули с ветки, и я полетела вниз.
Упасть мне не дали, поймав и пинком ноги отшвырнув прыгнувшего за мной нарра.
— Я-я-я.
Хотела сказать, что рада его видеть, но от холода зубы стучали так, что ничего путного не могла произнести.
— Т-т-ты, — передразнил демон в боевой ипостаси, и это было так похоже на Хама, что убедило в его реальности. Кто бы знал, как я ему обрадовалась!
— Д-д-думала… что… г-г-глюки. О-о-о-ой!
Не знала, что демоны такие горячие. Потеряв стыд, прильнула к его огромной груди, обнимая, как печку.
— Т-т-еплый! — попыталась объяснить свое неадекватное поведение. Ничто на свете не могло теперь оторвать меня от него. Какое счастье, что он в боевой ипостаси! Такой огромный, горячий, сильный. Рядом с ним больше нечего бояться. Я под защитой самого страшного хищника. Даже нарры предпочли исчезнуть.
— Уходим отсюда, — произнес демон.
— В-в-в Ак… Ак…
— Не в Академию, но тоже в неплохое место.
С ним хоть на край света, лишь бы не отпускал!
— Ак… демия к-к-ак? — попыталась узнать новости и отвлечь от того, как в него бесстыдно вцепилась.
— Пала, но держались достойно. Маги впервые заливались слезами, атакуя. Твоих бабочек и жуков надолго запомнят.
Стало так приятно.
— А п-па… п-паук-ки?
Но демон устал от вопросов и, глухо рыкнув, открыл портал.
Дева Лесная, как же холодно. Я тряслась изнутри и стучала зубами. Еще немного, и точно они все сломаются. А бывают эльфийки без зубов? А, они же потом снова вырастут. Через пару десятилетий. Что за глупые мысли? Мой мозг тоже замерз и теперь выдает такую белиберду. А как же пауки? Их оценили в итоге? А-а-а-а!
Я заорала, так как меня, по ощущениям, окунули в кипяток.
— Не дергайся, Цветочек! — уже знакомый голос, без рычания.
Издевается?! Да я сейчас живьем сварюсь!
От возмущения и желания понять, где нахожусь, распахнула глаза. Ну и, конечно, первое, что попало в поле зрения, Хам собственной персоной. Благо уже не в боевой ипостаси, а во вполне себе нормальной. Я даже не заметила, как он стал обычным. Но держал все так же крепко.
— Да не вертись!
Издевается? Он меня сжал так, что я могла максимум крутить головой и гневно шипеть. Потом голос наконец-то вернулся. Разморозился.
— Я же сварюсь!
— Ни за что. Только согреешься.
И правда. То, что вначале показалось кипятком, на деле оказалось просто очень теплой водой. И сейчас она начинала согревать, растворяла холод, прокравшийся в самую глубину тела.
Хам продолжал меня держать. Прижимал к груди и не давал пошевелиться. Потом вдруг ощутила, как хватка исчезла, а высший завозился за моей спиной. Непонятное шуршание, глухой шлепок чего-то о твердое. Не выдержала и вывернула шею, чтобы увидеть мокрую и грязную одежду Хама, лежавшую на каменном полу пещеры. Заодно и зацепилась взглядом за пейзаж.
И правда пещера. Полукруглый потолок, стены все в мельчайших кристаллах, от них шли разноцветные блики. И рассеянный свет, источник которого я не нашла.
А еще несколько круглых бассейнов, обложенных гладкими светлыми камнями. И каменные лавки с подушками.
— Цветочек, я тебя раздену. И мы перейдем в чистый бассейн. Мало ли какая гадость могла прицепиться к одежде.
Я лишь кивнула. И первой начала сдирать с себя блузку. От нее воняло даже сейчас, когда основная часть грязи смылась.
Нарры! Теперь понятно, почему говорят, что они воняют. Еще бы, если жить в Гнилище! Ох, я теперь по пять раз на дню буду принимать душ. Чувство, что грязь в кожу въелась.
Блузку, штаны и белье Хам одним вонючим комком швырнул к своей одежде.
— И сжечь! — услышала я свой голос, какой-то подрагивающий. — Сжечь, потом еще раз сжечь и в третий раз на всякий случай тоже сжечь. Ох!
Меня на руках перетащили в другой, чистый бассейн. И теперь я уже не сопротивлялась. Тепло, просто блаженное тепло окутало со всех сторон. А еще везде были руки демона, осторожно смывающие с меня грязь, промывающие от тины волосы. В этом царстве горячей воды и пара он все равно оставался самым теплым, даря еще ощущение безопасности, так что я откинулась ему на грудь, позволяя обо мне позаботиться.
Тело оттаивало, а вот ужас пережитого не спешил отпускать. Если бы не он…
— Спасибо. Спасибо, что пришли за мной, — едва слышно произнесла я, но он услышал.
Путешествующие по моему телу руки на мгновение замерли, сжали, а потом демон ухватил за подбородок, запрокидывая голову и заставляя посмотреть на себя.
— Я же сказал, что буду следить за тобой.
И тут меня накрыло осознанием — если бы не его вредный характер, от меня бы даже костей не осталось! Повернулась, обнимая и утыкаясь ему в шею.
— Спасибо!
Не знала, как выразить всю степень благодарности. Только высший мог осмелиться сунуться в Гнилище. Даже нарров расшвырял как котят!
Но демон не испытывал затруднений с выражением благодарности — приподнял мое лицо и взял в плен губы.
Поцеловать спасителя — это святое. Никогда не думала, что мой первый поцелуй будет таким… жарким. У нас с отношениями до брака строго, и поцелуи только с женихом и мужем. У меня совсем не было опыта, а вот у демона явно с избытком.
Даже не подозревала, что это так приятно и туманит голову похлеще пыльцы шассовника, которую применяют для обезболивания тяжелых ран в походных условиях. Тело стало легким-легким, и я цеплялась за демона, как за нечто мощное и незыблемое, доверяясь его рукам, губам и всему, что он со мной делал.
Клубы пара от воды создавали наш собственный замкнутый мирок, где я теряла себя под шквалом его поцелуев. Одним махом он знакомил меня с жадными, нежными, трепетными, властными, подчиняющими… Кажется, его губы, руки были повсюду, сводя меня с ума. Я терялась под лавиной новых ощущений и всех нежностей, что мне шептали вперемешку с поцелуями. Пока высший не познакомил с еще одной стороной отношений между мужчиной и женщиной.
— А-а-а-а! — пронзительно закричала я от обжигающей боли внутри.
— Цветочек, только не говори, что невинна.
— Я эльфийка! — обиженно крикнула в ответ, отталкивая от себя демона, но он сжал в объятиях так сильно, что не могла пошевелиться. Внутри все пульсировало от боли, доказывая необратимость случившегося, и я расплакалась от разочарования.
— Ну что ты, сейчас боль пройдет, — всполошился высший, а у меня слезы текли градом.
— Я не подарю себя мужу-у-у…
— Уже подарила.
Ну да, подарила невинность, и кому? Высшему демону! Я заплакала еще горше.
— Что в такие моменты у вас говорят?
— Я твоя-я-я, — заливаясь слезами, сказала я то, что мечтала произнести для одного-единственного, того самого.
— Ты моя, — довольно подтвердил он.
Все не так. Слезы текли рекой, и я не удивлюсь, если пещеры затопит.
— Я твой, — исправился демон, целуя меня и стирая губами дорожки слез.
Его губы оказывали на меня магическое воздействие, успокаивая, отвлекая и не давая оставаться безучастной.
— Мы не подходим друг другу, — пыталась вразумить его я, намекая, чтобы оставил в покое, но демоны такие демоны.
Он просто стирал попытки смущения. Одними лишь прикосновениями.
— Прекрасно подходим, — убежденно заявил высший.
И взялся это доказывать. Нежно, но в то же время напористо и обстоятельно, как во всем, что они делают. Не давая и шанса его остановить, пока я вообще не забыла, что хотела остановиться.
А потом я лежала на его груди, слушая мерный стук сильного сердца, губы горели от поцелуев, в теле затухали искорки удовольствия, а мысли испуганно сбежали еще в самом начале. Не хотелось ни говорить, ни шевелиться, ни думать о том, что я наделала. И я малодушно ускользнула в сон, где не было тревог.

Глава 13

Открыв глаза, я обнаружила себя в мягкой постели и в незнакомой комнате. Резко села, оглядываясь, и глухо застонала от боли в мышцах. Обнаружив, что на мне ни нитки, прижала к себе одеяло.
— Ты зачем вскочила?
Одна из дверей открылась, и из нее вышел высший, застегивая манжеты на рубашке. Вот кто уже успел одеться, а я продолжала кутаться в одеяло.
— Где я?
— У меня в долине. Отдыхай, я скоро вернусь.
— А вы куда?
Демон смерил меня укоризненным взглядом, а я покраснела. Понимаю, что после всего «выкать» поздно, но не могла себя пересилить.
— В Академию. Не переживай, с ректором я все утрясу. Твоей группе поставят экзамены автоматом. Проверку они прошли и держались хорошо.
— Я с вами!
Дернулась к нему, но так и замерла, сжимая одеяло, не голой же идти.
— А где моя одежда?
— Ну куда ты собралась?
Демон подошел и присел на постель, погладил меня по плечу. И тепло разлилось по телу. Странно…
— Вещи твои сожгли, еще раз сожгли, чтобы наверняка, как ты и просила, а пепел развеяли. Я заберу все твое из Академии. Но и без этого вызовем портниху, подберешь себе гардероб. Только уже завтра с утра.
Я насторожилась.
— Зачем мои вещи из Академии забирать?
— Ну как же, медовый месяц. Проведем его здесь или у тебя есть другие предпочтения?
— К-к-какой м-медовый месяц?!
— Цветочек, только не говори, что не помнишь, — нахмурился высший. — Вспоминай! «Я твоя», «я твой»… соединение тел и душ. Клятву закрепления я произнес. Смотри.
Взяв меня за руку, поднес к носу запястье с брачной татуировкой.
— А-а-а! — заорала я в ужасе.
Наверное, это у меня от переохлаждения все-таки температура поднялась. Редкость для эльфов, но мало ли. Теперь вот бред начался.
Сначала я пощипала себя за руку, почти до синяков. Больно! Потом попыталась оттереть татуировку пальцами. И все это под укоризненно-насмешливым взглядом Хама.
— Нет, нет, нет! — шептала, тряся рукой в слабой надежде, что она оторвется и убежит подальше.
— Ну все, Цветочек, мне обидно вообще-то!
Я вскинула на него взгляд, который репетировала перед зеркалом для особо строптивых адептов. И, кажется, Хам несколько проникся. По крайней мере улыбаться перестал и спросил:
— Ты правда ничего не помнишь?
— Я точно не помню, чтобы давала согласие на брак.
— Ты сама сказала, что моя.
Хмуро уставилась на самодовольную рожу высшего. Потом кое-что вспомнила:
— Ты сам спросил, что эльфы говорят в таких случаях! О браке речи не было.
Потом ощутила, как глаза просто округляются до размеров блюдец, и прошептала:
— Да ты воспользовался моим… моим… моей…
— Страстью, да? — подсказал Хам, чуть подаваясь вперед.
Ласково погладил меня по щеке, но тут же вынужден был торопливо отдернуть ее. Мои зубы клацнули буквально в миллиметре от цели.
— Дэрин, не смешно. Что за выходки?
— Выходки? Вот это — выходка! — Я потрясла злосчастной татуировкой. — А у меня попытки не сойти с ума! Дева Лесная, за что?! В каком месте я провинилась, а? Это мне за то, что я в детстве с уроков сбегала? Или за отвергнутых поклонников? О-о-о-о-о-о!
Бессильно откинулась на подушки и сильно пожелала оказаться опять в Академии. Там можно забаррикадироваться в комнате и позвать на помощь адептов.
— Все, прекрати!
Хам навис надо мной и явно собрался поцеловать. Я успела выставить между нами подушку, так что высший в итоге ткнулся в нее и глухо зарычал. А мне удалось ужом выскользнуть из кровати. Правда, одеяло пришлось оставить и схватить вторую подушку. Ею я кое-как прикрылась и проговорила:
— Лорд Хамсферженвальд, вы же не собираетесь держать меня здесь?
— Я же не дракон, — хмыкнул высший, намекая на их маниакальную одержимость собирать и прятать сокровища. Причем часто драконы прятали так хорошо, что потом и сами не могли найти. Один такой перерыл всю долину, пытаясь найти горшок с золотом. Чертовы клептоманы.
— Я не буду увольняться из Академии!
Надо было руки скрестить для большей убедительности, но приходилось придерживать подушку. Она хоть как-то прикрывала стратегические места, но не мешала Хаму любоваться моими ногами.
— Цветочек, тебе не кажется, что официальное обращение сейчас выглядит как-то глупо?
Да без проблем! Внутри меня уже все клокотало. И с каждой минутой все сильнее.
— Я мечтала сделать карьеру!
— Хочешь, поместье куплю?
На голову его надень!
— Мне нужна Академия.
— Цветочек, я не могу купить тебе Академию. Она принадлежит императору.
Огонь внутри меня уже начал вырываться из глаз и ушей. По крайней мере, мне так показалось. Он издевается?
— Только попробуй сказать, что я увольняюсь! Я твою жизнь в ад превращу!
Подумала и добавила, глядя прямо в глаза Хаму:
— Помни, что с эльфами лучше договариваться мирно.
Хам потер подбородок. И, к счастью, больше не пытался подойти. Я просто не была уверена, что выдержу, если полезет целоваться. Либо убью, либо поддамся. Либо сначала поддамся, а потом прибью, хотя после он явно будет являться мне привидением. И оно из высшего получится просто ужасно нудным.
— Хорошо, Цветочек, мы серьезно поговорим, когда я вернусь. Твои вещи пока останутся в Академии, я принесу лишь самое необходимое.
Я же буквально проглотила фразу про Иррилия, про нашу помолвку. Малейшее упоминание про моего друга детства — и все, меня тут точно запрут.
Правда, Ирри сейчас вспоминался как-то бледновато. Я больше переживала за адептов и Академию. А с эльфом точно все в порядке.
— Поговорим, — ответила, продолжая наблюдать за Хамом.
Настороженно наблюдать. Мало ли, после всего решит, небось, что теперь можно целоваться в любое время суток. Меня жаром окатило с головы до ног, когда поняла, что это вот его я недавно обнимала и, кхм, целовала.
Высший сделал пару шагов в мою сторону. Я быстро огляделась и крайне ненавязчиво положила руку рядом с вазой, что стояла на резном столике. Красивая ваза, но мне будет ее не жалко, если что.
— Красноречиво, — кивнул Хам. — Дэрин…
Уже не Цветочек, а Дэрин? Прямо на глазах прогрессирует в общении!
— Что? Я не понимаю, почему тоже не могу явиться в Академию!
— Потому что из одежды у тебя пока только халат, который висит в ванной комнате. И потому, что я отправляюсь порталом. А тебе после пережитого лучше сутки как минимум ими не пользоваться. А другим ходом отсюда добираться два дня. И портниха явится только завтра утром.
— От карьеры я не откажусь.
— Верю, — покивал Хам. — А я от пары не откажусь. Слишком долго тебя искал. Ты уж извини, целовать не буду, мне шишки от ваз ни к чему. Все же встречаюсь с императором и с ректором. Поэтому подробно поговорим, как вернусь. Пока можешь тут все изучить. Это теперь и твой дом тоже.
И вошел в мгновенно открывшийся портал. Тот с тихим хлопком свернулся, и вовремя: я все же запустила туда вазой. Она пролетела и с легким звоном ударилась о стену. Ну хоть душу отвела немного. Жалко, что не попала.

* * *

Халат и правда нашелся в ванной, смежной со спальней. А Хам любит роскошь. Я с восхищением осмотрела огромный бассейн, утопленный в пол. Арзанский гранит роскошного золотистого цвета с зеленоватыми разводами, магические светильники, спрятанные в стенах, куча каких-то шампуней, кремов и прочего. Вот так и представила, как Хам сидит среди этого великолепия и натирается кремом с запахом моря. Начала улыбаться, но тут же закашлялась, вспомнив фигуру высшего. И покраснела. Да, да, я все эти мышцы, кубики и прочее ощутила, гладила и даже целовала.
Постояла намного, зажмурившись. Произошедшее никак не желало укладываться в голове. Все казалось сном. Хотя тянущая боль в мышцах и между бедер ощущалась очень даже реалистично.
Да и эта сторона отношений в итоге вовсе не оказалась какой-то там таинственной. Сначала больно, а потом так, что даже описать не выходит. Сейчас я вспомнила шепот высшего, извинения и уверения, что с каждым разом будет все лучше и лучше. С каким еще разом?!
Так, надо исследовать Хамские владения, а заодно придумать разные аргументы на случай, если высший начнет восставать против моего возвращения в Академию. Очень весомые аргументы. Прямо-таки физически ощутимые.
Демон явно издевался, предлагая мне халат. Он был мужским, и я им могла обернуться три раза, не говоря уже о том, что волочился за мной шлейфом. Но выбора не было, не голой же ходить. Закатала рукава, подпоясалась, попыталась присвоить еще и шлепанцы, но они были настолько большие, что ходить в них не смогла, уж проще босиком. К тому же полы на удивление были теплыми, и дискомфорта я не чувствовала.
Вернувшись в спальню, первым делом сунула нос в ту дверь, из которой появился высший. Это оказалась еще одна комната, гардеробная. А Хам-то у нас модник! Какой только одежды у него не было. Расшитые золотом и драгоценными камнями придворные камзолы, строгие мундиры, начиная от парадных и заканчивая обычными черными, без регалий. Рубашки всевозможных цветов, брюки, бриджи, пояса, шелковые шарфы, шейные платки…
Так, стоп. Я вернулась к шарфам. Взяла один, развернула. Широкий. У меня появилась идея. Хам ведь рассчитывал, что я и носа не высуну в таком виде из комнаты? Что ж, его ждет сюрприз. Набрав всего и побольше, я соорудила многослойную юбку, состоящую из шарфов, идущих внахлест. Один обмотала в виде лифа вокруг груди, а два других перекрутила между собой и пустила через плечо. Образ завершал широкий кожаный пояс из тонкой кожи. Его я обернула два раза вокруг талии и спрятала концы. Получилось легкое летнее платье, подходящее для местной погоды. Здесь всегда царило лето.
Довольно напевая себе под нос, я покрутилась возле зеркала и уже в более приличном виде пошла осматривать владения.
Я успела дойти до просторной гостиной, когда прямо из стены выплыло нечто похожее на снеговика. Только с горящими глазами и полупрозрачное. От неожиданности я взвизгнула, но меня перебили низким ровным голосом:
— Леди желает чего-нибудь?
Дева Лесная! У Хама в слугах элементали! Этот, судя по красному оттенку, принадлежит к стихии огня.
Элементали водились везде, но встречались редко. Существами они были немногословными, города не строили и предпочитали наниматься слугами в дома, где хозяин платил щедро… драгоценными камнями. Из них они делали порошок, которым и питались.
Говорю же — странные.
Элементаль висел в воздухе и терпеливо ждал, когда мои запасы визга иссякнут.
— Готов служить вам.
— Мне? — спросила я, отдышавшись после воплей.
— Вам, леди Дэрин.
— Тебе лорд Хамсферженвальд сказал обо мне?
— Да. Теперь я получаю указания от вас и от хозяина.
— Мне нужно в Онору.
— Простите, но выходить нельзя.
— Почему?!
— Лорд Хамсферженвальд просил не выпускать вас до его возвращения.
— Я в плену?
— Нет, леди Дэрин, вы здесь полновластная хозяйка, но покидать долину нельзя до возвращения вашего мужа.
Я поперхнулась и закашлялась. Пока что слова «муж» и «высший» не сочетались от слова «совсем». И вообще, как я могла выйти замуж и не понять этого?
И даже Иррилию не написать. Птица на такое расстояние не согласится, разве что ястреб какой и за хорошую плату. Например, за десять мышиных тушек.
Можно еще гремлинов послать, но пока они доберутся. Еще и письмо потерять могут. Гремлинская почта — доставит куда угодно, но не факт.
Да и страшно на самом деле. Не за себя, а за Ирри. Мало ли что придет ему в голову. А вдруг он отправится разбираться с высшим? Не хочу потерять друга!
Так что вначале пообщаюсь с Хамом. Надо же знать планы противника.
— Выходить-то мне из особняка можно?
— Конечно. Сейчас десять вечера, жара спала, и можно не бояться получить солнечные ожоги. Могу предложить грязевой источник, он бодрит. Но если вы желаете расслабиться и снять боль в мышцах, то есть горячие источники в пещерах неподалеку.
Кровь прилила к щекам после воспоминаний о горячих источниках. Нет уж, туда я точно не пойду.
— Принеси мне поесть, — проговорила, оглядываясь. — Только куда-нибудь, где не так мрачно.
Эти красные тона и тяжелая мебель. Брр, просто мурашки по коже. Кто обставлял особняк? Гремлин, страдающий депрессией и тяжелой формой шизофрении?
— Могу накрыть на террасе, — предложил элементаль.
— Веди, — распорядилась я.
Голод дал о себе знать, а великие дела лучше творить на полный желудок.
Элементаль развернулся и поплыл в сторону окна, отодвинув кружевную легкую штору. Только тут я поняла, что это не окна, а стеклянные двери на террасу. Выйдя за элементалем, замерла от окружающей красоты. Куда ни посмотри — горы со снежными вершинами, пламенеющий закат, и вокруг все утопает в зелени. Воздух наполнен благоуханием цветов, поют цикады.
И ощущение умиротворения наполняет душу.
Так, а вот этого не надо!
— Мошкара не донимает? — капризно поинтересовалась я, проходя дальше, где стоял круглый стол под белоснежной скатертью и два кресла. Между колонн, обвитых зеленым плющом, расположилась кушетка. Удобное местечко, чтобы уединиться с книгой.
— Нет, госпожа, здесь стоит защита.
— А другие жуки-пауки?
— Зная ваши предпочтения, господин приказал избавиться от всех. Могу заверить, ни одного нет в поместье.
А Хам подготовился! Я лишь скрипнула зубами. Так, значит? Ну, подожди у меня!
Я подозрительно покосилась на элементаля, но на его прозрачном лице не было и тени насмешки.
— Накрывай на стол! — мрачно распорядилась я.
А сама подошла к перилам и осмотрела место своего заключения.
— Слушаюсь. Госпожа может не переживать, защита не только от насекомых, но и от падения, — донеслось мне в спину.
Да он точно издевается! Я оглянулась, но паршивца и след простыл. Повернулась обратно и ради интереса потрогала воздух, вытянув вперед руку. От перил он уплотнялся и становился упругим. Чтобы поддерживать такую защиту на всех окнах и террасах, нужен не один элементаль воздуха. Я знала, что высшие богаты, но это же какое расточительство! Даже во дворце императора защиту обеспечивают маги. Ну и стекла, конечно. Зачарованные, ударопрочные и не пробиваемые магией.
Легкий шорох заставил обернуться, и я открыла рот от удивления. Теперь понятно, почему элементали считаются лучшими слугами и требуют высоких зарплат. Стол уже был накрыт, а рядом покачивался мой недавний знакомый.
— Госпожа может не спешить. Стол под защитой, и ужин не остынет.
Вот интересно, а от него защита существует? Что-то он уже стал порядком меня раздражать. Нужно бы подробнее о них почитать. Я знаю, что элементали воздуха игривы и безумно любят перышки, кружа и играя с ними, или большие ракушки, куда забираются и поют. Водные обожают разноцветные камушки, желательно драгоценные, наслаждаются их бликами. А вот что предпочитают огненные, не знала. У них вредный, независимый характер, и они редко идут в услужение. Но ничего, я придумаю, как достать его. Характерец-то такой же хамский, как и у хозяина.
Сбегать передумала. Представляю связи Хама. Так что лучше дождусь, и мы спокойно поговорим. Я честно буду сдерживаться. Очень сильно. Даже вилку так сильно сжимать не буду. И нож подальше отложу.
Тоже мне, жену нашел! За женой ухаживают, комплименты говорят, ее окружают заботой. А не сажают под замок.
Кстати, отсюда даже весточку отправить не получалось. Я попыталась позвать птицу, но тщетно. Они подлетали, а пройти сквозь воздушную преграду не могли.
Нет, правда, я спокойна.
Элементаль как чувствовал и вина к столу не подал. Зато было три вида сока и незнакомый мне, но удивительно вкусный отвар из местных трав. Потягивая его, я смотрела на освещенную вечерним солнцем долину. И не сразу поняла, что слышу и вижу нечто постороннее.
По небу летела точка. И быстро приближалась.

Глава 14

Сначала я решила, что это возвращается Хам. И успела удивиться тому, почему он не воспользовался порталом. От Оноры до его долины и правда долго добираться. Даже если воспользоваться драконьими линиями. А именно драконица сейчас приближалась к особняку. С огромными крыльями, горящими в свете закатного солнца. Еще и красная. Они самые быстрые и дорогие.
Я аж встала из-за стола, когда драконица сделала круг и приземлилась на площадку, неподалеку от особняка.
Нет, не Хам. Чуть наклонив голову к плечу, я наблюдала, как на ровные плиты площадки спрыгнула высокая статная женщина. К ней тут же подлетели элементали, засуетились. И явно не от радости.
Так-так-так, я привстала на цыпочки и приложила руку козырьком ко лбу. Видела, как незнакомка откинула с лица и головы защитный летный шлем, что-то крайне раздраженно сказала и ткнула пальцем в сторону особняка. Ого! Да это демонесса. Не высшая, правда, но выглядит внушительно: черные волосы, уложенные в простую, но элегантную прическу, бледное лицо с яркими чертами. Прямо красотка.
— Эй! — не выдержала я. — А вы кто?
Да-да, эльфы любопытны.
Незнакомка резко, словно обожглась, вскинула голову. Черные и чуть раскосые глаза уставились на меня. Да так, что на миг стало не по себе. Демонессы те еще истерички с претензией на мировое господство.
— А ты сама кто такая? — Ее голос разрезал вечерний воздух на лоскуты.
— Я-то? — Я задумалась, потом все же решила сказать правду. — Да похоже, жена Ха… местного жителя.
Даже отсюда я видела, как дернулась гостья. А потом резко спросила:
— Я зайду?
— Конечно, заходите, я сейчас спущусь, — кивнула ей, а потом приказала элементалям: — Принесите нам фрукты и что-нибудь освежающее.
— Я бы не советовал. — Передо мной появился красный.
— Ты забыл добавить «госпожа», — проговорила я, направляясь к дверям.
— Это может быть опасно. Госпожа, — сделал еще одну попытку меня остановить огненный.
— Тогда принеси нам еще эльфийского розового вина. У вас есть?
— Есть, — мрачно подтвердил элементаль.
Розовое вино пили невесты на девичниках перед свадьбой. Игристое, легкое, оно дарило хорошее настроение и веселье. В девичьих мечтах я представляла, какую вечеринку закачу с подругами перед свадьбой. Мечты-мечты… Подруг рядом нет, на мне женились без спроса, так хоть вина сейчас выпью. А с учетом всего любовница мужа не самая плохая компания.
Хотя сначала я немного забеспокоилась, когда демонесса влетела в гостиную и едва ли не воплями потребовала показать брачную татуировку. Зная, что темперамент у этих особ бешеный, но они с детства учатся его сдерживать, я показала. Ее чуть не обнюхали и на зуб не попробовали, но потом признали настоящей, и это сломило что-то внутри демонессы.
Так что розовое игристое оказалось весьма кстати. И она, и я запивали свое разочарование. У меня теплилась слабая надежда, что это розыгрыш, но после придирчивого изучения татуировки Анастейшей отпали последние сомнения. Я все же жена. А-а-а-а-а!!!
Игристое вообще действовало на нас с ней странно. Обычно оно убирает тревоги, потом следуют чувства легкости, веселья и успокоения, когда невеста с подругами, натанцевавшись и насмеявшись, крепко засыпают, чтобы проснуться свежими и бодрыми на следующий день.
С нами было все не так. После разочарования нас охватил гнев на демона.
— Представляешь, я, как дура, провела сегодня в салоне у русалок целый день, наняла дракона, а я вообще летать не люблю, меня укачивает. Лечу вся красивая к нему, так как он обещал, что после проверки в Академии он весь мой, и кто меня встречает?
— Сволочь! — искренне посочувствовала я демонессе.
Надо же, сидим и напиваемся вместо того, чтобы драть волосы друг другу.
— Меня вообще на порог пускать не хотели! — пожаловалась моя новая знакомая.
— Анастейша, ты всегда можешь на меня рассчитывать, — заверила я.
— Дэрин, он тебя недостоин! — едва не прослезилась демонесса, растрогавшись.
— Согласна, — подтвердила я, и мы выпили еще.
— А ты меня пойми, у меня вообще жених был, — решила поделиться с ней я.
— Жених?!
— Иррилий Мощь Ветра. Слышала о таком?
Анастейша уставилась на меня и аккуратно икнула. Да, вино — оно такое, коварное.
— Да кто о нем не слышал! Красавчик, но об него многие мои подруги зубы сломали.
— Он такой. — Мне стало приятно. — Мы с детства дружили, а тут он возвращается и делает мне предложение.
— Да ладно, расскажи! — подалась ко мне демонесса.
Я не заставила себя упрашивать, с ностальгией вспоминая, как романтично сделал предложение Ирр, какие слова красивые говорил. Так тоскливо стало… Как я теперь ему в глаза посмотрю?
— Анастейша, вот зачем он на мне женился? — всхлипнула я от жалости к себе и ко всем на свете. — Он же только рычал постоянно, хамил и издевался. Что за жизнь меня ждет?
— Ты его пара, все наладится, — неуверенно погладила меня по руке демонесса, сама не сильно веря, но стараясь приободрить: — Демоны самые заботливые и лучшие мужья.
— Хамло он заботливое! Вот не зря я его Хамом называла.
— Хамсферженвальд, надеюсь, не слышал? — сделала большие глаза Анастейша.
— Слышал, я его в первый же день так в лицо назвала, — отвела глаза я, сетуя, что все, кроме меня, очень легко произносят имя высшего.
Демонесса пару мгновений смотрела круглыми глазами, потом сообщила:
— Ты его пара, — и залпом опустошила бокал.
— Анастейша, может, ты знаешь способ, как разорвать этот брак? — с надеждой спросила я. — Супружеская неверность, например?
Ну а что? Застаю его с другой и гордо удираю в закат.
— Без вариантов, — вздохнула демонесса. — Он теперь ни на кого, кроме тебя, не посмотрит, а всех, кто посмотрит на тебя, — порвет. Мой тебе совет: если дорог Иррилий, забудь даже имя его!
Анастейша строго на меня посмотрела и добавила то, от чего я чуть с дивана не упала.
— А все гадают, почему император ускорил поездку дипмиссии в Игенборг.
— Как ускорил?!
Я что, даже с Ирром не поговорю?! Не объяснюсь нормально, не скажу, глядя в глаза, как мне жаль? Да что ж это такое?!
Кажется, Анастейша по моему взгляду поняла, что может грянуть буря.
— Дэрин, вот даже не думай! Скажи спасибо, что всего лишь с глаз долой услал. Если заподозрит, что он тебе нравится, догонит и порвет.
Захотелось взвыть. Анастейша, не дожидаясь элементалей, сама наполнила мой бокал до краев, а потом и свой.
— Ненавижу его! — прорвало меня наконец.
Да где это видано, чтобы честных эльфиек кто попало замуж брал! Да еще без двадцати-тридцати лет ухаживаний по всем правилам.
— А я его люблю, — грустно призналась демонесса.
И мы выпили. Не чокаясь. Как вспоминая усопших. Анастейша хоронила свою любовь, а я… Сама высшего убью, пусть только появится на глаза!
Настроение было такое, что хотелось напиться. Анастейша мой настрой разделяла. Игристое лилось рекой. Зря говорят, что в бокале можно утопить свои печали. То ли пили мы не то, то ли печали наши оказались непотопляемы и тонуть отказывались, заразы.
Но я допилась до демонов. Высших.
Момент появления Хама я как-то проворонила. Потому что смотрела в бокал и перечисляла новой подруге самые жалобные эльфийские песни. И мы выбирали, какую именно надо спеть. Чтобы проняло всех, включая элементалей. Мы выбрали ту, в которой несчастную принцессу похищает дракон-клептоман. И прекрасный рыцарь бросается в погоню, чтобы его возлюбленную не закопали вместе с другими сокровищами.
Я как раз начала первый куплет, когда явилось его хамское лордство.
— Тебе пора, — ледяным тоном бросил демонессе высший. Та испуганно вскочила, покачнувшись.
— Не смей выгонять в ночь девочку! Хам! — заступилась я за Анастейшу, тоже вскакивая, но не рассчитала сил. От резкого движения все поплыло перед глазами. Я бы упала, не подхвати меня на руки демон.
— Ненавижу тебя! — всхлипнула я, не понимая себя от противоречий. Несмотря ни на что, было приятно, что он меня поймал. И на руках его находиться было приятно.
— Анастейша, ты останешься, — сообщила ей, — мы еще песню не допели!
— Давай завтра, а? — попросила моя новая подруга, как-то быстро протрезвевшая под ледяным взглядом теперь уже бывшего любовника.
— Я знаю много баллад, — сообщила ей, — мы можем петь их неделю!
— Можешь остаться до утра, но не попадайся мне на глаза, — бросил демонессе Хам, унося меня. Успокоенная, я на миг прикрыла глаза. Но тут же снова открыла, так как все кружилось и вертелось.
— И что это у вас было?
Демон пинком ноги распахнул дверь в спальню и уложил меня на кровать, нависая.
— Девичник, — глубокомысленно заявила в ответ.
Вот поганец. И допеть не дал!
— Э, нет! — крикнула я, заметив, что демон собирается улечься рядом. — Невеста должна спать одна.
— Цветочек, какой девичник, какая невеста?! Мы уже женаты.
— Все неправильно… — По щекам потекли слезы. — Предложение мне другой делал, на девичнике из подруг — любовница мужа. Да и какого мужа? Свадьбы не было, но татуировкой брачной наградили. Что я детям расскажу?
Высший, при упоминании предложения от другого, потемнел лицом. Открыл рот, но, услышав о любовнице, тут же его закрыл и дальше слушал молча.
— Видеть вас не хочу! Может, все это дурацкий сон? Ядовитые испарения болота?
— Не надейся! — рыкнул высший, оскорбившись.
— Да лучше бы меня нарры сожрали, чем с вами всю жизнь мучиться! — воскликнула я, отворачиваясь от демона.
— Нельзя! Стоять! — бросила не глядя, почувствовав над собой дыхание Хама. Тот замер, а потом потянулся через меня, ухватив другой конец одеяла, укрывая.
Хлопнула дверь, сообщая о том, что он ушел. Я выдохнула, расслабляясь. Хоть в одном игристое вино не подкачало — заснула я быстро и крепко.

* * *

ХАМСФЕРЖЕНВАЛЬД 

— Хамсферженвальд, что значит «она будет жить у меня»?
Тон у Виланда был просто ледяной. Я же не понимал, в чем проблема.
— Да я дам тебе другого преподавателя! Говорил же: опытная, двадцать лет стажа, работала с валькириями. А если уж она их научила маскировке, то это о чем-то да говорит.
— Опыт — это хорошо, да, — покивал друг, — но ты забываешь о другой стороне. О нахождении общего языка с адептами. Как думаешь, почему мы уже который год считаемся лучшей академией боевой магии? Лучшей на континенте?
— Наверное, потому, что ты ею руководишь?
Да, да, мне не жалко польстить другу, особенно когда так оно и есть. Только под руководством Виланда АБМ расправила плечи. И в нее теперь мечтают попасть многие.
Третий участник беседы — его императорское величество — в беседу пока не вмешивался, а лишь внимательно слушал. Садиться отказался, встал у шкафа и с интересом листал многочисленные книги. Одна из них чуть не откусила высокородный палец. Император успел отдернуть руку и погрозил книге. Та прониклась. Вот что значит — аура власти.
— Хамсферженвальд, — Виланд покачал головой, — одним из важных качеств преподавателя является умение нравиться адептам. Страх — дело хорошее, но вот вдохновение в разы лучше.
— На поле боя это скажи.
— И скажу, — ничуть не смутился друг, — вспомни войну с Черной нечистью. Как нас теснили в Териновой долине? А после твоей речи врага просто смели.
— Я помню тот случай.
Голос императора заставил нас дружно замолчать. А его величество захлопнул книгу, отчего та жалобно пискнула, и повернулся к нам. Голубые глаза искрились юмором, который он порой любил продемонстрировать.
Император правил уже давно. Я помню себя подростком, а он уже был на троне. Но выглядел хорошо. Видимо оттого, что в его жилах текла кровь демонов. Она дает долголетие.
— Твою речь, лорд Заурронский, тогда показывали по всем общественным кристаллам. Она вошла в анналы истории битв. Поверь, после нее у меня было сильнейшее желание отправиться к вам и самому разорвать врага.
— Дэрин не отдам, — вмешался Виланд.
А я с трудом подавил всплеск раздражения. Надо учиться сдерживать себя и почаще повторять, что Цветочек не моя собственность.
Не собственность, а жена.
— Дэрин не будет работать среди адептов.
— У высших какое-то слишком трепетное отношение к своим женщинам, — протянул император, водя рукой по корешкам книг. — Я понимаю, что вы очень долго ищете ту, единственную. Но окружать такой заботой… не боитесь, что они в итоге задохнутся?
— С чего вдруг? — удивился я. — Ваше величество, наша раса зависит от пар. Высшие рождаются от единственной женщины. И огромное счастье, что в вашем мире с нами совместимы все расы.
— Лорд ректор, — обратился император к Виланду — а леди Дэрин похожа на ту, которую можно посадить в золотую клетку?
Виланд закашлялся и как-то красноречиво промычал нечто на тему «я не настолько ее знаю». Потом все же признался:
— Сомневаюсь. Эльфийки с виду милые и скромные, пока их не довести.
— А еще они любят ухаживания, — добавил император.
Эти двое как-то незаметно спелись.
— Рассуждать хорошо, но если бы не я, вашу «незаменимую преподавательницу» уже бы нарры жрали!
— Насчет Гнилища был перебор, — согласился император. — Я уже обсудил это с Трэйсом. Маги вообще не должны были использовать бомбы, но привыкли к своим игрушкам. Бросил автоматически, когда увидел иллюзию чудовища. Хорошая, кстати, задумка и исполнение, — похвалил Виланда.
— И что в итоге? — заинтересовался я.
— Ну… я давно хотел попробовать нарров в качестве боевых питомцев.
— Ты послал магов их ловить?
Император пожал плечами:
— Почему нет? Они хотели отличиться, вот им яркий шанс. Поймают десять нарров — заплачу за них, и щедро.
— Верни мне Дэрин, — заело Виланда.
Я потер затылок голова слетка гудела от бешеного дня. Да и хотелось поскорее вернуться домой, проверить, как там Цветочек. То, что она будет показывать характер, сомневаться не приходилось.
— Я пришлю тебе отличного преподавателя.
— Это синоним к леди Дэрин.
— Виланд, нет, — отрезал я.
Друг покачал головой и, чуть наклонившись, достал из шкафчика под столом небольшую бутылку с темно-золотистым напитком.
— Эльфийское медовое? — прищурился император. — А хорошо живут лорды ректоры.
— Хорошо спонсируете Академию, ваше величество.
Еще у Виланда оказались бокалы из тонкого стекла, куда он и разлил вино. Но если свое я выпил залпом, то эти двое его смаковали, а на меня посматривали с сочувствием. И это бесило. Так же сильно, как и упорство Виланда в желании оставить Дэрин в Академии.
Ни за что! Никто из наших женщин не работает. Хочет чем-то заниматься? Без проблем! Можно купить магазин, нанять рабочих, предложить сделать самый красивый сад, купить особняк. Но работать с противоположным полом — нет!
Страх потерять пару у того, кто ее нашел, очень силен. Так что любой каприз женщины, кроме работы.
Я-то помнил те чувства, когда мы впервые появились здесь, уходя из гибнущего мира. И ту невыносимую боль, которая захлестнула нас, не успевших спасти родину. И тех, кто там остался.
— Мне пора, — сообщил Виланду и императору, отставляя бокал.
На меня смотрели как на… как на демона.
— Наррова задница, — вздохнул я, — Виланд, ну как я могу оставить ее работать здесь?
— Советую поговорить с ней, прежде чем забирать отсюда документы.
— Поговорю, — пообещал, вставая, — обязательно поговорю.
А заодно поцелую уже с полным правом. И заласкаю, чтобы не могла перечить. Чтобы больше о своем эльфе не вспоминала. Пусть он отправляется по своим дипломатическим миссиям. Благо ускорить этот процесс я мог.
Но сразу в особняк вернуться не получилось, пришлось задержаться в Оноре. Подозревая, что Дэрин будет не в восторге от ситуации, я заглянул в пару магазинов. Потом еще в один… и еще. В итоге мне пришлось нанимать гремлинов и оплачивать отдельный транспортировочный портал. Потому что я немного перестарался в стремлении задобрить Цветочек.
И что в итоге? Уже на входе один из элементалей встревоженно закрутился вокруг меня.
— Не пыхай, — предупредил строго.
Эти ребята могли нечаянно стрельнуть огнем. Не смертельно, но неприятно.
Новости на меня высыпались камнями. Анастейша?! Совсем забыл о любовнице после встречи с Дэрин. Элементали признались, что пытались ее остановить. Но так как от меня прямых указаний не поступало, им пришлось уступить. Тем более Цветочек вмешалась, теперь они с демонессой сидят в южной гостиной и постоянно разговаривают. И выпивают третью бутылку вина.
Последнюю фразу я уже дослушивал на ходу. Эти двое вместе? Зная нрав Анастейши… в свое время она мне этим и приглянулась. Впрочем, как и отличным третьим размером.
Двери в гостиную были распахнуты. Как и окна, из которых открывался шикарный вид на ночную долину. В свое время я велел везде поставить специальные светильники, которые днем собирали энергию из солнечных лучей, а ночью начинали сами испускать рассеянный и приятный свет.
Эти двое сидели на полукруглом диване напротив окна. И, перебивая друг друга, обсуждали меня и остальной мужской пол. В основном меня. При этом в выражениях не слишком стеснялись. И оказалось, я сам себя плохо знаю. Столько подробностей открылось.
Шепотом велев элементалям принять посылку от гремлинов и расплатиться, сам направился раскрывать женский заговор.
Выставить Анастейшу не получилось. Ругаться с ней при Дэрин не хотелось, тем более Цветочек оказалась воинственной. А еще раскрасневшейся от вина и абсолютно пьяной. Запах ее самой ударил в нос и вызвал легкое помутнение. На миг.
— Отвести нашу гостью в одну из спален, — приказал, подхватывая Дэрин на руки.
Нарры, какая же она легкая. И пьяная. Такое зрелище надо запомнить: нетрезвая эльфийка.
— Спокойной ночи, — сообщила Анастейша, подходя чуть ближе.
Но при этом продолжая сохранять дистанцию.
— Надо же, — проговорила негромко, — пара… жаль.
— Я изначально предупреждал тебя о временном союзе.
— Знаю. И она мне понравилась.
Анастейша кивнула на Дэрин, которая то ли заснула, то ли временно отключилась. Я же чуть приподнял бровь. Ничего себе способности у Цветочка! Даже демонессу сумела к себе расположить, а потом еще и споила.
— Доброй ночи, — пожелал теперь уже бывшей любовнице и пошел в спальню.
Мне не терпелось остаться с Дэрин наедине, тем более в спальню успели отнести все подарки.
И что в итоге? В итоге меня практически выставили за дверь, перед этим обозвав и заявив, что не хотят быть женой.
Вот какого нарра, а?
— Вина, господин? — прошелестел элементаль, подкравшись со спины.
— Спасибо, уже надышался, — отказался я, вспомнив двух очаровательных пьяниц.
Вид с балкона, куда я ушел, открывался умопомрачительный. Как мне доложили, именно здесь Дэрин ужинала. Значит, пейзаж тоже оценила.
Оставались мелочи: помочь ей оценить все мои достоинства и всю прелесть замужней жизни с высшим.
Внутренняя сущность недовольно ворчала. Хотелось заснуть, обнимая свое неспокойное сокровище, но останавливало решительное «нельзя». Вот кто знает, что творится в ее хорошенькой головке? Устроила девичник после свадьбы, запрещает спать в одной постели. Плохо то, что раньше я никогда не интересовался правилами поведения между супругами у эльфов. Не хотелось лечь сейчас к ней, а утром проснуться от воплей, что он опять сделал что-то не так.
Меньше всего я хотел с ней ругаться. У меня были грандиозные планы на ночь, но все спутал визит Анастейши и их совместное пьянство. Жена и любовница под одной крышей. Врагу не пожелаешь!
До добра такие встречи не доводят. Теперь придется довольствоваться пьяным до бесчувствия телом жены, к которому по непонятным причинам нельзя приближаться. Рыкнув в раздражении, направился подальше от искушения. В библиотеку. Все равно сейчас не усну, так хоть время проведу с пользой, изучая семейные отношения эльфов.
Еще зацепило упоминание о детях. Я не планировал никакой свадьбы, собираясь довольствоваться приемом, но, видимо, придется устроить шумное торжество, раз этого хочет Цветочек. Не хватает ярких воспоминаний? Я их организую! А потом займемся наследниками, чтобы ей было кому рассказать, какой их папа молодец.
До разговора с ней я не думал о детях. Беременность казалась идеальным выходом. Нужно что-то делать с ее желанием работать. Пусть лучше занимается домом и ребенком. А лучше детьми.

Глава 15

ДЭРИН 

За время работы и учений я привыкла вставать рано. Вот и сейчас проснулась сама, словно ощутив, когда солнце поднялось над горизонтом. Протянула руку к тумбочке, в поисках будильника, но нащупала лишь подушку. С недоумением открыла глаза и обнаружила себя отнюдь не в своей комнате Академии. А в роскошной спальне в сине-золотых тонах, с резной мебелью и зеркальной стеной напротив кровати. Где-то высоко над головой висел балдахин из золотой материи.
События вчерашнего дня калейдоскопом промелькнули в голове: учения, болото, спасение, замужество… Быстрый взгляд на руку уверил, что все это не бред моего воспаленного мозга, татуировка за ночь так никуда и не делась. Ну вот, а в детстве мне говорили, что надо лечь, поспать, а утром все разрешится. Врали!
Откинув одеяло, обнаружила на себе вчерашнее самодельное платье. Без корсета спать в нем было довольно удобно.
Хорошо, что демон меня не трогал, иначе бы ему не поздоровилось.
Чем хорошо розовое игристое — голова наутро не болит. Я прекрасно себя чувствовала и помнила вчерашние события. Наши посиделки с Анастейшей незабываемы! Никогда не думала, что свой девичник проведу с любовницей мужа. Кстати, демонесса мне понравилась. Надо будет с ней связаться, благо мы обменялись позывными кристаллов.
Муж! А-а-а-а! Что же теперь делать?! Ведь Хам и я были так же несовместимы, как вода и масло. Все произошедшее в купальнях, казалось, произошло не со мной.
«Мне нужно вернуться в Академию», — поставила перед собой цель. Там я хоть как-то смогу управлять своей жизнью.
Села на кровати и только сейчас заметила букеты цветов, что были расставлены по спальне. А еще пакеты от известных магазинов. Природное любопытство взяло верх, и я выбралась из постели.
Не успела сунуть нос в покупки, как чуть не подпрыгнула от испуга.
— Госпожа желает завтракать?
— Ты?! — оглянулась на красного.
— Я могу разобрать покупки, пока вы будете умываться. — Мне незатейливо указали, что следует делать. — Господин просил вас не тревожить, пока вы не встанете.
Так вот чем обязана его явлению! Стоило мне подняться, как он тут как тут.
— Не стоит, я заберу их к себе в Академию.
На невозмутимом лице элементаля проступил скептицизм.
— Я сообщу господину, что вы проснулись, — бросил он и исчез.
Несколько мгновений я взирала на то место, где он был, а потом схватила пакеты с одеждой и поскакала в ванную. На мне под платьем нет никакого белья, а встречаться с высшим лучше во всеоружии. Я бы сейчас все отдала за гномью кольчугу, в которой ни стрелы не страшны, ни кинжалы, ни пронырливые руки высшего демона. Хотя насчет последнего есть сомнения. Первым делом сунула нос в пакет с нижним бельем. А у высшего есть вкус! Только эльфийские кружева. Но просмотрев фасоны, я чуть не зарычала. Оно же больше открывало, чем скрывало! И явно это для спальни, а не для того, чтобы надевать под одежду. Демоны те еще ревнивцы.
Выбирать не приходилось, и я натянула на себя по виду самый приличный. Но взглянула в зеркало и бросилась искать платье. Если меня в этом увидит демон, супружеский долг придется отдавать раньше, чем я планировала.
«А я планирую?» — спросила себя и даже зависла от этого вопроса. Перед глазами пронеслись сцены в купальне, боль. Нет! Ну, или если только некоторые моменты можно бы повторить. Ох, это же Хам! О чем я вообще? Конечно же нет! Определенно нет. Наверное…
Мозг, прекрати думать глупости!
Злая на себя, я сунула нос в другой пакет. И забыла обо всем, вытаскивая на свет тончайшее платье из паутины эррогонских пауков. Цены на одежду из нее зашкаливали. И если магазин способен выставить подобное в демонстрационном зале, это показатель самого высокого статуса его клиентов.
Что я там говорила о кольчуге гномов? Она дешевле! Изделия из этой паутины нельзя порвать или разрезать. Только сжечь, и то при очень высоких температурах. А вот при температуре горения свечки паутина темнела, такие черные платья любили носить богатые вдовы. К ней не липли грязь и краска, поэтому цветов у ткани было только два — кипенно-белый и черный, и любые вариации, которые удавалось создать при помощи огня. Одежда не изнашивалась, не теряла вид. Ее можно было передавать по наследству детям.
Платье, купленное для меня высшим, оказалось абсолютно белым, до рези в глазах. Широкие рукава колоколом, вырез лодочкой открывал плечи, расклешенная юбка в пол. Вроде бы никаких изысков, но, надев его, я почувствовала себя королевой. Легкое, воздушное, оно не сковывало движения, не жало, не терло, и казалось, что на мне вообще ничего нет. Как девчонка, я покружилась перед зеркалом.
— Господин приглашает вас на завтрак, — сообщил красный, как всегда появившись неожиданно.
— Иду, — кивнула я. Под взглядом дожидающегося меня элементаля заглянула еще в пакеты, но никакой обуви не нашла. Что ж, придется идти опять босиком.
Завтрак был накрыт на террасе. Высший стоял, прислонившись к перилам, и смотрел на горы. Я как-то задумчиво покосилась на его затылок, на короткие темные волосы и вздохнула.
— Сколько времени здесь живу и до сих пор наслаждаюсь здешней красотой, — не оборачиваясь, произнес он, стоило мне подойти, и лишь после этого повернул голову и окинул взглядом с головы до ног.
Одетый с иголочки, высший выглядел так, как будто только сейчас из дворца. Интересно, где он переоделся? У него еще одна гардеробная есть? Что-то я плохо представляю его крадущимся через спальню за вещами.
«Это мой муж. Муж!» — набатом билось в голове, и я сглотнула.
— Ты прелестна, — сделал он комплимент.
— Хотите сказать, что даже мои сомнительные прелести способно украсить подобное платье?
Колкость слетела с губ прежде, чем я подумала.
— Могу сказать, что при более близком знакомстве твои прелести сомнения не вызывают и способны свести с ума.
Демону удалось вогнать меня в краску. А он еще больше смутил, подавшись ближе и с бархатистыми нотками спросив:
— Цветочек, так что с предсвадебными традициями эльфов? Девичник прошел. Я теперь могу поцеловать невесту?
— Я еще подарок к свадьбе не получила.
Мне понадобилась вся выдержка, чтобы произнести это.
— Да? — усомнился демон и невзначай провел по моему плечу, смахивая несуществующую пылинку.
— Да! — твердо подтвердила я, отказываясь понимать намек. — Мне нужно в Академию.
Одной фразой удалось испортить настроение высшему и разбить непонятно волнующую атмосферу между нами. Да я нарров гений!
— Зачем?
— Лорд Хамсферженвальд, может, вы и желаете об этом забыть, но я еще преподаватель Академии.
— Опять? — недовольно сузил глаза высший, и было неясно, что его больше злит: официальное обращение или мое желание вернуться в Академию.
— Мне нужно написать отчеты, разобрать действия адептов, высказать замечания. Да много чего, — тихо, но упрямо произнесла я.
— А сообщить родным о свадьбе? Заняться организацией праздника? Составить список гостей? — в свою очередь, перечислил демон, и я с ужасом представила реакцию мамы, когда сообщу ей о замужестве.
— А давайте мы никому не скажем? — тоскливо произнесла я.
— Дэр-р-ин!
— Хватит на меня рычать! — взвилась в ответ.
Не только он вышел из себя, но и у меня нервы на пределе.
— Сначала неотложные дела в Академии, а потом, — мой голос дрогнул, — все остальное.
Хам — я пока даже мысленно не могла назвать его своим мужем — молчал, с неким удивлением глядя на меня.
— А где Анастейша? — сменила тему.
— Считаешь, что ей место в наших покоях?
— Считаю, что невежливо игнорировать гостей.
— Она улетела рано утром. Давай завтракать.
Меня расстроило это известие. Нет, я понимаю, что дружить с бывшей любовницей мужа странно, но мы вчера неплохо с ней пообщались, да и сейчас я была бы рада любой компании.
Завтракать на террасе, с видом на утреннюю долину, оказалось замечательно. Но мои мысли витали не здесь.
— Дэрин…
— Как там мои адепты… — протянула задумчиво. — Паучки как мои, жуки и бабочки. У адептов еще треть практических заданий не пройдена. Эх, представляю, начнется война. Не дай Лесная Дева, конечно! А у неопытных разведчиков даже знаний не хватает. А все почему? Потому что их умного преподавателя просто заперли. Итог? Преподаватель спилась, угнала дракона и развалила особняк, факультет маскировки закрылся, Академия пришла в упадок. Все тлен!
Ужас какой, аж саму проняло. Я чуть отпила сока и подтянула к себе поближе салат с медовой заправкой. Краем глаза заметила, как Хам сжал пальцы на чашке.
— А если бы их преподаватель осталась, то, несомненно, адепты могли порадовать своими навыками?
Я подняла вверх большой палец.
— Вот зачем тебе туда? — не выдержал Хам. — Неужели не хочешь отправиться в путешествие? Подумай, где мечтала бы побывать?
— В Академии.
— Золотые Пески Харры, побережье Зеленого моря, остывшие вулканы на острове Пирит.
— И Академия.
— Самые лучшие отели, корабли, драконицы. Самые изысканные десерты.
— В Академии рыбку хорошо готовят, ага.
Скрип зубов я уже слышала отчетливо. И продолжала ковырять салат с таким видом, словно надеялась найти там сокровища.
— Дэрин, а как насчет того, чтобы на месяц отправиться в джунгли Амлота? Там столько животных! Гигантский заповедник, куда еще надо получить разрешение попасть.
— В Академии сейчас уже занятия идут.
— Ты издеваешься? — все же рыкнул демон.
— Все тлен, — напомнила я.
И прямо слышала, как Хам втягивает в себя воздух. На всякий случай решила предупредить:
— Лорд Хамсферженвальд, тут много свидетелей.
— Чего?
— Если вы обратитесь в боевую ипостась, то пострадают невинные звери. Они к такому непривычные? Или вы тут часто бегаете в боевой ипостаси?
Высший на мгновение закрыл полыхнувшие алым глаза, потом открыл и соизволил улыбнуться. Я же сглотнула и на всякий случай сжала вилку покрепче.
— После завтрака, — сообщили мне, — у тебя час на сборы. Потом мы уходим порталом.
— Куда?
— В Академию! — сообщил Хам с таким видом, словно только что произнес нечто неприличное. А я же едва не прижала руки к груди от счастья. О да!
— Серьезно?!
— С условием: ты проводишь экзамены и увольняешься.
Ха! Три раза «ха»! Я пожала плечами, скрывая довольную ухмылку. Высший, ты уже пустил гнома в сокровищницу, как говорят в Оноре. Я зубами вцеплюсь в Академию. Мне там адептов воспитывать. И одним годом я ограничиваться не намерена.
— У меня тоже условия, — проговорила, отодвигая стакан. — Объясните, что еще за пара? Как вы это определили? Почему я? Это вообще лечится? — забросала его вопросами. За последний на меня полыхнули глазами так, что сразу захотелось втянуть голову в плечи.
— Дэрин, а что ты вообще об этом знаешь?
— Ну, — я поковыряла вилкой салат в тарелке, — репутация у вас такая, что вы понравившихся женщин недолго думая хватаете и уносите к себе. На этом все.
— Негусто, — заключил высший, а я пожала плечами. — Но мы и сами не распространяемся об этом. Когда переходишь в боевую ипостась, обостряются не только реакции, но и восприятие. Симпатичная ранее женщина может вызвать резкое отторжение. Та же, что раньше не привлекала внимание, вдруг оказывается очень привлекательной. А бывает так, что ты чувствуешь всей своей сущностью: эта женщина твоя половинка, пара. Мы привыкли доверять своим инстинктам, они нас никогда не подводят. Пара — гарантия того, что ты будешь полностью совместим со своей женщиной, что в браке будут дети. Что в боевой ипостаси, когда преобладают инстинкты, ты никогда не причинишь ей вреда. Теперь понятно?
«Понятно, что высшие те еще психи», — мрачно подумала я.
А как же флирт, ухаживания, мечты и бессонные ночи?
— Я же вам не нравилась. Вы меня едва терпели и спешили избавиться, добиваясь увольнения.
— Внешне ты мне приглянулась сразу, но я не понимал себя. Нравиться может кто угодно. Инстинктивно выводило из себя, что вокруг тебя так много лиц противоположного пола. Но меня всегда тянуло туда, где ты, — парировал высший.
Теперь ясно, почему он вечно появлялся как из-под земли в самые неподходящие моменты.
— Но жениться так спешно зачем было?! — не выдержала я.
И за традиции, за традиции обидно!
— Цветочек, — меня обласкали взглядом, — когда я нашел тебя, все мои инстинкты вопили: моя, спасти, защитить! И когда я перешел из боевой формы, не сдержался, сделал своей. Ты моя пара. Я занимался любовью с женой. Не хотел даже на миг унижать тебя статусом любовницы.
Оу! В такой интерпретации я события не рассматривала. Злилась, что воспользовался моим неадекватным состоянием и провернул брак втихаря, но проснись я утром и пойми, что стала просто его любовницей… Брр!
— Дэрин, что тебе не нравится? — Высший смотрел серьезно и требовательно. — Что я поступил порядочно? Что оградил тебя от косых взглядов?
— Ну… — Я смяла салфетку, с трудом подбирая слова. — С нами вообще связываться не любят, восхищаются издалека, зная, что подойти можно лишь с серьезными намерениями. У меня и до этого нормальных свиданий не было, ухаживаний. А теперь и подавно не будет. Я — жена. Большой и важный отрезок отношений прошел мимо меня стороной. А вы на меня только рычали! Не знаю, что вы там чувствуете в боевой ипостаси, но в обычной вы обливали меня презрением и язвили насчет внешности.
— Цветочек…
Судя по голосу, демонюка проникся, но я еще не все претензии высказала.
— Мама в детстве, укладывая меня, перед сном могла часами рассказывать, как за ней папа красиво ухаживал и какой он молодец, а что я расскажу? Что до этого меня едва терпели, потом спасли, что-то там почувствовали и тут же женились? Вот и сказочке конец, кто не заснул, его проблемы.
— Дэрин… — позвал высший, но ни тогда, ни сейчас я так и не подняла взгляд от салфетки на коленях, сжимая ее.
Высший встал, обойдя стол, и присел рядом.
— Цветочек, посмотри на меня…
А мне так жалко себя стало. Замуж забрали, в Академию не пускают, еще и напирают тут. Может, к орчанкам в феминистки податься?
На салфетку упала соленая капля, за ней еще одна.
— Дэр-р-ин! — пророкотал демон, подхватил меня на руки, хотел куда-то нести, но я возмущенно пискнула, и он упал на мое кресло, которое под нашим весом жалобно затрещало.
— Цветочек, что мне для тебя сделать? Хочешь, у тебя будут самые лучшие ухаживания?
Я ушам не поверила! Даже представить не могла, что вечно недовольный Хам способен так ворковать.
— Хочу, — не стала отказываться и поставила условие: — И разные спальни на время ухаживания.
— Дэрин, ты моя жена!
Возмущенный возглас заставил испуганно взмыть в небо птиц. Но стоило мне поднять на него полные слез глаза, он дрогнул.
— Х-хорошо, до конца экзаменов адептов, — сдался демон.
Я незаметно выдохнула. Стоит запомнить, что у этого высшего одна слабость — он не переносит женских слез. И чувствую — только моих.
Но демоны такие демоны.
— Скрепим сделку поцелуем! — заявил он и быстро меня поцеловал. Наверное, чтобы я еще чего-нибудь не потребовала.
Врать не люблю даже себе. Да, поцелуй понравился.

Глава 16

В Академии мы появились после обеда. И произвели фурор.
— Вам-то сюда зачем? — поинтересовалась, пока шли по аллее к главному корпусу.
Кажется, сочувствующими взглядами меня провожали даже статуи. Что уж говорить об адептах, пробегающих мимо. Уж не знаю, какие слухи тут бродили о моем исчезновении, но во встречных взглядах светилось как минимум любопытство.
— Мне не нравится, что ты обращаешься ко мне официально.
— Неофициально я обращаюсь только к самым близким созданиям.
А вообще я самоубийца, раз говорю такое высшему. А он мазохист, раз такое терпит. Вот и сейчас: помрачнел, но смолчал. Правильно! Думать надо было, прежде чем замуж брать без разрешения.
Какие-то там фигуры впереди знакомые. И чем-то явно озабочены. Основные занятия уже закончились, так что адепты были предоставлены сами себе. Многие умчались в город, но вот эти несколько фигур толпились в стороне от аллеи. Как раз на границе с женским общежитием.
— Цветочек, на данный момент я один из самых близких к тебе существ.
— У меня есть имя.
— У меня тоже.
Один-один, лорд высший.
— Да что там… — Я не выдержала и ускорила шаг.
Платья, украшения и прочие подарки остались в особняке, я же выбрала самые простые штаны, рубашку и жилетку из плотной кожи. Судя по неодобрительному хамскому взгляду, мне следовало нацепить накидку, еще накидку и снова накидку. А потом замотаться в плотный плащ, наподобие тех, что носили женщины-наги в своих землях. Но там он защищал от песка и солнца, а тут?
— Цветочек, ты куда?
— Туда, — пояснила, сопровождая слова жестом.
Я уже узнала «своих» адептов: орков Гролла и Декста, а еще гнома Гнырра. Что эти трое задумали? А то, что они задумали, я не сомневалась. Трое адептов, да еще рядом с женским общежитием. Тут явно есть романтическая или грубая физиологическая подоплека. Адепты желали размножаться круглый год, но особенно сильные всплески происходили в конце весны — начале лета.
Я вдруг затормозила так резко, что Хам вынужден был меня поддержать. Конечно, за талию. Конечно, тут же поспешил прижать к себе.
Ох, обниматься с мужчиной оказалось приятно. До этого так близко я находилась только к Иррилию. И всегда млела от запаха его парфюма и от того, какие у моего друга детства мягкие волосы. С Хамом все было по-другому. Я больше чувствовала его природный запах, от которого щеки краснели сами собой. Оказывается, от мужчины может пахнуть силой, уверенностью и свободой, а не последним ароматом от эльфийской парфюмерной компании «Лавандовые поля».
— Может, вам лучше подождать меня у ректора? А то адепты при виде вас нервничают.
Хам нахмурился и крайне подозрительным взглядом просверлил троих адептов, стоявших к нам спинами. Гном почесал пятую точку, дернулся и оглянулся. Нарры!
— Леди Дэрин!
— Я подожду тебя у ректора, — согласился Хам, оставляя меня в покое.
И слава Лесной Деве, так как адепты уже поглядывали на нас с удивлением. Ну да, я их понимаю. Учения закончены, проверка вроде тоже. Так что высшему тут делать было совершенно нечего.
Проводив взглядом широкую спину Хама и в сотый раз спросив мысленно у высших сил, за что мне такое, я направилась к адептам. Могла и не спешить: они сами неслись ко мне. В какой-то момент я всерьез подумала, что снесут на радостях. Но нет, ограничились тем, что обступили и заговорили наперебой. Особенно старался Декст, который еще и облобызал мне руку с таким энтузиазмом, что пришлось мягко его прервать. Из-за развития Андорры всем расам пришлось как-то уживаться друг с другом, искать компромиссы, пусть это и не всегда удавалось. Но все же многие обычаи порой являлись камнем преткновения. Например, среди эльфов раньше было принято целовать руки только у любимой женщины или родственницы. Сейчас пришлось несколько упростить этот обычай. Так как те же орки или тролли, желая показать свою галантность, принимались целовать конечности дамам. Не объявлять же войну из-за такой мелочи?
— Леди Дэрин, все гадают, куда вы подевались, — а вот Гнырр, как всегда, отличался проницательностью, — тут столько теорий вплоть до того, что вас это… сожрали. И жених ваш прилетал. Сразу после конца учений ломиться начал.
Ик!
Икнула я крайне отчетливо. Так Иррилий все же пытался пробиться ко мне.
— Он так и представился? — спросила слабым голосом.
Три пары глаз уставились на меня крайне осуждающе. Вот прямо еще немного — и почувствую себя совсем виноватой.
— Так и представился, — кивнул Гролл, — мы слышали, как он с ректором разговаривал. Леди Дэрин, у вас в женихах лучший дипломат империи?
Я только развела руками. Врать не хотелось.
— Подождите, но он же вроде уже не в городе?
— Мы так поняли…
— Вы подслушали?
— Мы подслушали, — кивнул Гнырр, почесывая бороду, — все равно рядом стояли. Жених ваш, леди Дэрин, злющий был. Он вроде как через стационарный портал сюда нырнул. Пока у них делегация на ночлег встала. Как узнал, что вы пропали… Я думал, тут поединок будет.
— А я почти даже пожалел, что он не состоялся, — вмешался Гролл. — Этому дипломату сказали, что вас лорд высший спас. Так он взбесился еще больше.
Я вынуждена была опереться о стоявшего рядом Декста. Так как голова закружилась от мысли, что с Иррилия станется вызвать Хама на поединок.
Так, все, не думать об этом. В Оноре есть куча вариантов, как отправить Ирру послание. Я все красноречие применю, но успокою друга детства.
— А вас правда лорд высший спас? — спросил Гнырр.
При этом гноме точно надо следить за словами. Ему бы не в боевые маги, а в шпионы идти. Все видит, все подмечает и сопит в бороду.
— Спас, — ответила коротко. — И сюда любезно доставил.
Осторожно поправила рукав, который скрывал брачную татуировку, и поспешила перевести беседу:
— А что вы тут вообще делаете? Погода хорошая, выходить можно. Я думала, тут все адепты отмечают окончание учений.
Орки и гном как-то резко погрустнели. Особенно Декст, который и в начале встречи выглядел малость озадаченным.
— Так, что случилось? — нахмурилась я.
Еще не хватало, чтобы эти трое куда-то влипли! Успела к ним, к хулиганам, привязаться.
— Ну, тут… мы… это.
— Адепт Декст, прежде вы изъяснялись более вменяемо, — отчитала я его.
А орк как-то совсем поник. Это при его-то почти двухметровом росте и вызывающей мускулатуре! Даже зверское выражение лица, которое орки получают с рождения, сейчас выглядело едва ли не жалобно. Я чуть глаза не протерла.
— Леди Дэрин… да это…
— Он втрюхался! — радостно сообщил Гнырр.
— Адепт, извольте говорить на всемирном, а не на сленге.
Спустя двадцать минут я поняла, что произошло. И всей своей эльфийской душой посочувствовала Дексту. Бедный! Из-за того, что втрю… влюбился, вынужден не сидеть в уютной таверне, с однокурсниками, а стоять в кустах рядом с центральной аллеей и думать, как быть.
Проблема и правда была серьезной. Оказывается, полгода назад Декст влюбился в соотечественницу. Я даже вспомнила Ильмеру — она оглушила одну из провидиц-истеричек во время учений. Юная орчанка являла собой образец красоты и силы своей расы. Подтянутая, рослая и с внушительной грудью, на которую всё шили на заказ. Волосы она сбривала на висках, по орочьей моде, а на затылке заплетала в тугую жесткую косу.
В принципе, я Декста понимала. Такие орчанки были просто мечтой во плоти для своих соотечественников. Только вот и покорить их получалось с трудом. Я вообще не понимала, как данная раса до сих пор не вымерла. Они же постоянно доказывают друг другу, кто сильнее, выше, круче. У них даже муж с женой всегда воюют за лидерство.
Ильмера не являлась исключением. Декст это осознал во всей красе, когда, под впечатлением от боевых учений, решил позвать ее в таверну. Среди орков подобное означало как минимум симпатию и желание затащить в постель.
— То есть, — медленно проговорила я, уже сидя на траве в окружении адептов, — Ильмера сказала, что пойдет в таверну только с тем, кто сможет добыть калмана и приехать на нем к ней под окна?!
Ничего так у девушки запросы!
Калманы водились в северных степях Рисавы, на родине орков. Когда-то они бродили огромными стадами: гигантские быки с длинной шерстью и роскошными рогами. Только вот орки едва их не истребили. Калманы травоядные, но очень быстрые, несмотря на вес. Бить их легко, тем более они еще и жутко любопытные. Обычно один из орков раздевался догола, обмазывался зеленой грязью и перьями и начинал танцевать неподалеку от калманов. Те не понимали, что это за существо, и начинали приближаться. Тут-то их и окружали.
В итоге мировой совет по охране природы забеспокоился. Оркам сделали внушение, а калманов занесли в вымирающий вид. Сейчас их поголовье практически восстановили, но все равно охотиться в полную силу на них нельзя. Тем более — вывозить из степей. Так как калманы питаются исключительно одним видом кустарника, и растет он только в тех степях.
Так что требование Ильмеры больше походило на издевательство. Декст это прекрасно понимал. Ну не похищать же калмана из зоопарка! Хотя я подозревала, что до моего появления адепты обсуждали именно этот вариант.
А если…
— Погодите, вы были в музее Академии?
— Что там делать? — фыркнул Гролл. — На пыльные развалюхи смотреть?
— А я была, — проговорила загадочно. — И кое-что видела. Два чучела калмана.
Декст мигом подобрался. А я продолжила, в шоке от самой себя.
— Плюс музей охраняют так себе. Адепты же туда не любят ходить. А вообще не слушайте меня. Считайте, что я вам ничего не говорила. Но если что, охранник музея после часа ночи обычно запирается в своей каморке и дрыхнет в обнимку с самогоном. А мне пора к ректору.
— Леди Дэрин…
В голосе Декста было столько благоговения, что я невольно ускорила шаг. Ну вот, преподаватель называется! Толкнула практически на преступление.
Хам уже явно томился у ректора. Я тоже поспешила туда, одновременно думая, что сказать Виланду. Увольняться-то не собиралась.
— Дэрин!
Мне навстречу спешила Хвенильда. Принарядившаяся, сияющая.
— Глазам не верю! Ты в порядке?
— Как видишь.
Или не совсем? Хвенильда сжала меня в крепких объятиях так, что я едва не пискнула.
— А у нас все твердят, что демоны опять преподавательницу утащили. Но я в тебя верила! Сто золотых поставила.
— Что?!
Оказывается, волосы у валькирии просто чудесные: пышные, белоснежные и едва заметно вьются. Почему она всегда их туго заплетает?
— Ставки все делают, вернешься ты или нет. Ох, и разойдусь я сегодня! Побегу выигрыш заберу — и по магазинам. Кстати, мы отмечаем успешные учения сегодня в «Красном орле». Приходи!
Последнюю фразу Хвенильда прокричала уже на бегу.
— Постой! А что праздновать, если Академия все же пала? — крикнула ей вслед.
Куда уж мне по тавернам шастать. Хам точно увяжется, а это гарантированный шок и инфаркт у доброй части преподавателей.
— Ну так мы продержались после падения защитного купола дольше, чем крепость Аммаргат при атаке гвардией, — притормозила Хвенильда. — Дэрин, ты бы это видела! Они все лавиной хлынули через стены, грозные, смелые, а потом кто рыдает, кто ищет чем прикрыться. А благодаря тебе ругательство новое появилось: «Муравьи тебе в штаны!»
Эм-м… сомнительное достижение. Хотя Хвенильда явно была другого мнения.
— Дэрин, гордись! Теперь все знают, что эльфиек лучше не злить. Вечером поболтаем! Выпивка с меня!
Она убежала, а я в задумчивости направилась на ковер к Виланду. Теперь понятно, почему все радостные такие носятся.

* * *

Когда я попыталась пройти к ректору, секретарша предупредила:
— Там проверяющий. Занят.
— Знаю. Меня ждут, — кивнула ей.
Та сразу так сочувственно посмотрела, а я постучалась и открыла дверь. Тут же ощутила напряженную атмосферу в кабинете. Ректор стоял спиной у окна, Хам у книжного шкафа. Как будто они только что повздорили и разошлись по углам приходить в себя.
Первый раунд явно закончился вничью. Сейчас начнется второй?
— Можно?
— Дэрин! — улыбнулся мне ректор, оборачиваясь. — Как вы?
— Спасибо, уже все хорошо. Сожалею, что не видела конца учений. Как все прошло?
— Император доволен результатами, но вряд ли еще раз решит на нас напасть. Менять форму личной гвардии накладно, почти у всех штурмующих прорехи или полное отсутствие обмундирования.
Оу! Я даже не нашлась что сказать. Наверное, мои жуки еще никогда не ели так много дорогого сукна и кожи.
Надеюсь, переварили они его без проблем.
— Мне сказали, что вас можно поздравить.
— С чем? — не поняла сразу я, пребывая в своих мыслях.
— С нашей свадьбой, — подал голос Хам.
Мой муж шагнул ко мне, становясь рядом, приобнял за талию и добавил с нежностью:
— Ты ничего не хочешь сказать Виланду?
Я метнула в него гневный взгляд, но вырываться не стала. Проявления нежности недопустимы на работе и в присутствии начальства. Но и устраивать семейные разборки при посторонних у нас не принято.
— Хочу. — Я перевела взгляд на ректора и улыбнулась. — Могу заверить, что моя личная жизнь никак не отразится на работе. Вам не о чем беспокоиться. Экзамены у группы я приму и хотела бы еще провести несколько дополнительных лекций. Учения выявили некоторые пробелы в знаниях, которые следует восполнить. Кстати, многие адепты желают в следующем году записаться на курс. Может, вы рассмотрите возвращение данной дисциплины к основным и увеличение часов? Я готова их взять. Думаю, все заметили эффективность работы нашей группы. Специалистов маскировки часто незаслуженно недооценивают.
— Дэр-рин! — пророкотал демон у меня над головой, стоило мне перевести дыхание, а его рука на талии крепко сжалась. Ну просто как стальным обручем обхватил. Я даже попыталась ущипнуть его, едва не сломала ноготь. Потом с милой улыбкой добавила, отказываясь понимать недовольство супруга:
— Да, мы ждем вас с Фиорой на нашу свадьбу. Дату назначим позже, после экзаменов.
Над головой что-то прошумело. Кажется, высший выдохнул с шумом храпящего дракона.
— Так, дорогой? — подняла голову и с невинным видом уточнила у своего благоверного. Впервые увидела, как у высшего не нашлось слов.
— Да… дорогая, — выдавил он из себя. И вид имел такой, как будто слово «дорогая» было чуждо для него, и он впервые его произносит, пробуя на вкус.
У ректора вырвался сдавленный кашель, маскирующий смех, но стоило посмотреть на него, как он напустил на себя серьезный вид.
— Благодарю за приглашение. А насчет ваших слов я подумаю. Учения показали, что в этом есть смысл. Завтра у нас в четыре совещание, будем разбирать учения, а в семь награждение отличившихся. Сегодня можете отдыхать.
— Отлично, мы как раз перевезем вещи Дэрин… — Хам сделал небольшую паузу, заставив нас с ректором напрячься. — В городской дом. И, кстати, так как я все равно задержусь в городе, могу подтянуть адептов в практике боя. Энтузиазм есть, а вот опыта им не хватает.
Виланд на миг прикрыл глаза, видимо мысленно представляя вой адептов на всю Академию, когда они об этом узнают, но предложение отвергать не стал.
— Прекрасная идея! — ответил он.
— Дом в Оноре? — зашипела я, стоило нам покинуть кабинет ректора. Я злилась, что он только сейчас поставил меня в известность и до сих пор не убрал руку с моей талии. Нужно было видеть круглые глаза секретарши Виланда, когда мы вышли с высшим в обнимку. Ну все, сплетни вперед меня побегут.
— Я не хочу переезжать!
— Дорогая, но предоставленный мне домик в Академии не удобен для длительного проживания. К тому же ты сама настаивала на раздельных спальнях на время экзаменов. Или передумала? — хищно поинтересовался демон.
— Нет! — нервно воскликнула я. Кажется, идею каждому жить там, где и раньше, можно было не предлагать. Пришлось смириться: — В Оноре так в Оноре.
Меня проводили до дверей моей комнаты, но даже и не подумали отпустить. Хорошо еще, преподавательский этаж как будто вымер и никто не видел, что высший входит ко мне. Ведь пока все узнают, что мы женаты, такие домыслы пойдут, что мало не покажется.
Создалось впечатление, что пока мы общались у ректора, большинство поспешили в город праздновать или разбрелись по комнатам отсыпаться. Занятия сегодня были чисто номинальные, и после общего сбора и беседы с кураторами всех распустили отдыхать.
Я и забыла, в какой спешке собиралась, когда меня разбудили адепты и сообщили о штурме. Пока высший осматривался, я как можно незаметнее распихала валяющиеся вещи с глаз долой и застелила постель. Откинутое одеяло как будто приглашало прилечь отдохнуть, но нет, нечего наталкивать супруга на ненужные мысли.
Мое внимание привлек мигающий кристалл. Связь появилась! Я радостно схватила его и стала пролистывать список звонивших. Масса пропущенных звонков от Фиоры, но подруге лучше позвонить, когда я буду одна. Мама, Иррилий… Сердце екнуло. Как будто почувствовав, Хам шагнул ко мне, но я предупреждающе выставила вперед руку, прося подождать, и набрала маму.
— Дэрин! Слава Деве Лесной! Ты почему не отвечала? — раздался ее взволнованный голос. Она ответила сразу, как будто держала кристалл в руках. Синие глаза буквально светились тревогой.
— У нас были внеплановые учения, на это время связь не действует.
— Слава богам, ты жива! А то мы с Минэль не находим себе места. Ее Тарриэль пропала, не отвечает на письма, от тебя вестей нет. Скажи, ты виделась с девочкой?
— Нет, мам. Ее нет в Академии.
— Как нет?!
Моя мама схватилась за сердце. Да ладно, у эльфов оно не склонно к заболеваниям.
— Мне удалось узнать, что у нее появился кавалер и она бросила учебу, выйдя за него замуж и уехав.
— Этого не может быть! Куда уехав? За кого замуж?!
— Мама, я сама ничего не поняла. Она даже вещи все свои не забрала. Мне не удалось пока больше ничего выяснить, у нас учения начались, но я обещаю, этого так не оставлю.
Машинально приложила руку к сердцу, подтверждая свои слова.
— Дэрин?!
Глаза у мамы стали круглые, и она в шоке уставилась на мою руку, где задравшийся край рубашки обнажил брачную татуировку. Я быстро ее опустила, но было поздно.
— Мама…
Но ее было не остановить.
— Глазам не верю! И вы?! Нет, я всегда знала, что ты его любишь, и он ждал столько лет… — лепетала она. — Но как вы могли?! Почему не сказали? А свадьба… гости… ты же всегда хотела…
— Обещаем, все будет. — Хам возник за моей спиной, попадая в зону видимости кристалла, и обнял меня за плечи.
Мама осеклась на полуслове и выглядела так, будто ее вот-вот хватит удар. Ну да, понимаю. Двухметровый высший с литыми мышцами и жестким взглядом.
— Позвольте представиться, Хамсферженвальд Заурронский дель Аби. Ваша дочь настолько прекрасна, что я не смог ждать официального знакомства с вами и поспешил назвать своей.
Я меланхолично подумала о том, что в вопросах брака демоны самые стремительные среди всех других рас и ждать попросту не умеют. Увидел — схватил и как давай жениться.
Несколько мгновений мама беспомощно хватала ртом воздух, а потом сипло спросила, почему-то шепотом:
— Дэрин, а это кто?
— Ее супруг. Хамсферженвальд Заурронский дель Аби, — терпеливо повторил высший.
И моя мама, которая не теряла выдержку ни при каких обстоятельствах, способная держать лицо, даже если ее окружили грабители, даже если корабль идет ко дну, даже если мерзкие мяризги уже жуют край ее платья, не выдержала и пронзительно закричала:
— А-а-а-а-а!!!
Связь прервалась.
— Что это с ней? — с недоумением спросил высший.
— Радуется, — мрачно ответила я.
— Это у вас, видимо, семейное, — припомнил он вчерашнее пробуждение, когда я обнаружила у себя татуировку.
Его руки как-то естественно скользнули с плеч вниз и сомкнулись на талии, прижимая меня к себе. Я не стала вырываться. Наоборот, прислонилась, чувствуя после разговора с матерью необходимость даже в такой своеобразной поддержке. Даже думать было страшно, что теперь начнется. Мать в шоке, отец, судя по всему, будет тоже.
Плюс куча тетушек и кузин. Все были уверены, что я выйду замуж за Иррилия. Да что там, я сама в это поверила и даже придумала свадебное платье. Его зарисовки остались в блокнотах, дома.
— А у тебя родные есть? — спросила его, чтобы отвлечься.
Я была прижата спиной к мужской груди и хорошо ощутила резкий вдох.
— Нет? Извини, если напомнила.
Чуть повернулась, подняв голову, и натолкнулась на обжигающий взгляд.
— Я что-то не то сказала?
— Ты впервые перешла со мной на «ты».
Я смутилась. Мелодичная трель кристалла избавила от необходимости комментировать это.
— Да.
Бледная и серьезная, мама окинула нас неодобрительным взглядом и, глядя только на меня, произнесла:
— Дэрин, мы с отцом вылетаем в столицу. Не вздумай покидать город!
— Мам, о чем ты? У меня экзамены у адептов.
— Ждем вас. Можете остановиться в нашем городском доме, — прозвучало у меня над головой. Ну да, Хама ничто не могло смутить. Прилетает теща? Великолепно!
— Нам есть где остановиться, — холодно произнесла мама, бросила на меня долгий обеспокоенный взгляд и отключилась.
— Мне кажется, я ей не понравился, — с задумчивым и немного озадаченным видом сделал вывод демон.
— А если твою дочь однажды без твоего одобрения и предварительного знакомства замуж возьмут? — встала я на защиту родителей, размыкая объятия.
Судя по лицу высшего, этому самоубийце не жить. Я вздохнула и стала собирать вещи, которые возьму с собой при переезде. Надеюсь, комнату оставят за мной. Нужно же иметь место, где можно передохнуть между лекциями или переодеться при необходимости.

Глава 17

На сборы мне понадобилось всего ничего. Тем более Хам не собирался оставаться в стороне, а принял весьма активное участие в сборах. Трогать свои вещи я ему не разрешила, но вот доставать и открывать чемоданы — пожалуйста. При этом торопливо запихивала нижнее белье в плотные тканевые мешочки. Чтобы всякие высшие на него не смотрели. Зачем лишний раз провоцировать?
Вот все же и от мужа есть польза. Сейчас он взял все три чемодана и легко отнес к воротам, куда уже подъехал заранее вызванный экипаж. Спасибо тому, кто придумал магический вызов при помощи кристаллов. Да, стоимость поездки чуть дороже, чем если поймать ее на дороге, но зато все экипажи новенькие, крытые и даже с обогревателями на случай холодов. А я провела рукой по подоконнику, посмотрела на осиротевшую кровать и тоже вышла.
— Хамсферженвальд, у нас проблема, — проговорила, когда уже села в экипаж рядом с высшим. Привратник круглыми глазами смотрел на нас и, кажется, сомневался, не начался ли у него бред. Потом тихо удалился к себе. Подозреваю, чтобы не попасть под взгляд Хама.
— Говори, я ее решу.
Так мило. А если я скажу, что мне нарры снятся, как он эту проблему решит? Запретит мне спать?
Я устроилась поудобнее на пухлых сиденьях экипажа, бросила взгляд на застывшую в зное улицу и проговорила:
— Видишь ли, у наших с тобой рас разные обычаи. Совсем разные. А ты взял меня в жены, и теперь у нас проблемы.
— О да-а-а, — протянул высший так, что мне едва не стало стыдно.
Но не стало.
— У нас принято знакомиться семьями перед свадьбой. Точнее — в тот момент, когда двое решают назваться женихом и невестой. Пока идет ухаживание, семьи узнают друг друга все лучше. И в конце концов мы, по сути, становимся одной большой семьей. А тут ты… и я… и… и… ужас, ужас!
— Ну прямо, — поморщился Хам то ли от моих слов, то ли от того, что экипаж подпрыгнул на выбоине. — Небольшая проблема, но не ужас-ужас.
Он как-то автоматически вертел в пальцах прядь моих волос. Я то и дело косилась, но молчала. Не дергает же, и ладно.
— Цветочек…
— Дэрин! — мигом взъерошилась я.
— Цветочек, — настаивал Хам, — ты такая же нежная и так же сладко пахнешь.
Краска медленно заполыхала на моих ушах, двинулась к щекам. Ну что за комплименты такие, от которых в голове всплывают моменты из горячих источников?!
— Думаю, не стоит так называть меня при посторонних.
— Я так понимаю, ты имеешь в виду адептов, а не своих родителей? — с невинным видом поинтересовался Хам, продолжая мучить мои волосы.
— Моя мама будет в бешенстве. Она мечтала о грандиозной свадьбе, уже придумала, где будет проходить обряд обручения, и…
— И в итоге познакомится с отличной семьей высших демонов, да еще к тому же королевской крови.
— Так она у тебя есть! — вырвалось у меня.
И я аут же смутилась, так как Хам посмотрел таким взглядом… Ну, почти как на дурочку. И ответил:
— Конечно, есть. Отец живет в Изенархе, у него там доходное дело по поставке минералов, а дядя предпочитает путешествовать. Видимо, сказалось королевское прошлое.
Я смотрела круглыми глазами, а Хам продолжал невозмутимо:
— На Крокусе он был эсхером, по-вашему — императором, одного из самых сильных континентов. А сейчас наслаждается свободой.
— И вы всегда были такими… — Я щелкнула пальцами, подбирая слово. — Собственниками?
Просто насчет пар пока понимала смутно. Знала, что пары есть у вервольфов, но они живут далеко на востоке, на континенте Арики. И ведут довольно закрытый образ жизни.
— Собственниками?
— Женщин под замок запираете? — пояснила я.
— Мы никого не запираем!
— Хорошо, вы просто не даете им работать.
Хам глубоко вдохнул… и сдержался. Хотя в голосе послышались громовые раскаты. Едва слышные, но ощутимые.
— Цветочек, ты просто не понимаешь, что такое — найти свою половину. Это и счастье, и дикий страх. За нее… или за него.
— Женщины тоже переживают?
— Конечно. Но раньше это не чувствовалось так остро. Высших сложно убить.
Да уж, там проще самому помереть от разрыва сердца. Хотя бы быстро и не так болезненно. Но все равно было непонятно. Вот есть пара, да. И что? А если нельзя друг друга полюбить? Если ты уже на кого-то другого смотришь?
Я замотала головой, которая моментально заболела от попыток впитать информацию. И услышала голос Хама.
— Можешь узнать у моего отца, каково это — потерять вторую половину. Хотя я бы не стал рисковать и спрашивать.
— Ты…
У меня перехватило горло, но высший понял, что я хотела спросить. И сухо произнес, переводя взгляд на улицу за открытыми окнами экипажа:
— Мы не всех успели эвакуировать с Крокуса. Сначала дети, потом — женщины. Но как раз, когда до них дошла очередь — портал взорвался.
Ой…
В истории о таких подробностях не писали. Да, я в курсе была, что взорвался портал, а Крокус — мир высших — погиб. После долгой и затяжной войны с Черной нечистью, остатки которой пытались пробиться к нам, на Андорру.
— Мне жаль.
Я даже не нашлась, что еще сказать, понимая, что он потерял мать.
— Это боль нашего народа.
— Спасибо, что рассказал.
— Мы не любим об этом говорить. Я хотел предупредить, чтобы ты знала.
Ладно, учту, что об этом лучше не спрашивать, а то я уже хотела расспросить о Крокусе. Интересно же послушать о легендарном родном мире демонов.
— Как ты смотришь на то, чтобы отдать подготовку свадебной церемонии и приема своей матери?
— Что? — Я не сразу даже поняла, о чем он, из-за резкой смены темы.
— Тебе же некогда будет этим заниматься. Я бы нанял для этого людей, но она знает твои вкусы.
Хм… Что-то мне подсказывало, что мать скорее организует мне побег, чем своими руками отдаст демону, хоть и высшему.
— Я не знаю…
— Она все же странно отреагировала… — задумчиво произнес мой, хм… супруг. Надо чаще его так называть, чтобы привыкнуть. — Мне показалось, что она чем-то недовольна.
Показалось?! Я свою родительницу в таком шоке никогда не видела!
— Поспешностью моего замужества, — дипломатично ответила я.
— Ничего, внуки ее смягчат, — этак успокаивающе погладил меня по руке Хам, вызывая противоположную реакцию.
«То есть его это не беспокоит, он меня успокаивает!» — стала закипать я.
Постойте, какие внуки?! Я еще замужество свое не осознала!
Пока я возмущенно то сопела, то бледнела, мы подъехали к мрачному особняку из серого кирпича, с высокими башнями и острыми шпилями, грозно смотрящими в небо. Это городской дом, где мне будет удобней жить?! Я поежилась, втайне надеясь, что внутри будет лучше. Напрасно.
Несмотря на теплую погоду, в особняке оказалось прохладно, и руки покрылись гусиной кожей. Величественный, огромный дом, производящий такое же надменное впечатление, как и высший в нашу первую встречу.
— Красный?! — ахнула я, когда увидела встречающего нас элементаля.
— Кто?
Демон удивленно посмотрел на меня, а потом перевел взгляд на огненного, который невозмутимо стоял и не обращал на меня внимания.
— Нет, это другой, — объяснил он и приказал: — Хозяйка дома, слушаться как меня. Возьми наши вещи.
Элементаль испарился, а мое знакомство с домом решили начать со спальни.
— Пойдем, я покажу тебе хозяйские покои. Посмотришь, как тебе.
Мы поднялись по широкой мраморной лестнице на второй этаж. В пустом доме гулко разносились наши шаги.
— А обычные слуги здесь есть?
— Нет, только элементали следят за домом. Я здесь в последнее время редко появлялся, предпочитая климат долины. Но вызвал нам оттуда повариху.
— Кости на старости лет ломят? — само слетело с языка ехидное замечание, и я тут же поплатилась.
— Ой!
Меня подхватили на руки и предупредили:
— Цветочек, не дразни меня. Я и так еле сдерживаюсь.
Благоразумно прикусила язык, дрогнув под голодным взглядом демона. Позволила занести себя в покои, которые он открыл пинком ноги. Хорошо хоть, после этого меня поставили на ноги и дали осмотреться.
— Это твоя комната. Моя смежная, — сообщил высший.
Н-да… Темная массивная мебель, богатая отделка, как и во всем доме, но как-то безлико. Нет милых безделушек, цветов, хоть как-то проявляющих индивидуальность владельца. С ностальгией вспомнила свою комнату, где цветущие растения покрывали стены и я просыпалась утром, вдыхая их аромат. Наш дом, где в комнатах струились водопады с ключевой водой, они пронизывали весь дом и стекались в главном зале. Очень удобно. Чтобы не заплутать в большом доме, достаточно идти по направлению течения воды.
Я подошла к окну. За стеклом светило солнце. Дом располагался в самом престижном районе, рядом парк, много зелени, виднеются красивые соседские особняки с красной черепицей на крыше. Создавалось впечатление, что наш дом застыл мрачной глыбой среди всеобщих ярких красок.
— А есть еще гостевые комнаты? — спросила я, втайне надеясь выбрать себе другую спальню, не рядом с супругом.
— Есть несколько смежных комнат поблизости. Желаешь посмотреть?
Я подавила вздох. Мне ясно дали понять, что выбор ограничен лишь смежными покоями.
— Не надо. Сойдет и эта.
— Ты можешь изменить обстановку по своему вкусу, — щедро предложил высший.
Я прошлась по спальне, сунула нос в просторную гардеробную и отдельную уборную с большой круглой ванной, стоящей на возвышении, и одной полностью зеркальной стеной.
— Только здесь можно менять? — уточнила я. — Ты извини, но у нас даже склепы веселее выглядят.
Моя шпилька не достигла цели.
— Этот дом в твоем распоряжении, как и все другие, — спокойно произнес высший.
Кажется, ему даже нравилось, что я проявила интерес к дому.
— Хочу, чтобы тебе везде было комфортно.
Он произнес это так искренне, что я отказалась от идеи здесь порезвиться, знакомя его с новаторскими дизайнерскими решениями. В конце концов, мне тоже придется здесь жить, и он прав, в доме должно быть комфортно. И уютно. Определенно стоит пройтись по магазинам и присмотреть что-нибудь. Начать хотя бы со своей спальни. Здесь явно не хватает пушистого ковра у кровати и ярких красок. Нужно сменить коричневое покрывало на более светлое и добавить подушек на кровать. А в глубокое кожаное кресло можно положить шелковые валики под спину, это немного разбавит его мрачность.
Или вообще все выбросить и купить другую мебель: легкую, резную, со стеклянными цветными вставками.
Я смутилась, поймав на себе проницательный взгляд демона. Как будто он знал, о чем я думаю, и ему нравилось мое желание здесь все обустроить.
— Пойдем, я покажу тебе дом.
Особняк был огромным. Тем острее чувствовалось отсутствие слуг, тишина давила.
«С другой стороны, не будет любопытных взглядов», — сказала себе.
Элементалям нет дела, ругаемся мы с Хамом или нет. Им плевать, почему, будучи женатыми, мы не спим вместе. От обычных слуг такое не утаишь.
После осмотра дома высший предложил проехать по магазинам, если у меня есть желание. Оно было. Находиться в мрачном особняке не хотелось, стены давили. В этом плане поместье в долине не шло ни в какое сравнение. В нем даже дышалось легче.
Подумать не могла еще неделю назад, что буду степенно прогуливаться под ручку с высшим по улицам Оноры. Мы приехали в Семицветье, квартал самых дорогих магазинов, в которых можно было купить все, начиная от изысканных ювелирных украшений и заканчивая частными прогулочными яхтами.
Прогулочная яхта, оказывается, у высшего уже была, сделанная по индивидуальному заказу. Мимо ювелирных магазинов я его протащила, а вот для интерьера спальни сделала заказ. Еще прошлись по магазинам одежды, где я купила себе дорогие, но скромные рубашки для сна и пеньюары. Все же спальни у нас смежные, и проверять выдержку супрута соблазнительными кружевными нарядами я не собиралась.
Мне понравилось ходить по магазинам с Хамом. При его появлении покупатели забывали, зачем они пришли, и уходили, а продавцы делали хорошие скидки, лишь бы мы скорее ушли. Все же аура у высших демонов тяжелая, давящая. Это я ее не чувствую.
За что и поплатилась.
Довольные прогулкой, домой мы вернулись к вечеру. Днем поели в городе, а вот ужинали в особняке. Я еще не познакомилась с поварихой, но ее талант оценила. Она наготовила столько всего вкусного, что можно было накормить еще десяток гостей.
Разомлевшая после сытной еды, я приняла предложение высшего посидеть у разожженного камина. Несмотря на летнюю погоду за окном, в доме было прохладно, так что тепло камина пришлось кстати. И вот смеркалось, мы мирно беседовали, и тут меня как обухом по голове — адепты! Я же их сама направила в музей, и тянуть с проникновением они не будут. А вдруг попадутся? Я же себе этого никогда не прощу!
— Дэрин, что случилось? — заметил мою тревожность высший.
— Мне нужно срочно в Академию! — кусая губы, объявила я. — Один из моих адептов влюбился. Не в меня! — едва не заорала, так как глаза Хама медленно начали алеть. — В свою соотечественницу.
— Дай мне развернутый ответ, Цветочек, потому что пока я не понял ничего.
Вот как объяснить ему про первую любовь, трепет ресниц и так далее? Я подумала и решила изложить по-военному коротко:
— Адепт влюбился. Она требует калмана. Они решили его спе… стащить из музея. Я подсказала.
Нет, ну что, я изложила проблему. Судя по взгляду, Хам все понял, как-то странно кашлянул и спросил:
— Орк, что ли?
— Он самый.
Хам поставил опустевший бокал на столик, откинулся на спинку кресла и спросил:
— А ты здесь при чем?
— Чувствую ответственность. Я им про музей подсказала.
— И что? — равнодушно спросил Хам. — Если попадутся — их проблемы. Будущие воины должны уметь просчитывать риски.
— Риски они просчитывают на занятиях, а тут любовь!
— Ну и благослови их мысленно, — зевнул высший. — Смотритель музея уже пьяный валяется, скорее всего. Так что украдут чучело, покажут строптивой девчонке, и все будет хорошо. А попадутся — их вина. Ты-то что прыгаешь?
— Я же сказала, мне надо в Академию!
Только было расслабившийся Хам снова ощутимо напрягся. Это было видно по тому, как он сжал подлокотники кресла. Они аж затрещали.
— А ты что там забыла?
Сказка про белого бычка, честное слово.
— Я им подала идею. И хочу проследить, чтобы все прошло гладко. Тем более, Декст — хороший адепт. А орчанка — дура.
— Не дура, а практичная особа. Они же выбирают самцов по силе. Сумел добыть — значит, хороший муж будет, и потомство крепкое. И не надо тридцать лет ухаживать.
Что-то в последней фразе мне послышалось ехидство. Тоже поставила бокал на столик и встала. Чтобы сердито проговорить:
— Уж не знаю там про тридцать лет, не довелось мне этого узнать. Но кто-то обещал ухаживать.
Хам развел руками в стороны, изображая объятия. Мол, идем, поухаживаю. Оказывается, у него и чувство юмора есть. Но очень хорошо спрятанное. Просто не высший, а кладезь талантов.
— Цветочек, а что, помощь адептам в устройстве личной жизни как-то повлияет на мои отношения с женой?
— Жена будет безумно благодарна, — заверила я, уже догадываясь, что сказала чуть больше, чем хотелось. Сейчас Хам в лучших мужских традициях потребует в качестве награды или поцелуй, или проживание в одной спальне.
Но высший не спешил с подобными притязаниями. Сидел и потирал подбородок. При этом глядя то в окно, где уже сгустились сумерки, то на меня.
— С другой стороны, — проговорил медленно, глядя мне в глаза, — если у твоего адепта все сложится, то могут родиться дети. А в таком союзе они наверняка будут сильными. Будущее империи.
— У высших изумительная логика, — решила польстить я, — и вы всегда радеете за будущее империи.
— Мы давали присягу императору, — ответил Хам.
Потом хлопнул ладонями по подлокотнику и встал. Я машинально вжалась в спинку кресла. Все же высший огромный. Прямо скала.
Все еще не верю, что теперь его жена. Да ладно, несколько дней назад он мою грудь «сомнительными прелестями» обозвал. А теперь даже на ухаживания соглашается.
— Ты пойдешь так? — спросил Хам, взглядом давая понять, что ему такой расклад не нравится. Но тут и не поспоришь. Похищать калманов явно лучше не в платье от известного бренда.
— Ты согласен?! — Я подалась вперед, не веря своему счастью.
— На что только не пойдешь ради будущего империи… и ради жены. Но учти: вляпаются по собственной глупости — пусть выкручиваются сами.
Это я услышала уже на бегу в гардеробную. Там точно были плотные штаны и рубашка. Сама сегодня выбирала для практических занятий. Быстро переоделась, завязала волосы в узел и скатилась со второго этажа… прямо в руки высшего. Тот, конечно, ситуацией воспользовался и прижал меня к себе. Но тут же отпустил и как-то сухо проговорил:
— Идем порталом, так будет меньше шума. И привратник не заметит.
Демонический портал… брр. У меня даже сейчас внутри все скрутило. Но лишь кивнула и попросила:
— Только поближе к музею. Там как раз заросли густые, никто и не заметит.
Хама так уж точно не заметят. Он натянул черные штаны и рубашку, плюс смуглая кожа. Еще и талант маскировки.
— Может, сами калмана стащим? — предложила я. — Обрадуем Декста.
Но высший был другого мнения:
— Цветочек, не наглей. Помочь — одно дело, а вот провернуть все самим — другое. Если готова и согласна — идем.
Молча подала ему руку и приготовилась к не самым приятным ощущениям. Ну почему их порталы такие отвратительные? И еще более отвратительно, что сами высшие словно и не чувствуют, как их желудок выворачивает наружу.
Зажмурилась в ожидании «приятных» ощущений. Почувствовала, как меня обняли, и сама тоже обхватила высшего за талию. Уткнулась носом в грудь, надеясь, что не выплюну ужин прямо на него.
Вспышка ослепила даже сквозь веки, потом снова незабываемые чувства, когда тебя разбирают и собирают заново, при этом пнув в желудок. Ужин медленно, но верно начал подниматься к горлу, но тут все закончилось. В нос ударил запах жасмина, который в саду Академии рос в огромном количестве. Я же ощутила, как губы высшего обожгли мой затылок, а затем раздалось приглушенное:
— Ужин — в кусты.
Ага, размечтался. Благородные эльфийки не ползают, как упившиеся тролли. Я сделала пару глубоких вдохов и с облегчением поняла, что последовать совету Хама уже не хочу.
— Ненавижу ваши порталы!
— Согласен, лучше скакать на единорогах. Куда как быстрее, да?
Все же он отвратителен, когда издевается, да еще с такой высокомерной рожей. Я кое-как отстранилась, Хам же не препятствовал, а насмешливо следил за моими попытками прийти в себя.
— Едино… — Я еще раз глубоко вдохнула. — Единороги хотя бы не… фух… не пытаются тебя вывернуть. Фу-у-у-у-у! Бедный мой… Совуша.
— Это еще кто?
Разговаривать приходилось шепотом.
— Единорог мой. Я его уже год не видела.
— Они же могут жить только на открытых пространствах?
— Да, — вздохнула я, выпрямляясь, — он в наших полях, а я в городе. Жалко. Совуша скучает, я чувствую. Здесь.
Прижала на мгновение руку к сердцу. И тут же спохватилась: мы же тут не переживаниями делимся, а Декста выручаем.

Глава 18

Здание музея виднелось совсем близко, полускрытое деревьями и кустами. Темное и одноэтажное, оно было самым непопулярным в Академии. Одно время сюда повадились бегать целоваться парочки, но сторож быстро это понял и поставил охранные заклинания. В итоге несколько влюбленных наткнулись на них, сутки побегали в образе баранов и больше не рисковали. Ректор же велел снять заклинания и просто запирать здание на ночь. А самому сторожу меньше пить. Но если первое он еще смог выполнить, то отказываться от бутылки точно не собирался. Просто стал напиваться не с вечера, а с полуночи.
Я скользнула в тень и бесшумно приблизилась к сторожке, что стояла рядом с музеем. Хам успел добраться раньше меня, при этом используя обычную маскировку. И я его ощущала только благодаря опыту.
Адепты уже были здесь. Прятались в кустах возле запертой двери музея и о чем-то перешептывались. Ай-яй-яй, во время маскировки нельзя общаться, надо договариваться заранее. Малейший звук — и ваша маскировка будет раскрыта.
Я заглянула в сторожку. Чего и следовало ожидать: сторож — старый гном — мирно посапывал в обнимку с самогонкой. Судя по всему, он даже любовниц не обнимал так пылко, как бутылку.
Адепты тем временем решили вылезти из кустов. Ну и как они собираются взламывать замок? Магии в запорах я не ощущала, но тут ее и не надо. Замок выглядел несокрушимой преградой. На такой только великанов запирать.
Хам не вмешивался, а просто следил за моими действиями.
— Адепты!
Мой шепот в ночи произвел незабываемое впечатление на адептов. Они сначала замерли, потом развернулись, причем в руках у Декста я заметила сверкнувший меч. Но тут же снова превратились в каменных истуканов. И тут я порадовалась, что Хам решил оставаться замаскированным. Если они при виде меня встревожились, то от присутствия высшего точно бы пустились наутек. А нам демографию орков поднимать надо.
— Бгльхм, — только и смог сказать Гнырр, явно собираясь врасти в землю.
— Я вас прикрою, — проговорила торопливо. — Сама подала вам идею, так что тоже замешана.
К счастью, адепты быстро сообразили, что к чему, и перестали изображать тушканчиков перед нарром.
— Как собираетесь взламывать дверь? — спросила я у парней.
Взломали по старинке, с помощью зачарованной проволоки и крепких словечек. После чего бесшумно проникли внутрь и аккуратно прикрыли дверь. Хам остался снаружи, а я двинулась следом за адептами. Сквозь музейную темноту, наполненную запахами пыли и лежалых вещей. Гнырр создал крохотный магический огонек, который едва освещал все вокруг. Благодаря ему мы хотя бы не спотыкались. А меня охраняло само понимание, что Хам поблизости. И чувствовала себя в совершеннейшей безопасности, хотя в животе то и дело сжималось от волнения. Все же мы собирались ограбить музей.
На самом деле тут оказалось еще и жутковато. Не знаю, осмелилась бы я пойти сюда без Хама. В темноте, едва рассеиваемой огоньком, проплывали диковинные вещи. И окон, как назло, не было. Я шарахнулась, когда свет выхватил из темноты оскаленную рожу. Декст придержал меня и прошипел:
— Это неандрорки.
Тьфу ты. И правда, оскаленный оказался статуей орка, что водились в древние времена. Пока постепенно не эволюционировали в современных. Значит, калманы должны быть неподалеку. Мы как раз в зале оркской истории.
— Смотрите в оба, — прошипела я адептам, — калманы тут.
Они и правда были тут. По запаху ощутили. Мой несчастный эльфийский нос уловил смесь старой шерсти, набивки и еще какой-то гадости. Ну почему Академия решила сэкономить и не сделала качественные чучела?
Калманы выплыли из темноты как два неопрятных и мохнатых осколка неведомого камня. Я зажала нос и рот обеими руками и почти беззвучно несколько раз чихнула. Гнырр последовал моему примеру.
— Двух берем? — спросил Гролл.
Он обходил калманов по кругу и зачем-то тыкал пальцем в упругую колючую шкуру.
— Зачем вам два? — взвилась я. — Одного берите, и марш отсюда, серенады петь.
— У нас издают боевые кличи.
Тут я заинтересовалась. Что-то эта сторона жизни орков прежде проходила мимо меня.
— В смысле, чем громче вопль, тем лучше самец?
— Он еще и долгим должен быть.
— Поправь меня, если ошибаюсь, — проговорила я. — То есть ты собираешься подъехать верхом на чучеле калмана к женскому общежитию и издать страстный животный вопль?
— А потом успеть вернуть чучело на место, — меланхолично сообщил Гнырр, — причем очень быстро, так как по ночам территорию обходят дежурные. Но мы уже все продумали.
Они продумали, правда, не без шероховатостей. Предполагалось, что после того, как Ильмера одобрит поступок Декста, калман ускачет вдаль. А сам орк будет наслаждаться дарами победы.
— Ты не сможешь проникнуть в женское общежитие, — возразила я.
— Так я ее с утра утащу в город, — ничуть не смутился Декст, посмотрел на меня и поправился: — В смысле после занятий, конечно, в свободное время и все такое.
Тут я сильно пожалела, что Хам сразу предупредил — помогать он адептам не будет. И вообще согласился отправиться сюда только чтобы подстраховать меня. Не помог даже мой жалобный взгляд.
— У тебя каменное сердце, — сказала я тогда.
— Ты прекрасно знаешь, что нет. Но помогать не буду.
— Ха… дорогой!
— Нет, — остался непоколебим высший, но добавил: — Портал не открою, но могу подсказать. У стен женского общежития есть очень густые кусты. Калмана можно спрятать туда, а когда все утихнет, то вернуть в музей.
И вот теперь я сообщила адептам насчет кустов.
— Кстати, — явно обрадовался Гнырр, — это идея! Там еще деревья недавно посадили молодые. Точно ж калмана можно спрятать.
— Надо вычистить его изнутри. И еще…
Декст командовал друзьями, пока те дружно и мрачно не посмотрели на него и не прошипели хором:
— Так давай, вычищай.
Я тоже приняла деятельное участие в подготовке калмана. Внутри у него оказалась специальная трава, пахнущая горько и резко. А еще от нее исходило едва уловимое магическое сияние. Трава и выделка мешали калману портиться. В итоге вскоре перед нами растянулась шкура.
И все равно он вонял. Об этом сообщил Гролл, когда мы все вычистили. И орк сунул голову в пустое брюхо.
Интересно, Хам уже задается вопросом, какого нарра он тут делает?
— Вам придется идти в полусогнутом состоянии, — скомандовала я, прикинув размеры калмана. — Вот и отлично. Главное, смотрите, чтобы копыта доставали до земли, ясно? И дырки в глазах сделайте. Гнырр, ты можешь встать в полный рост.
— Они из стекла, давайте их просто вынем.
Я пожала плечами. С другой стороны, вряд ли Ильмера заметит, что у калмана неладное с мордой.
Первым залез Гролл. Из глубины калмана послышалось сопение, потом недовольный голос орка:
— Тут неудобно. И воняет. Гнырр, лезь давай.
— Это унижение, — произнес гном, заколебавшись.
Вот так всегда. Как до главного доходит, так пытаются удрать. Я сурово посмотрела на Гнырра и отрезала:
— Унижение будет, когда вас сторож поймает. С калманом в обнимку. Если уж решили помочь товарищу, то надо идти до конца.
— Гнырр, — морда калмана приподнялась и уставилась на гнома, — какого нарра, а? Давай лезь, у меня… в смысле у него, задняя часть не работает!
Я постаралась не рассмеяться в голос.
А внутри калмана тем временем шла борьба и злобные перешептывания. Декст снаружи помогал, поддерживал шкуру, но сам то и дело срывался на тихий хохот.
— Становись назад!
— Почему гномы вечно позади?
— Когда это? Вы, наоборот, вечно вперед несетесь, добычу хватать.
— Эй, следи за руками!
— А ты зачем кинжал приволок?
Послышался звук, словно кто-то подавился. И полный ярости голос Гнырра:
— Это не кинжал, нарров сын!
Я не выдержала и сдавленно фыркнула, после чего пробормотала:
— Давайте уже выбираться отсюда.
Торопиться правда стоило. Во-первых, мог проснуться сторож, во-вторых, мы могли привлечь внимание дежурных. Так что адепты подхватили тяжелую шкуру и бодро затопали в сторону выхода. Хам находился снаружи, и я была уверена, что в случае непредвиденных обстоятельств он не оставит меня в беде.
Пока все было тихо. Разве что соловьи заливались в кустах жасмина да неподалеку журчал фонтанчик. Мы, маскируясь, пробирались к женскому общежитию. Хам следовал в отдалении, показывая мне идеальную маскировку. Адепты не ощущали его от слова «совсем». Они сейчас больше были нацелены на свою безопасность. Благо пока дежурные бродили в другой части территории.
Шел второй час ночи, и женское общежитие встретило нас темными окнами и общим хмурым видом. Сделав знак адептам остановиться, я присела на корточки и коснулась стриженой травы. С растениями у меня получалось договориться не так хорошо, как с птицами, но все же. В любом случае минуты через три узнала то, что дежурные пока сюда не направляются, да и поблизости никого нет. Отлично!
— Быстро! — прошипела, сама отступая в сторону и уходя в темноту.
Адепты действовали слаженно, как на учениях. Раз — бросили несчастного калмана. Два — развернули и бодро залезли в него. Три — калман встал и, покачиваясь, порысил к Дексту. Тот посмотрел и хлопнул себя по лбу.
— Вы где видели калмана, у которого зад выше, чем голова! Гнырр, давай лезь назад!
После двухминутного тихого, но яростного препирательства, гном все же подчинился грубой силе орков и перешел назад.
Потом Декста не устроило, что калман передвигался враскачку.
Тут уже не выдержала я и прошипела из тени:
— Пусть не бегают, а просто стоят! Рядом с тобой! Ты же не собираешься садиться на него!
Судя по тому, какой взгляд Декст бросил на друзей под калмановой шкурой, именно этого он и хотел. Сесть верхом и гордо проорать в ночь о своей любви. Хорошо хоть, здравый смысл у него перевесил любовный недуг и орк понимал, что верхом сесть не получится хотя бы потому, что сам калман будет против.
Итак, все действующие лица были готовы. Хам сливался с темнотой, я пряталась у дерева, неподалеку от Декста. Калман стоял почти нормально — в тусклом свете чахлых светильников, которые явно забыли зарядить днем, он выглядел практически настоящим. Спросонья и не отличишь. Декст, в темных штанах и без рубашки, явно волновался. Пару раз шагнул туда-сюда, глубоко вздохнул и встал под окнами.
Соловьи продолжали петь. Луна заливала окрестности мягким серебристым светом. Тепло, романтика и лето. Академия мирно спала, почивая на лаврах.
Пока не раздался крик.
Дикий вопль влюбленного орка взлетел над деревьями. Соловьи поперхнулись и онемели. С дерева неподалеку посыпались листья вперемешку с совами. А где-то за стенами Академии, как мы потом узнали, рухнуло старое здание. Его все собирались снести, но никак не доходили руки. Зато дошел крик орка.
Я же слилась с деревом и временно оглохла, онемела и окаменела. Стояла и круглыми глазами смотрела на гордого Декста, на калмана, который сел на задние лапы. Видимо, Гнырр тоже впечатлялся брачным воплем. Окна общежития стали стремительно загораться. Да что там, вся Академия просыпалась бодрее, чем перед недавним штурмом.
— Быстрее! — прошептала умоляюще, понимая, что еще пара минут, и здесь будут все адепты. А еще охрана, привратник и пробудившийся сторож музея.
Ну где там Ильмера? Спит, что ли? Не дай Лесная Дева, Декст повторит вопль.
Фух, орчанка все же решила выглянуть наружу. В тот момент, когда большинство обитательниц общежития уже высунулись и теперь разглядывали Декста и калмана. Последний все же кое-как сумел встать и теперь слегка покачивался. Похоже, гнома контузило. Я его понимала: у самой до сих пор звенело в ушах.
— Декст?
Голос любимой словно надул орка гордостью. Мускулистый шарик видели? Ну вот примерно так орк и выглядел.
— Это я!
— Ты что тут делаешь?
Ильмера, нарры тебя задери, что может делать орк с калманом в два ночи у женского общежития?!
— Я привел калмана, как и обещал!
— Мне?!
Можно я ее убью?
Думаете, остальные адептки молчали? Ага, как же! Чириканье раздавалось со всех сторон.
— О, какая прелесть!
— Декст, а можно ты меня выберешь?
— Я согласная, если что!
— А я недавно с парнем рассталась!
— Обожаю зверюшек!
— Декст, я тебя хочу!
Но тут с Ильмеры, видимо, спали остатки сна. И вся ситуация открылась целиком. Орчанка ахнула, наклонилась ниже и пробормотала:
— Ты где достал его?
Ага, так Декст и признался.
— Я же сказал, что ради тебя все достану.
— Глазам не верю!
Да поверь уже и иди спать!
— Ильмера! — взвыл Декст так, что вздрогнули все. — Ты примешь мое приглашение?
Я с тревогой покосилась на задумчивое лицо орчанки. Пусть только попробует не согласиться!
Видимо, калман тоже так решил. А может, орк и гном поняли, что пора удирать. Так как сюда сейчас явно приближались все. Так что на глазах у жительниц общаги калман вдруг развернулся и, бодро вздергивая зад, порысил в сторону музея.
— Ильмера! — зарычал Декст.
И то ли рык, то ли совесть заставили Ильмеру ответить:
— Да, я согласна!
— Тогда до встречи!
И влюбленный орк галопом помчался за калманом. Я рванулась за ними, но ощутила на плече тяжелую руку, вторая зажала мне рот, а затем за спиной открылся портал…
…И я очутилась на улице, рядом с домом Хама. Сам высший стоял рядом и не давал мне упасть.
— Они же… — Я не успела возмутиться, как Хам откинул голову назад и расхохотался.
Вот хорошо, что прежде я его смеха не слышала. Видимо, высшие смеялись редко, но метко. Это был здоровый гогот, который разбудил окрестных собак, сбил одного воробья и заставил проснуться всех соседей. Последнее меня особенно встревожило. Тут и там загорались окна, слышались встревоженные голоса.
Мне пришлось пихать Хама в сторону дверей. С тем же успехом я могла пинать скалу. Но хорошо хоть, высший, в отличие от скал, имел мозги. Потому все же скрылся за дверью, которую я захлопнула.
Выдохнула, потерла виски и попросила:
— Можно перестать? У меня голова болит.
Хам хохотнул еще раз, потом проговорил, прислонившись к стене:
— Вопль орка. Нарровы орки! Мне пришлось сесть, пока он орал. Чтобы сдержаться и не рассмеяться прямо там.
Так, надо запомнить: крик озабоченного орка может и высшего демона сбить с ног.
— Надеюсь, с ними все будет в порядке.
Хам еще раз хмыкнул и наконец-то успокоился.
— Все будет в порядке. Сторож до утра не проснется, остальные не поймут, что произошло. Ну сама подумай, Цветочек, кто поверит адепткам, что у них под окнами бродил калман?
— Ну мало ли. Тем более наш калман явно оставит волосы на кустах.
— В любом случае, они знали, на что шли. И потом, все рванут к общежитию. Кому придет в голову проверять музей?
Логично, но за адептов я все равно беспокоилась. Интересно, какое наказание полагается за похищение чучела калмана?
Пока я задумалась, меня незаметно сопроводили к дверям спальни.
— Цветочек, — призвал вернуться в реальность Хам, — с тебя поцелуй, и марш спать!
Я тут же внутренне ощетинилась. Властные приказы — не для меня.
— Да, папочка, — ответила голосом примерной девочки.
Быстро клюнула его в щеку и скрылась за дверью. До меня донеслось приглушенное ругательство, рык, но все быстро оборвалось.
Некоторое время я посмеивалась над выражением лица высшего демона перед тем, как захлопнула дверь, а потом меня стали мучить угрызения совести. Ведь он мне помог, не отказал, не стал вмешиваться, молча наблюдая за вандальными действиями адептов в музее. А я над ним посмеялась, напомнив о разнице в возрасте, когда он попросил поцелуя. Нужно было поцеловать, он это заслужил.
Я уже давно переоделась, но так и не легла, не находя себе места. Наконец, решилась и толкнула смежную дверь между нашими комнатами.
Спальня демона встретила меня темнотой и тишиной. Он спит? Так обидно стало. Я тут переживаю, а он спокойно дрыхнет! Но вместо того чтобы уйти, почему-то сделала шаг, а потом еще один в сторону большой кровати, находящейся на возвышении. Ноги сами подняли меня по ступеням подиума, глаза уже привыкли к темноте, и я обнаружила, что на кровати никого нет. Постель вообще не тронута!
Быстрое изучение покоев убедило, что высшего тут нет. Он не переодевался и ванну не принимал. И даже не прятался в шкафу. Ушел на ночь глядя? Куда? В душе запекло от незнакомого чувства. Не сразу я поняла, что это жгучая ревность. Наррово племя, какое же оно отвратительное!
Куда он мог пойти так поздно? Что у него за дела? В гости в такое время не ходят, а из возможных мест на ум приходил лишь Дворец наслаждений.
И тут же внутри зашипело что-то. Развратник! Пошел за поцелуями?
И явно не только за ними!
Как-то неожиданно во мне проснулось чувство собственности. Не знаю, когда я стала воспринимать этого невыносимого высшего своим. Всю ночь я прислушивалась к малейшему шороху через стену, даже еще два раза наведывалась в соседние покои, но они оставались все так же пусты. Противное чувство кусалось изнутри, жалило, и наконец я провалилась в сон. Совершенно измученная непривычными переживаниями.
Сон не принес успокоения, и утро я встретила в скверном расположении духа. Спускаясь к завтраку, была такая же мрачная, как и интерьер дома. А при взгляде на безукоризненно одетого супруга, который выглядел бодрым и собранным, стала еще мрачнее. Вот где справедливость? Мне еле-еле удалось избавиться от следов бессонной ночи, используя экспресс-средства, а то была похожа на зеленоватое умертвие. Даже со своим эльфийским шармом. Он же цветет и пахнет, хотя вернулся позже, чем я заснула!
Нет справедливости, если тебя утащили замуж, да еще за высшего.
Небось еще и целоваться полезет. Пусть попробует!
Но я ошиблась.
На этот раз манеры Хама были безукоризненны, но меня совершенно не радовали. Он едва-едва прикоснулся к моим пальцам, приветствуя. Ни на йоту не нарушая этикет! Как будто и не рад меня видеть. Никогда еще меня так не бесило выражение холодной вежливости на лице, принятое в обществе. Такое подходило больше Иррилию, но не Хаму. Так и захотелось муху ему в чай подбросить, чтобы хоть как-то избавить его от невозмутимости. Я сразу вспомнила нашу первую встречу. Но там в его взгляде хотя бы мелькало высокомерие, а тут голая вежливость.
Стиснув столовые приборы, я давилась завтраком, не чувствуя вкуса. Выбранная Хамом тема для разговора за столом была не менее пресна — о погоде! Нет бы обсудить вчерашнее приключение или планы на сегодня. Нет, мы перебрасывались ничего не значащими фразами.
Я хотела ночью прибить Ильмеру? Так вот, то были мелочи.
— Как спалось на новом месте?
— Прекрасно, — процедила я.
Тень недоумения мелькнула в его глазах, и, скрывая свои чувства, я вежливо поинтересовалась в ответ:
— А тебе?
— Замечательно выспался.
«Где?» — сразу возник в голове вопрос.
Руки дрогнули, и столовые приборы звякнули о край тарелки. Отложила их от греха подальше. Высший имел все шансы стать первым демоном, погибшим от столового ножа.
— Кажется, я сыта.
Встала из-за стола и поспешила сбежать к себе, сославшись, что нужно посмотреть свои записи перед лекцией.

Глава 19

В Академии ночное появление калмана вызвало не меньше обсуждений, чем учения. Что примечательно, влюбленного Декста не выдала ни одна из девушек, а присутствие других участников событий для остальных осталось тайной. Все свидетельницы клялись, что калман был живой. Утром даже территорию прочесывали. Но я не зря учила адептов, и следы, ведущие к музею, они затерли.
Музей тоже проверили. Сторожа даже похвалили, что хорошо ухаживает за чучелами калманов, на них нет никакой пыли. Тот отнекиваться не стал, а на его задумчивый взгляд в сторону чучел внимания не обратили.
Уже к обеду историю замяли. Официальная версия: массовые галлюцинации на фоне нервного стресса, полученного на учениях. А влюбленный вопль орка списали на крик пролетающего над Академией зартанга, призывающего самку. Серая, не такая уж и большая птица, но в брачный период голос имела оглушительный. Они у нас не водились, но в столице жили любители экзотики, привозящие из самых дальних уголков редких питомцев. Один вполне мог и улететь от хозяина.
Вся эта версия была притянута за уши, но я понимала мотивы Виланда. Академия только-только успешно прошла учения и проверку, и ректору не хотелось разбирательств на тему ночных прогулок неучтенных калманов. Официальных разбирательств, скажем так, а неофициально… Зная репутацию василиска, так просто это происшествие он не спустит и до правды докопается. На месте Декста я бы все же готовилась. Пусть не к месту в каменной коллекции ректора, но к отработке точно.
Мои дополнительные лекции внесли в расписание на вторую половину дня, и первую его часть я посвятила написанию отчетов. Вроде и корпела только над бумагами, но проголодалась изрядно, а и половины еще не сделала!
Хам, хоть и приехал со мной в Академию, но рядом не маячил. Мы расстались буквально на входе: высший помчался к ректору, а я — в администрацию. Причем муж перед этим отставил одну ногу назад, кончиками пальцев поддел мою руку, поднес ладонь к губам и едва поцеловал ее. После чего пожелал хорошего времяпровождения и ушел. А я еще пару минут икала от удивления.
Было лучше, когда он меня бесил. А тут и не знаешь, чего ожидать.
Направляясь в столовую, встретила бывших соседок Тарриэль с подругами и подошла к девушкам.
— Добрый день. Скажите, вам что-нибудь еще о Тарри узнать удалось? Ее родители так и не получили от нее никаких вестей и беспокоятся.
— Нет. Когда? Учения же начались. Не до того.
— Она разве пропала? — удивилась одна из подружек, блондинка-дриада, с зеленоватым оттенком кожи и волнистыми бирюзовыми волосами.
— Мы поспрашиваем среди своих, — кивнула провидица и тут же не удержалась от любопытства: — Скажите, а это правда, что вас в самое Гнилище забросило?
— Вы нарров видели?
— Правда, что вас чуть не съели?
— Это поэтому Иррилий Мощь Ветра приезжал?
— Его с вами в городе видели?
— Вы действительно его знаете?
Я уже пожалела, что подошла. Хотела сама задать пару вопросов, а в меня полетело двадцать. Ответить решила на последний.
— С Иррилием мы с детства знакомы.
— Ух ты!
— Везет!
— Ой, а что это у вас за татуировка? — Глазастая дриада указала на чуть задравшийся рукав моей блузки. Я, когда писала, подтянула для удобства узкий манжет.
— Ничего. Извините, мне пора. Если что-то удастся узнать насчет Тарри, сообщите, пожалуйста.
Я очень надеялась, что мой спешный уход не был похож на бегство. А девушки загалдели между собой:
— Что ты видела?
— Неужели?!
— Они же долго ухаживают.
— Так они знакомы с детства, разве не слышали?
— Вот почему он такой недосягаемый!
— Не может быть! Объявления не было.
— Так император его с миссией послал. Наверное, поженились перед отъездом.
— Так спешно?!
— Она беременна?
А-а-а-а! Я ускорила шаг и чуть ли не бегом побежала от слишком говорливых адепток с буйной фантазией. Чувствую, еще немного, и мне выводок детей припишут.
И не дай Лесная Дева, Хам об этом прознает.
Или они узнают, кто мой муж на самом деле. О нет!
На нервной почве в столовой набрала себе полный поднос, но этим заработала лишь дополнительные взгляды от любопытных адепток, явившихся следом. Они так многозначительно переглянулись между собой, что я чуть не выругалась. Только сплетен вокруг моего имени не хватало для полного счастья!
Сев за свободный столик, принялась мрачно ковырять овощи в тарелке, как никогда понимая: стоит высшему услышать, что мне приписывают в мужья Иррилия, и последствия будут непредсказуемые. Даже аппетит от таких мыслей пропал.
Да он же убьет его! И я это не про Иррилия! Все знают: высшие своих жен берегут как зеницу ока. После небольших откровений Хама я даже начала понимать — почему.
— Привет! Вы позволите?
Не дожидаясь ответа, за мой столик присел Эктавион Свет Зари. В белоснежной рубашке, синем жилете и таких же брюках. Идеален, как и подобает эльфу, все волоски в сложной косе на своем месте, глаза сияют.
— Добрый день, — через силу улыбнулась ему.
— По какому поводу грустим? Ваши ребята вроде хорошо себя показали, а вот у меня треть адептов оказались не в состоянии вести переговоры. Но разве это моя вина, что они не проявляют должного усердия? А мне красней за них. Валились в обморок как чувствительные адептки. После такого фиаско перед императором о хорошей карьере можно забыть. Уже семь человек документы забрали. И это в конце года!
Несмотря на прочувственную речь, аппетит у моего соплеменника был хороший, и, рассказывая, он ловко орудовал столовыми приборами. В отличие от меня. Я возила вилкой по тарелке, изредка задевая кусочки полупрозрачной дыни.
— Вы бы поговорили с ними, чтобы не горячились.
— Пусть уходят, все равно бестолочи, — безразлично отмахнулся Эктавион и обаятельно улыбнулся. Ух ты, у него даже ямочка есть на щеке! — Рад, что с вами все хорошо. Я переживал, когда узнал, что вас случайно задело бомбой-порталом. Это возмутительно — применять такое оружие на преподавателях!
«А на адептах можно, что ли?!» — удивилась я. Он так интересно это сказал.
— Я бы потребовал компенсацию за моральный ущерб.
— С императора?!
— Ну почему сразу с императора, — немного смутился Эктавион. — С Академии. В наш рабочий контракт не входит согласие подвергать себя смертельной опасности.
— Как видите, со мной все в порядке, — не стала развивать тему. Тут мне пришла в голову мысль, и я спросила: — Скажите, вы же преподаете и у адепток?
— Преподаю — громко сказано. Для столь важной дисциплины мне выделили слишком мало часов. Только-только хватает на то, чтобы познакомить их с основами предмета.
— Может, вы припомните такую адептку — Тарриэль Крылья Ветра.
— Почему она вас интересует?
По лицу Эктавиона сложно было сказать, понял ли он, о ком идет речь. Хотя у него-то адептов в разы больше. Это я своих уже выучила.
— Она пропала. Родители не могут ее найти.
— Мало ли какие глупости совершают молоденькие глупышки из-за несчастной любви, — пожал плечами мужчина.
— А почему вы подумали про несчастную любовь? — подалась я к нему. — Подруги твердят, что она вышла замуж. Вам что-то известно?
— Да не знаю я ничего! — отшатнулся Эктавион. — Вы извините, но мне пора. Столько дел.
Не успела я и рта раскрыть, как он стремительно поднялся, захватив полупустую тарелку и свой нетронутый свежевыжатый сок. Я только и проводила его недоуменным взглядом. Что это с ним такое?

* * *

ХАМСФЕРЖЕНВАЛЬД 

— Речь готовишь? — спросил я, переступая порог кабинета ректора.
Виланд поднял взгляд от бумаги, пару мгновений смотрел сквозь меня, потом моргнул и пожаловался:
— Зачем она это сделала?
— Кто и что?
Я подошел и бросил быстрый взгляд на бумагу. Она оказалась вся исписана мелким убористым почерком.
— Ты это час говорить собрался?
— Нет, конечно!
Виланд скомкал бумагу и бросил на стол, где она и осталась лежать сиротливым комком. Сам ректор взъерошил волосы и выдохнул.
— Просто поздравлю, скажу кое-что и раздам награды. Все! Еще чего придумали: в военной Академии пресные тексты заставлять читать!
— Да кто?
— Дама из СМА.
Содружество Магических Академий. Я едва заметно поморщился, так как из-за проверки АБМ пришлось с ними сотрудничать. Так себе знакомство, если честно. Передо мной они трепетали, но вот перед другими, кто не выглядел так грозно…
— Они прислали тебе речь?
— Прислали сегодня утром с драконицей. И звуковое письмо с подробной инструкцией: как читать, с какими паузами и каким тоном.
Я осторожно присел на край стола. Тот чуть слышно затрещал, но выдержал.
— Тогда зачем ты так небрежно обращаешься с такой важной бумагой?
Виланд вместо ответа поднял комок двумя пальцами, бросил в урну и брезгливо вытер пальцы о край парадной формы. В урне вспыхнуло синее пламя, потом донеслось довольное урчание.
— Так спокойнее будет.
— Правильно, — одобрил я, — давай, показывай голый зад наррам из Содружества, ты ж теперь герой. Тебя вон даже император лично поздравил и присудил пожизненную службу в стенах Академии. Никто не сместит твое василисковое сиятельство отсюда. Жена поздравила?
— Вообще обрадовалась.
— Дай мне то, за чем я пришел, Виланд. Хочу отправить курьером домой. Пусть уберут, пока нас нет.
Лицо Виланда немедленно приобрело едва заметный ехидный оттенок.
— В библиотеку-то ходил?
— Это лишнее. Посмотрел то, что нашел у себя в кабинете. Но там мелочи.
— Понимаю, Хамсферженвальд, еще не хватало высшему ходить в библиотеку за такими материалами. Да там сотрудницы лопнут от любопытства. Представляешь, сколько слухов…
— Виланд! — перебил его коротким рыком. — Не надо изображать провидца. До начала церемонии награждения полчаса. А я хотел обсудить с тобой вопрос о пропавших адептках.
— Да-да, — пробормотал ректор, отворачиваясь к шкафу.
Спустя пару минут передо мной на столе появилось пятнадцать талмудов. Каждый толщиной с полтора-два кирпича.
— Это все?
— Тебе мало? — поинтересовался Виланд.
— Ты сам-то читал? — спросил в ответ, открывая первый том. Хрустнула кожаная обложка с золотым тиснением.
Страницы были чуть желтоватые, из плотной бумаги с едва уловимым запахом трав.
— Читал, — кивнул друг. — После десятой страницы у меня задергался глаз, после двадцатой я начал звать маму, а к концу первого тома понял, как надо наказывать адептов. Чтением вот этого.
— Кхм, — кашлянул я. — Однако. «Отойдите на три шага в сторону, наклоните голову под углом десять градусов и только потом задайте вопрос насчет следующей встречи. Внимание! Голос при этом не должен быть грубым, это может расцениваться как агрессия». Как они не вымерли еще?
— У каждой расы свои тараканы в роду, — пожал плечами Виланд. — Берешь?
— К сожалению, — скривившись, ответил я, не видя иного выхода. Стоило только вспомнить мой Цветочек и ее глаза, когда она говорила об ухаживаниях. Нарры подери, я обеспечу ей самые лучшие! Если не свихнусь до этого.
Такая пытка не сравнится даже с изощренностью варваров племени гуардов, а они те еще знатоки. Внутри все скручивало от желания к жене, к которой имел все законные права прикасаться, а вместо этого приходилось изучать, как правильно целовать даме руку. Глядя на пятнадцать талмудов, я вынужден был признать то, о чем и раньше подозревал: эльфы — те еще извращенцы. Это же додуматься столько внимания уделить данному процессу!
Но я и не такое осилю ради того, чтобы видеть довольный блеск ее глаз. Информация, почерпнутая из моих источников, оказалась неточная. Первая предпринятая утром попытка благородного поведения по-эльфийски провалилась с треском и ее только расстроила. Нарры подери, я собирался выяснить, что сделал не так!
Просвещаться и читать в будущем литературу о правилах общения с женой не собирался. Ухаживания — это единственная уступка, на которую согласен пойти. Она вышла замуж за демона и будет жить по законам демонов! А у нас все просто: увидел свою женщину — бери, а потом люби ее жарче.
Вот последнее стало больной темой. Я не представлял, сколько еще продержусь вдали от нее, соблюдая нарровы правила эльфов. У которых в жилах вода, а не кровь!
— Так что ты можешь сказать по поводу пропавших девушек? — спросил у Виланда, меняя тему.
Друг изменился в лице. Из глаз ушло подтрунивание, он стал серьезен.
— Неприятная ситуация. Ты же знаешь, девушки влюбляются, и не редкость, что бросают учебу даже в середине учебного года. Я поднял документы всех таких случаев за последние пять лет. Из тридцати семи девушек двадцать одна уже замужем, три пополнили дворцы наслаждений, шесть не выдержали обучения и работают кто где. Остаются семь, я отобрал их дела. И знаешь, что заметил — четыре девушки подходят под описание. Невысокие, хрупкие блондинки. Три из них — люди, а последняя — эльфа, которую разыскивает твоя супруга.
— Как думаешь, маньяк или опять подпольный бордель?
— Сомневаюсь насчет последнего. После скандала из-за похищения эльфиек император ужесточил наказание за подобное преступление. Не рискнули бы. К тому же не набирали бы однотипных девушек. Тут работает коллекционер, скорее всего.
— Согласен. Ты мне дай дела этих четырех.
— Там мало что полезного. Целительницы, характеры разные, нет общих увлечений. Одна хорошо пела, другая увлекалась на досуге вышиванием, третья вообще подрабатывала в ресторации поваром на десертах. Эльфийка ничем особо не выделялась, ну кроме присущего им всем шарма.
— Надо будет в городе агентов поспрашивать, может, кто-то их запомнил.
— Да, кстати! Именно у этих четверых перед исчезновением объявился загадочный кавалер, которого из подруг никто не видел.
А вот это уже была ниточка! Мы переглянулись с Виландом.
— Лично порву мерзавца, когда найдем! — процедил он.
— Найдем, — кивнул я.
Сам этим займусь! Мне нужно дело, чтобы выпустить пар и не сорваться. Только посвящать в это жену я пока не планировал. Не стоит ее раньше времени волновать. Точно пока ничего неизвестно, да и опасно. Неожиданно подумал, что она тоже хрупкая и невысокая блондинка.

Глава 20

ДЭРИН 

Награждение проходило на плацу, где выстроилась вся Академия. Меня умилил ректор. Коротко и по-военному поздравив всех с успешным завершением учений, он передал слово деканам факультетов, которые стали зачитывать имена отличившихся преподавателей, награждая благодарностью и премией.
Отметили многих целителей, валькирию за подготовку адептов. Обидно, но, несмотря на то что все только и говорили о наших ловушках, мое имя не прозвучало. Не то чтобы я ожидала благодарности, но неприятно царапнуло. Зато когда перешли к награждению адептов, отметили всех из моей группы, заставив меня гордиться ребятами.
Всю церемонию высший сверлил меня взглядом. Он стоял с ректором, а я среди преподавателей. Когда все закончилось и народ стал расходиться, смешалась с толпой. У меня еще лекция дополнительная сегодня стояла, но парни были слишком взбудоражены, и я сомневалась, что они усвоят материал. Скорее всего, придется просто провести вводную лекцию, обозначив, какие темы хочу с ними пройти, и распустить их праздновать.
— Леди Дэрин!
Со мной поравнялись орк с гномом и пошли в ногу, сбавив шаг, а потом нагнали и остальные адепты, обступив меня плотным кольцом, и загалдели наперебой.
— Леди Дэрин, вы видели? Нас всех отметили!
— Это ваша заслуга!
— Если бы не вы…
— А вас засудили!
— Несправедливо!
— Мы тут краем уха слышали, что проверяющий вмешался. Указал, что вы еще на испытательном сроке и официально не входите в штат.
— Да-да! А еще, что вы единственная попались в бомбу-портал, и награждать не за что.
Мне удалось удержать лицо, а вот кулаки непроизвольно сжались. Счет к мужу вырос до гигантских размеров. Гад! Можно подумать, я не пойму, зачем он это делает. Ведь сто процентов решил, что я обижусь на такое отношение и перестану цепляться за преподавание в Академии!
— Для меня лучшая награда — ваши успехи, — ответила им. — Вы не забыли, что у нас скоро лекция?
Кажется, у большей половины это вылетело из головы, и они разбежались предупреждать друзей, что немного задержатся. Со мной остались участники ночного похищения калмана.
— Мы слышали, вы свою соотечественницу ищете. Тарриэль.
— Вы что-нибудь о ней знаете? — навострила уши я.
— Нет. Она тихая была, в библиотеке часто пропадала, — ответил Декст.
— Красивая, — мечтательно произнес гном, но, поймав мой взгляд, смутился и поддакнул: — Но мы можем среди своих о ней поспрашивать или в городе, если надо.
Я подавила разочарование, но не стала отказываться от помощи.
— Буду благодарна, если вам удастся узнать, куда она уехала. Ее родные беспокоятся.
— Хорошо, мы проверим перемещение через стационарные порталы и ворота. Времени много прошло, но стражники эльфийку запомнили бы.
Я кашлянула. Ну да, почему-то мы особенно всем запоминались. Даже леди наги вызывали куда меньший интерес у всех вокруг. Хотя у этих особ принято закутываться в кучу одежд, оставляя напоказ лишь кончик хвоста и миндалевидные глаза с щелевидными зрачками. Говорят, дома наги ходят всегда в драгоценностях. Чем больше — тем лучше. Мол, таким образом обеспечивают себе неприкосновенный запас. Если муж или отец вдруг решит выгнать строптивую дочь или жену из дома, то она может уйти лишь в том, что надето на ней.
— Ладно, — встряхнула я головой, — впереди лекция. И… новости. Новый материал проходить не будем, да вы уже все практически изучили с леди Фиорой. Обсудим будущие практические занятия, разберем ваши ошибки и успехи во время учений. Так что не опаздывайте.
Посмотрела вслед убегающим адептам, потом в сторону одной из аллей. Среди адептов и преподавателей заметила Хама. Он и Эктавион стояли на краю тропы, чтобы не мешать снующим взад-вперед существам. И о чем-то разговаривали. Я огляделась, помахала рукой Хвенильде и нырнула в тень. О чем могут беседовать высший и преподаватель дипломатии? Надеюсь, Хам теперь не считает соперниками всех эльфов в округе? Тем более в Эктавионе я не видела ухажера.
Подслушать разговор не удалось. Когда мне до собеседников оставалось метра два, эльф откланялся и ушел. Гордая осанка, идеальные волосы, блестевшие на солнце, гордый профиль. Но что-то высший казался мне куда как привлекательнее.
Кажется, я перегрелась.
Но все равно стояла в тени и разглядывала военную выправку, четкий надменный профиль с чуть выдвинутой вперед челюстью — признак упрямства. И темно-синий костюм, чем-то похожий на мундир.
Пока я стояла и занималась глупостями, Хам не терял времени. Вдруг развернулся и в упор уставился на меня. Зелеными прищуренными глазами. Я застыла, понимая, что в тени он не мог меня увидеть. Но тут же память услужливо подсунула воспоминание, как высший выдернул меня из маскировки во время практических занятий. Тут и Хам шагнул в мою сторону, сказал негромко:
— Подслушивать нехорошо, леди Дэрин.
Пришлось снимать маскировку.
— Как ты догадался?
— Ты же моя жена, — пожал плечами Хам.
Отлично, он просто великолепно объясняет.
— И?
Хам на мгновение возвел глаза к безоблачному небу.
— Дэрин, на таком расстоянии я легко чувствую тебя. Твой запах, биение сердца.
— И на какое расстояние мне надо отойти, чтобы перестал чувствовать?
Мой вопрос мило проигнорировали.
— Дэрин, скоро лекция.
— О да, — тоже решила сменить тему, — соскучилась по адептам.
Хам чуть отступил и повел рукой, приглашая присоединиться к его компании. Я же чуть вздернула бровь: что это за эльфийские жесты?
Высшего словно подменили. Не пытался взять меня под руку, приобнять. Шел чуть в стороне. Примерно полшага. Обычно так себя ведут женихи или те, кто собирается ухаживать.
Я уже начала коситься едва ли не с испугом. Мало ли. Врагов у Хама, скорее всего, много. Точнее — недоброжелателей. Выступать против высшего в открытую — чистой воды самоубийство. Но, может, навели порчу?
— Виланд все же доказал, что не зря занимает пост ректора.
— М-м-м, — протянула я, — а кто-то сомневался? Теперь родители кинутой невесты отстанут?
— Ничего не скрыть от эльфов, — вздохнул Хам. — Они недовольны, но им придется смириться. Сам император отметил великолепную подготовку адептов. Виланд теперь ректор пожизненно.
Я закашлялась, потом кое-как спросила:
— Это точно награда?
— После войны с Черной нечистью Виланда звали работать в военном министерстве. Ничего удивительного, учитывая, что его отец работал там же. Но вот Виланд предпочел обучать адептов. Он и на войне опекал тех, кого из академий забросили сразу на поле боя.
— Еще и с семьей разругался, — пробормотала я.
— Его лишили наследства.
— Они с Фиорой — два сапога пара. Эта тоже раза три из дома убегала, бунтовала и даже пыталась красить волосы. Представляешь?
Судя по выражению лица Хама, не представлял.
— Ладно, неважно, — пробормотала я. — У тебя все нормально?
— Волнуешься за меня, Цветочек?
Фух, все же не прокляли. Для меня это прозвище уже как показатель душевного здоровья высшего.
Аудитория оказалась просторной, ступенчатой и очень светлой. Солнце безжалостно лупило в огромные окна. Если бы не магия, воздух в комнате уже прогрелся бы до состояния песка в пустыне Сандары.
Мои тридцать с хвостиком адептов рассредоточились по аудитории. И вовсю шумели, когда я вошла. Спокойным выглядел один лишь Декст. Точнее — отстраненным. Судя по тому, что на лицо орка то и дело принималась наползать глуповато-блаженная ухмылка, открывающая клыки, он вовсю представлял вечернее свидание.
На мое появление отреагировали, но несколько вяло. Все обсуждали награждения и ночное происшествие.
Но потом вошел Хам.
И в аудитории наступила тишина. Даже муха опустилась на один из длинных столов и на цыпочках ушла подальше.
На высшего все смотрели настороженно и вопросительно. Я в том числе. Думала, что просто меня провожает, и не ожидала, что он за мной дальше пойдет. Уж не хочет ли и на занятии моем поприсутствовать? Я была категорически против! Мало того, что материал никто не усвоит, так и сама под его взглядом теряться начну.
Хам же прошел за кафедру и оглядел группу. Все встали и вытянулись по струнке. Даже мне захотелось руки по швам вытянуть, но я подавила этот порыв и подошла к нему, встав рядом. Показывая, что как бы в курсе происходящего, хотя понятия не имела, что он задумал.
— Садитесь, — разрешил высший, и все рухнули как подкошенные.
Выдержав небольшую паузу, обвел взглядом всех, задержав его на участниках ночного оживления калмана. На какой-то миг уголки его губ дрогнули, но мне могло и показаться. Демон объявил:
— По результатам проверки ваша группа в полном составе прекрасно себя показала, поэтому вам я уделю особое внимание. С завтрашнего дня у вас увеличиваются часы боевой подготовки, которые буду вести я.
Если бы адепты не сидели, то они бы еще раз рухнули после таких известий.
— В конце года? — осмелился уточнить кто-то с задних рядов.
— Да, адепт Родерик, я рад, что вы понимаете, что у вас осталось мало времени, чтобы подтянуться до требуемого уровня, и заниматься придется в усиленном режиме.
Я посмотрела на адепта, а тот съежился, будучи уже не рад, что спросил.
— Еще вопросы есть?
В аудитории хмуро молчали. Даже я понимала, что после демона тренировки с валькирией им покажутся прогулкой по саду. А они еще на нее роптали, что гоняет сильно. Почувствуют теперь разницу.
— Раз нет, то не буду задерживать лекцию. До скорой встречи, — объявил всем высший и посмотрел на меня. — У вас еще занятия, кроме этого, на сегодня есть?
— Нет.
— Тогда уходим около шести. Я зайду, — тихо произнес он, чтобы услышала только я.
Как истинный демон, испортив всем настроение, сам ушел в хорошем расположении духа.
Жаль, а я-то хотела после занятий еще раз в городе в ресторацию зайти, узнать насчет Тарриэль, может, ее еще кто-то из официантов видел и вспомнит? Но, видимо, придется в другой раз.
После ухода высшего в аудитории повисла тягостная тишина.
— Отменяется сегодня празднование, — вздохнул гном, высказывая общее мнение, — иначе завтра сдохнем.
— Я не понимаю, мы же лучшие, и это они нас так наградили?! — с непониманием воскликнул Родерик.
«Я вообще за ним замужем. И тоже не понимаю, в чем провинилась», — про себя не менее тяжко вздохнула я.
— З-з-з-з? — взлетела муха, как-то неуверенно жужжа.
— Так, вернемся к тем темам, на которые я бы хотела обратить ваше внимание, — обратилась я к адептам, взяв себя в руки.

Глава 21

Оказывается, вести лекции, даже вводные, довольно утомительно. Если на практике адепты еще были собранными, то на лекциях расслаблялись. Я так понимаю, сегодня они еще вели себя тихо, «обрадованные» новостями от Хама. И то мне пришлось пару раз повысить голос, привлекая к себе внимание. Потом перестала. Ничего, на практике напомню им, что стоит слушать преподавателя.
Адепт Декст подошел, когда остальные уже удрали из аудитории.
Я так и видела их путь: прямиком до ворот, а потом в ближайшую таверну. Где начнут обсуждать завтрашние занятия с Хамом. Лишь бы не пили много. Чувствую, что адептов с перегаром мой муж будет гонять особенно резво.
— Леди Дэрин…
— Слушаю, адепт.
Что ему надо? Я улыбалась орку, а сама надеялась, что Хам не пожалует сейчас. Декст явно заинтересуется, зачем высший отирается вокруг меня. Сообщать о нашем браке пока не хотела.
— Я насчет этой девчонки, о которой вы спрашивали.
— Тарриэль.
— Да, — судя по всему, Дексту все равно как ее зовут, — тут такое дело… Она вроде с Ильмерой недолго общалась.
Эльфийка и орчанка? Где они одинаковые интересы нашли?
— Да-да, — словно прочитал мои мысли адепт, — не дружили, но помогали друг другу. Ильмера ее натаскивала в самозащите, а та ей в философии помогала.
Я кивнула. Понимаю, у орков философия усваивается с трудом. Не у всех, конечно. Но большинство вязли в ней, как пухлики в болоте. Такие существа с очень короткими лапками и кудрявой шерстью. Их держали за способности унимать головные боли и за огромные круглые глаза.
— Леди Дэрин, давайте я ее расспрошу. Ильмера мне все расскажет. Я умею задавать вопросы.
— Главное, получить на них нужные ответы.
— Получим! — заверил меня Декст. — Я для вас… вы… вы мне так помогли! Вы нас перед лордом проверяющим защищали!
Их защищала, а себя подставила, угу.
— Адепт Декст, действуйте.
Орк приосанился, кивнул и едва ли не строевым шагом покинул кабинет. Как раз вовремя, так как буквально через минуту вошел Хам. И, конечно, пожелал узнать, какого нарра орк остается после занятий.
— Спасибо говорил, — ответила я с самым серьезным видом. — Все кланялся за то, что помогли Ильмеру покорить. Обещал стада калманов прямо к дому доставить.
— Все же думаю, что стоит отказаться от такого щедрого дара, — произнес демон, едва ли не вплотную подходя ко мне.
Мой пульс ускорился, и не от страха. Как завороженная, не могла отвести взгляд от высшего. Он так на меня смотрел…
Сердце ухнуло вниз, когда он поднял руку и хотел погладить меня по щеке. Я испугалась того, как сильно жду этого прикосновения. Вся замерла… но громкий смех за дверью разрушил волшебство. Я вздрогнула, а демон, как будто опомнившись, отступил, заложив руки за спину.
— Ты закончила? — вежливо спросил он.
— Да.
Мне с трудом удалось совладать с голосом и ответить ровно. В груди грызло от непонятного разочарования.
— Тогда прошу, — протянул мне ладонь.
Я подхватила свою сумку с вещами и взяла его за руку, успев удивиться этому жесту. Мы за ручку по Академии пойдем? Но тут прямо в аудитории вспыхнул портал, и мы в него шагнули.
Мгновение — и уже вышли у нашего дома.
— Держись. — Он приобнял меня, но не прижимая к себе, а придавая устойчивости, сохраняя между нами дистанцию. Это особенно задело. Он ведет себя так, как будто я заразная.
Я сглотнула, убеждая себя, что горечь во рту из-за портала, а не обиды.
— Разве можно… перемещаться… прямо из Академии? — глубоко дыша, с перерывами спросила его.
— Нарушенный охранный купол еще не восстановили.
— А утром… мы почему не… — Я все еще боролась с бунтующим желудком и говорила с трудом.
— Утром я не был в этом убежден и не хотел рисковать. Ты как? Пришла в себя?
— Нормально, — кивнула я и шагнула к двери, но демон за мной не пошел, оставшись на месте.
Я обернулась, все еще держа его за руку, и вопросительно посмотрела на него.
— У меня еще есть дела в городе. Я буду к ужину.
Поклонившись, Хам поцеловал мне кончики пальцев с изяществом, сделавшим бы честь любому эльфу, и отступил.
— Отдыхай.
У меня не было слов, а он, как будто сбегая, спешно исчез в портале. Да какого нарра-то? Что происходит? Я только развела руками и, продолжая смотреть на то место, где только что был портал, потянулась открыть дверь.
Полная недоумения от поведения Хама, два раза хватанула рукой воздух, только потом ощутила неладное. Обернулась…
Вы гору видели? А живую? А затянутую в военный мундир, едва не трещавший по швам от литых мышц? Я вот увидела и пискнула:
— Мама…
— Папа, — громыхнуло откуда-то сверху.
А я-то думала, что Хам большой. Ха! Стоявший на пороге высший подавлял не только аурой, но и размерами. Особенно когда протянул мне руку и снова прогрохотал:
— Картионсканифальд Заурронский дель Аби к вашим услугам, леди. Я отец Хамсферженвальда. И в восторге от выбора сына.
Мне же захотелось сесть и тихо поныть. Мало одного Хама, так еще и отец с таким же языковыворачивающим именем.
Дева, где и как я провинилась?
Руку пришлось подать, все же правила вежливости вбиты в подкорку с рождения. Пальцы просто утонули в ладони отца Хама. Подержав немного мою конечность на весу, высший выпустил ее и улыбнулся:
— Добро пожаловать в семью, леди Дэрин. У вас прекрасное имя.
— У вас тоже… весьма запоминающееся.
За спиной Картионсканифальда маячил элементаль. Если бы они могли показывать эмоции, то он точно выражал бы сейчас смущение. Еще бы. Дверь открыли, встретить хозяйку не дали, командуют тут как у себя дома.
Я же, понимая, что придется опять тренироваться перед зеркалом выговаривать еще одно дивное имя, переступила порог. В тот момент, когда Карти… Карт отступил в сторону, пропуская меня. Блеснули отраженным светом эполеты на плечах и мелкие цепочки на обшлагах. Чтобы смотреть в лицо новоявленному родственнику, приходилось закидывать голову. Следовало признать, Хам походил на Карта. Та же стать, резкие и чуть надменные черты лица, та же едва уловимая горбинка на носу, только вот глаза отца были не зеленые, а темные, почти черные. В сочетании с черными же волосами, обрезанными совсем коротко, это смотрелось весьма хищно.
Мне казалось, что аура высшего подступает все ближе, словно обнюхивает. И торопливо шагнула дальше. В следующее мгновение стало легче. Точно спала невидимая занавесь, едва не спеленавшая с ног до головы.
— А Хам… — Я чуть не прикусила язык. — Хамсферженвальд не сказал, что вы прибудете. Прошу меня извинить.
— Он и не знал, — сообщил Карт, идя рядом со мной. — Мы узнали о его женитьбе и прибыли, чтобы познакомиться с новой дочерью и племянницей.
Что-то я резко начала кашлять. Пыль, что ли, вдохнула? Хотя вокруг царила идеальная чистота. И запахи! Только сейчас до меня дошло, что в воздухе витают упоительные ароматы, отчего мрачная обстановка казалась чуть более жизнерадостной. Видимо, прибыла повариха, о которой упоминал Хам.
— А «мы» — это кто? — спросила осторожно.
Вроде у Хама кучи родственников нет. Судя по тем крохам информации, что он мне выдал.
Полутемный коридор закончился, мы вошли в гостиную, где, несмотря на яркий золотистый вечер, царил полумрак. Так, первым делом сдеру вон те портьеры, они мешают солнечным лучам проникать сюда.
— Со мной.
Голос раздался от камина, а точнее — из глубокого кресла. В котором я сидела накануне. При этом само кресло едва слышно скрипнуло. Точно боялось выразить свою жалобу громче. И мне показалось, облегченно выдохнуло, когда оккупировавший его очередной высший встал и повернулся ко мне.
Ну что могу сказать, новые родственники могли смело служить иллюстрацией к слову «брутальность». Потому что оно первое, что приходило на ум при взгляде на них.
— Артансинаффальд Аккранианский дель Аби к вашим услугам, леди Дэрин.
Ага, это, видимо, дядя. Который бывший правитель в своем мире. Я сглотнула и снова повторила ритуал с подачей руки. А про себя назвала дядю Артаном. Чувствую, мне предстоит провести не один час в тренировках перед зеркалом.
Если Карт напоминал скалу, то Артан — черного дракона. Такие водились очень давно, потом едва не вымерли и остались лишь на западе соседнего континента. По слухам, к ним запрещено приближаться ближе чем на пятьдесят километров.
Чуть поуже в плечах, чуть более плавный в движениях, с ярко-синими глазами и черными волосами, собранными в хвост. Черты лица тоже походили на хамовские, разве что у Артана была небольшая бородка, подстриженная по последней моде.
— Приятно познакомиться, — пробормотала я, понимая сейчас, что чувствует травинка, когда рядом пасутся два слона.
— А нам-то как приятно! — расплылся в улыбке папа Хама и с гордостью обратился к брату: — Артансинаффальд, ты только погляди, какая красавица появилась в нашей семье! Теперь я понимаю, почему мой оболтус поспешил со свадьбой, даже не сообщив и не дождавшись нас.
— Но свадьбы еще не было… — попыталась возразить я.
— Главное таинство происходит между двумя сердцами. На вашей руке брачная татуировка, — и когда только успел углядеть, — вот это по-настоящему важно, а все остальные церемонии — это лишь чтобы порадовать гостей, — подмигнул мне Артан.
ОН мне подмигнул! С хитринкой в глазах и сдержанной улыбкой на лице. А-а-а!
От ответа меня избавило появление женщины с подносом в руках, на котором стояло вино и два серебряных кубка и большая тарелка с нарезанным мясом и сыром.
— Лорды, прошу извинить, мы не ждали гостей. Позвольте предложить вам перекусить перед ужином, в ожидании господина и госпожи.
Судя по тому, что слуг у нас не было, а Хам упоминал о том, что вызвал из долины повариху, я поняла, что это она и есть. Невысокая, розовощекая, полная. Она принесла с собой в комнату запах сдобы и ванили. Женщина быстро прошла к круглому столу и поставила тяжелый поднос.
— А мы уже дождались, — весело заметил Карт, немного отступая и открывая ее взгляду меня.
— Госпожа?! — всплеснула она руками, с неприкрытым удивлением разглядывая меня. — Какая же вы худенькая.
О да, среди присутствующих я чувствовала себя как никогда маленькой.
Женщина опомнилась и присела в книксене.
— Позвольте представиться. Берта.
— Очень приятно. Дэрин. Так вот кто вчера приготовил нам потрясающе вкусный ужин, — сделала ей комплимент.
— Благодарю, — расплылась в улыбке Берта. — Вы только скажите, что любите, и я все что угодно приготовлю. Мы не утвердили меню, и сегодня я взяла на себя смелость сама решить насчет ужина.
— Не сомневаюсь, что все будет очень вкусно, — искренне ответила я. Судя по запахам, ужин нас ожидал волшебный. — Но скажите, почему вы носите тяжелые подносы? Где элементаль?
— Этот высокомерный паршивец, простите меня, госпожа, но иных эпитетов не нахожу, отказывается помогать, говоря, что слушается приказаний только хозяина и госпожи, а остальные ему потакают.
— Вы поэтому мне сами дверь открыли? — повернулась я к отцу Хама, который взирал на меня с откровенным умилением на лице.
— Нет, я почувствовал открытие портала рядом с домом и понял, что это сын, поэтому и поспешил навстречу. Кстати, а он куда исчез?
— У него еще есть дела. Он к ужину вернется. Мы не знали о вашем визите, — постаралась я оправдать мужа, хотя самой было очень интересно, куда же он ушел.
— Вы же с работы, — всполошилась Берта, — голодная, поди, давайте я вам приборы принесу и под вино бокал. Вы бледная очень.
Бледная? После портала удивительно, как я еще не позеленела.
— Лучше воды! — попросила я. Демоны обычно предпочитали крепкие вина, а мне нужна трезвая голова, чтобы с достоинством перенести визит гостей.
— Воды?
Отец и дядя Хама этак многозначительно переглянулись.
— Да что же мы стоим! Давайте к столу.
Вообще-то я должна была это сказать, но не успела оглянуться, как Карт уже подхватил меня под локоток, заботливо поддерживая и направляя к столу, а Артан отодвигал стул, устраивая поудобнее. И лица у обоих были такие счастливые и многозначительные, что я ничего не понимала. Что это с ними?!
— Дэрин, я не ослышался, вы работаете?! — с удивлением переспросил у меня Карт, усаживаясь за стол.
— Да, в АБМ преподавателем по маскировке. Недавно у нас учения были.
— О, даже до нас дошли слухи о том, как императорские войска штурмовали стены Академии, — усмехнулся Артан. — Если бы не женитьба Виланда, ее стены бы и дальше в неприкосновенности стояли.
— Зато только Виланду удалось догола раздеть личную гвардию императора, — рассмеялся как хорошей шутке отец Хама. — Еще ни при одном штурме они не теряли так катастрофически свое обмундирование. Нужно будет узнать у него заклинание и как удалось пробить щиты магов.
— Это не заклинания, а жуки, — поправила их я.
— Что? — взглянули они на меня.
— Жуки. Усиленные магией. Это я придумала запустить их с муравьями по периметру.
Ой, лучше бы я молчала!
— Муравьи в штанах! — практически в унисон воскликнули демоны и громко расхохотались.
Даже элементаль выглянул из стены проверить, что за шум. Хотела позвать паршивца, но он успел скрыться.
Отсмеявшись, демоны в немом восхищении взглянули на меня.
— Ты придумала?! — с недоверием переспросили они.
— Я, — немного стушевалась под столь пристальными взглядами.
— Что за девочка! Если бы не сын, я бы сам женился!
— Нарры подери, там же были еще и бабочки, от которых все рыдали горючими слезами! Как же я не догадался, что без эльфов не обошлось! — воскликнул Артан.
— Бабочки тоже твои? — с азартом спросил Карт.
— Мои… Там еще и пауки были.
Вот за пауков было особенно обидно. Их незаметная деятельность осталась без должного внимания, а ведь благодаря натянутой паутине падали нападающие, а уже муравьи и жуки завершали дело.
Воздух сотряс громоподобный гогот демонов.
— Теперь я понимаю, почему мой сын молниеносно женился. Такую изобретательную император к себе бы переманил.
— Вообще-то ваш сын считал, что я не соответствую занимаемой должности, — сдала я Хама, — и требовал моего увольнения.
На меня посмотрели с веселым изумлением.
— Да-да! Зато сегодня всех моих адептов наградили по результатам учений.
— Наверное, он присмотрел для столь выдающейся девушки другую должность — своей жены, — произнес Карт, с хитринкой глядя на меня.
— И принял даже без испытательного срока, — пробормотала я. Да лучше бы меня в Академию на должность преподавателя так взяли!
Пришедшая Берта принесла для меня столовые приборы, воды и овощной салат.
Перенервничав из-за неожиданной встречи, я решила перекусить вместе с ними и в тарелку к салату добавила кусок мяса, который демоны проводили одобрительными взглядами. Бытует мнение, что эльфы такие стройные, потому что не едят мясного, но это не так, у нас просто хороший метаболизм.
— Вы давно преподаете в Академии? — спросил Артан, разливая вино.
— Нет. Устроилась практически перед самыми учениями, — ответила я. — Замещаю беременную подругу, жену ректора.
— Вы подруги? — в унисон удивились они.
— Да, вместе учились.
Они забросали меня вопросами, что да как, а еще посмеялись над тем, какие слухи ходят о моей должности, что с нее все уходят замуж и в декрет. Лично я до сих пор не верила во всю эту чушь, но факты — вещь упрямая. Не успела начать работать, как очутилась замужем, глядишь, так проснусь однажды и с животом.
Хотя с тем, как мой муженек бродит где-то ночами, мне это пока не грозит. Вот и сейчас ушел непонятно куда. Задумавшись об этом, я и не заметила, как уничтожила целый кусок мяса. Лишь в какой-то момент осознала, что моя тарелка пуста.
Когда я успела все съесть?! Подняв голову, натолкнулась на взгляды двух демонов, которые глядели на меня с умилением. Вот этих двоих мой аппетит точно не напугал.
Еще и переглядывались как-то многозначительно. С чего бы? Нет, высшие все же загадочные особи. Интересно, у них женщины такие же? Я знала, что высших демонесс в нашем мире крайне мало. После короткого рассказа Хама знала почему. И в груди сжималось от сочувствия к их расе.
Хам явился к ужину, как и обещал. И, судя по взгляду, тоже изумился при виде гостей. Я из вредности ничего не стала ему сообщать по кристаллу и теперь смогла насладиться встречей трех родственников мужского пола. Правда, вжалась в кресло, так как довольные вопли и похлопывания по плечам напоминали землетрясение. При этом Хам выглядел несколько стройнее своих родственничков. Ну да, молодой же, кхм. Прямо молодежь.
Главное, чтобы не начали спрашивать насчет наследников. Но вроде мужчины такие обсуждения не любят. Это меня вечно начинало потряхивать, когда тетушки и другая многочисленная родня начинали вздыхать и охать по поводу рождения детей. И мало-то их, а вон у людей и орков только так родятся. Прямо выстреливают. А у нас в лучшем случае раз в пятьдесят лет. Все научные обоснования такого распорядка вещей, конечно, проносились мимо утонченных эльфийских ушей.
Пока мужчины общались, я отлучилась на кухню к Берте обговорить меню на завтра, чтобы включить в него несколько любимых маминых блюд. Мысленно прикинула, сколько им понадобится времени на сборы, потом на дорогу до города, где стационарный портал, и чувствовала, что к ужину они точно прибудут. А еще выловила элементаля и приказала подготовить комнаты для прибывших гостей и на всякий случай еще несколько комнат. Вдруг родители передумают и остановятся у нас. Еще распорядилась выделить Берте в помощники одного элементаля. Нехорошо, женщина на кухне совсем одна, и завтра ей на рынок за покупками.
Мы провели хороший вечер. Артан и Карт оказались очень приятными демонами, если так можно сказать о высших. Чувствовалось, что они безоговорочно приняли меня в семью, и это подкупало. Я перестала ощущать ауру высших, придавившую меня в первые минуты нашего знакомства. И, можно сказать, наслаждалась их обществом.
Любопытно было наблюдать за Хамом и его общением с родственниками. Они подтрунивали друг над другом, но делали это любя. До меня донесли несколько смешных историй из прошлого. Никогда и вообразить не могла, что буду сидеть в обществе трех высших демонов и искренне хохотать. Вот как-то не представляла я юного Хама, улепетывающего от бобрового семейства. Столько нового о муже узнаешь.
Разошлись мы уже затемно в хорошем расположении духа. Как и в прошлый вечер, демон ограничился поцелуем кончиков пальцев, оставив меня в легком недоумении. Завершив водные процедуры и переодевшись, я все же решила заглянуть к супругу и обсудить приезд моих родителей. Я не знала, что им говорить. Когда готовить церемонию? Где она будет проходить? Оставалось много нерешенных вопросов, не в Академии же их обсуждать?
Но в смежных покоях было пусто. И где его опять носит? Дожилась, к собственному мужу пора на прием записываться! С испортившимся настроением я легла спать. «Что ж, завтра поговорим», — успокоила себя, время еще есть.
Только я ошибалась.

Глава 22

— Дэ-ри-и-и-н!
Я вскочила на постели от громогласного крика матушки на весь дом. Что? Где?
Скатившись с постели и на бегу завязывая пояс халата, выбежала из комнаты.
— Мама?! — потрясенно замерла на верху лестницы, лицезрея разгневанную родительницу с отцом в холле дома.
Должна сказать, что за всю жизнь я по пальцам могу пересчитать, сколько раз она повысила голос, но чтобы кричала… Я потеряла дар речи.
Но тут моей нервной системе нанесли еще один сокрушительный удар. Рядом со мной возник Хам и обнял.
— Любовь моя, почему ты не предупредила, что твоя мама своим голосом способна армией командовать? — интимно наклонившись к ушку, спросил у меня супруг.
— Я и сама… — пробормотала ошарашенно, — она же… О Дева!
Мама замолчала, но не потому, что вспомнила о правилах этикета. Просто при виде Хама у нее перехватило дыхание. И ей пришлось опереться об отца. Который, кстати, вел себя совершенно спокойно. Как и подобает эльфу. Но он у меня и так не особо разговорчивый. Зато наблюдательный.
А маму я понимала. Приезжаешь к дочери, которая вроде как согласилась стать женой та-а-акого знаменитого эльфа. И что? И в итоге она внезапно оказывается замужем за высшим демоном. О которых ходят леденящие кровь слухи. Которые пришли много лет назад из погибающего мира.
И которые понятия не имеют о том, что с утра фрукты надо есть специальной позолоченной вилочкой!
Кстати, лично мне нравится их есть просто руками.
— Привет, — я махнула рукой, чувствуя, как ладони Хама просто обжигают мою талию, — мам… пап.
— Дэрин, — улыбнулся отец, — хорошо выглядишь.
— Мы стараемся, — прозвучал голос Хама.
Вот кто бы лучше молчал. Мамины глаза сейчас и так уже напоминали не безмятежное небо, а грозовой шторм. Еще немного, и молнии метать начнет. Хорошо еще, она сдерживалась на чужой территории.
— Доброе утро!
Нет, сегодня явно никому не спалось! Ну почему Артану и Карту захотелось проснуться и выйти именно сейчас, а не часа на три попозже? Почему эти двое, в длинных халатах, вышли именно сейчас!
Глаза у мамы стали напоминать блюдечки от чайного сервиза. Я же торопливо проговорила:
— Смотрите-ка, все прямо в сборе! Мама, папа, это… это…
Язык ехидно начал заворачиваться в узел, так как накануне я не потренировалась в выговаривании имен новых родственником. И Хам поспешил прийти ко мне на помощь.
— Артансинаффальд Аккранианский дель Аби — мой дядя, бывший Правитель Аскалтанских земель на Крокусе, и Картионсканифальд Заурронский дель Аби — мой отец. В прошлом занимал должность советника, сейчас имеет доходный бизнес по поставке минералов из шахт Изенарха.
Папа впечатлялся, я даже со своего места это видела, а вот мама прожигала нашу пару взглядом.
— Извините, мы не ждали вас так рано, — мягкий упрек столь громкому появлению, — но рады вашему визиту. Позвольте проводить вас в гостиную, пока Дэрин и родные, — муж с нажимом произнес последнее слово, бросив взгляд назад, — приведут себя в надлежащий вид.
Стоило появиться его родственникам, как Хам чуть сдвинулся, закрывая меня от них.
— Я хочу поговорить с дочерью! — воинственно заявила мама и, не дожидаясь приглашения, стала подниматься к нам.
Рука на моей талии сжалась, как будто он не хотел меня отпускать.
— Все хорошо. Я поговорю с ней, — тихо шепнула я. Маму следовало успокоить, пока она все здесь не разнесла.
Вот и хорошо: мальчики — направо, девочки — налево. Я успела заметить Берту, выглянувшую из кухни, и округлила глаза. К счастью, повариха меня поняла, сделала успокаивающий знак и исчезла. Так, надеюсь, она запомнила, что я говорила вчера насчет любви эльфов к чаю. Благо у меня оставались несколько пачек, еще из комнаты в Академии.
Несколько дней прошло, а такое чувство, словно несколько лет.
Мама, гордо выпрямив и без того идеальную спину, поднялась ко мне на балкон, что опоясывал первый этаж. Попыталась надменно взглянуть на Хама, но взгляд «ушел в молоко». Муж поцеловал мне руку, как в лучших домах эльфов, потом аккуратно завел прядь волос за ухо и проговорил:
— Думаю, Берта минут через сорок позовет к завтраку. Леди Мирабель, вы же не откажетесь присоединиться к нам?
Вы пробовали отказать демону, который возвышается над вами на две головы, но при этом спрашивает исключительно вежливым тоном. Который словно намекает: «Даже не думайте отказать». Вот и мама не смогла. Чуть вскинула голову и отстраненно ответила:
— Думаю, не откажусь.
— Тогда повторю приглашение вашему мужу.
С этими словами Хам спустился в холл, а я едва не кинулась за ним с трусливой фразой: «Спрячь меня».
— Дэрин, — велела матушка тоном, не терпящим возражений, — за мной!
И пошла вперед, шелестя шелковой юбкой любимого синего цвета с изумительной серебристой вышивкой. Все в тон, все идеально сидит, золотистые волосы уложены локон к локону. Пример идеальной леди эльфийки, разве что синие глаза метают невидимые молнии. Я на миг ощутила себя маленькой девочкой, которая испачкала платье в луже. Но тут же мысленно пихнула себя в бок. Эй, Дэрин, ты преподаватель в одной из лучших академий и жена высшего демона. Несмотря на сомнительность второго достижения, это все равно имеет вес в обществе.
Мама, как ищейка, мигом отыскала мою спальню.
— Дева Лесная, что еще за склеп! — услышала я ее презрительный тон и мигом ощетинилась. Эй, это мой дом! Я могу обзывать его, но другим не разрешаю.
— Мой муж проводит в основном время в Арзанской долине, там климат лучше. Но так как я сейчас по уши занята в Академии, пришлось перебраться сюда.
— Выражений ты тоже от него нахваталась?
Думаете, мама мирно стояла? Как бы не так! Буквально за пару минут она ухитрилась осмотреть мою спальню, поднять с пола чулок, найти дверь в смежную спальню и сунуть нос туда.
— Он спит отдельно?
Согласна, мама, я тоже слегка удивлена.
— А это проблема?
— Дэрин!
Мама огляделась, потом подошла ко мне и вцепилась в руку. Заговорила горячим шепотом, заглядывая мне в глаза. От нее, как всегда, пахло легкими цветочными духами.
— Дэрин, тебя удерживают насильно? Скажи мне!
— Кто? — испугалась я.
— Твой муж с ужасным именем! — прошептала мама.
Она так стискивала мою руку, что я уже морщилась от боли.
— Дэрин, мы с отцом все продумали. Точнее, продумали мы с тетей и бабушкой, но отец при случае поднимет связи. Для начала отвезем тебя в Эльдраз, поживешь там, потом переедешь в Сингариэль. А оттуда уже прямым ходом к Зеленому морю. Пока ты будешь в Эльдразе, мы купим тебе дом на берегу. Конечно, через других лиц. Лет пять придется пожить там, пока все не утихнет. Мы предупредим Ирри. Потом постепенно разберемся с брачной татуировкой. Вот же дикари, право слово!
— Стоп!
Мама продолжала говорить, так что пришлось повысить голос.
— Стоп! — я почти рыкнула.
Мама мигом замолчала, а потом прижала пальцы к вискам и всхлипнула:
— Какой ужас, Дэрин! Ты не следишь за своей речью, ты замужем за этим… этим…
— Хамом, — услужливо подсказала я и тут же прикусила язык.
Но мама уже ухватилась за слово. И прищурилась. А я ощутила себя врагом на допросе. После такого взгляда хотелось рассказать ей все… все.
— Разве они разрешают сокращать свои имена, дорогая?
— Нет, — призналась я, — это вышло случайно. Мама, послушай, во-первых, почему вы решаете за меня?
— Мы не можем бросить тебя в беде!
О как! Хотя я тоже считала, что хорошее дело браком не назовут.
— Почему вы решили, что я в беде?
— Дэрин, ты собиралась замуж за Иррилия! Он сам звонил своей матери и сообщал, что ты дала согласие.
Ну логично. О таких вещах сообщали сразу всей родне. Эльфийская помолвка — вещь важная. К ней частенько идут очень долго.
Я вспомнила маменьку Иррилия — хрупкую светловолосую женщину со стальным взглядом серых глаз — и мысленно сглотнула. Для нее сын был светом в окошке. Удивительно, как она еще не позвонила мне и не начала ругать.
— Мама…
— Скажи честно, милая!
Мама буквально заставила меня присесть на край незаправленной постели, сама села рядом и взяла за руки. Как раньше, в детстве, когда хотела поговорить со мной по душам. Ой-ей!
— Дэрин, он тебя… — губы мамы подрагивали, — он тебя… принудил?
Как вспышка: горячие источники, жаркие поцелуи, а потом то, от чего я по ночам просыпалась от волнения и смущения.
— Нет. Ни к чему меня не принуждали.
— Дэрин, пока отец отвлекает твоего мужа, мы можем выйти! Тебя же здесь ничего не держит?
Мама с некоторой тревогой покосилась на мой живот. Да они сговорились?
Я проигнорировала ее взгляд и сказала:
— Во-первых, я работаю и на носу экзамены. Я не собираюсь никуда бежать. И, мама, вот с этим ты как собралась разбираться? — Я обнажила татуировку. Насколько мне было известно, такие браки нерасторжимы.
— Неужели ты думаешь, что он тебе позволит работать?
— Как видишь, я работаю.
На лице мамы проступило весьма скептическое выражение, а при взгляде на татуировку она скривилась, как будто увидела нечто отвратительное. Меня это уязвило. Пусть я и сама не в восторге от замужества, но это… наш брак. Дева Лесная, я все же хотела попробовать.
— Тебе нужно спрятаться и дождаться Иррилия.
— Зачем?! — воскликнула я, в непонимании глядя на мать.
— Он вернется и сделает тебе ребенка. Мы оспорим ваш брак! — скороговоркой произнесла мама.
— Что-о-о?! — Я в шоке уставилась на нее. — Ты предлагаешь мне сбежать от мужа, чтобы забеременеть от другого и потом свой позор вынеси на обсуждение всем? Ладно я, а о судьбе ребенка ты подумала? Как ему жить с таким клеймом?
— Дэрин, но он же демон!!! — вскричала она, как будто это было худшим из пороков.
— Я знаю. — Я встала с кровати, заканчивая нелепый разговор. — И именно благодаря тому, что он демон, я сейчас стою перед тобой. Он спас от нарров, когда меня забросило в Гнилище на учениях.
— Куда?! Дэрин, бросай эту работу. Слышишь, я запрещаю тебе! — схватилась она за сердце.
— Я жива, здорова и не собираюсь бросать ни его, ни работу, — отчеканила я.
У мамы стало такое лицо, как будто ей сказали, что все ее любимые розы завяли. Хорошо, на прикроватной, лумбочке стоял графин с водой. Я налила ей попить, чтобы успокоилась, а заодно и сама выпила, успокаивая нервы. Надо же, додумались, чтобы Иррилий мне ребенка сделал. Тут явно без тетушки не обошлось, она любит разные романы. А нас они спросить забыли? Мы же не книжные герои слезливых романов, чтобы плясать под их дудку.
— Мама, хорошо, что вы приехали. Ты можешь действительно помочь.
— Да? — Мне удалось привлечь ее внимание. — Я так и знала, что ты умная девочка и сама что-нибудь уже придумала. Мы готовы на все!
— Мама! — одернула я. — Займись организацией свадебной церемонии. Мне некогда, ты же слышала, экзамены на носу.
— Свадьбой?! — произнесла она таким брезгливым тоном, как будто я предложила ей нарра поцеловать.
— Да. Моей свадьбой. По демонским обычаям мы уже женаты, и Хамсферженвальд хочет сделать мне приятное, отпраздновав так, как это принято у нас.
— Вспомнил! Хочет он. Для начала о своих намерениях нам заявить нужно было! — взвилась она в ответ.
Ага, чтобы все дружно в обморок упали и я лишилась половины родственников из-за разрыва сердца.
— Мама, в первую очередь он высший демон, а они сначала делают, а потом… — Я замялась, подбирая слова, но продолжила как есть: — А потом уже всем недовольным поздно возмущаться. Он даже своего отца и дядю в известность не поставил.
— Я не уверена, что правильно поняла, его дядя действительно бывший Правитель Аскалтанских земель на Крокусе? А отец занимается разработкой богатейших шахт Изенарха и единственный поставщик минералов оттуда?
О, в этом вся мама! Такую важную информацию она в любом состоянии запомнить способна.
— Все верно, — пряча улыбку, ответила я. — Давай не будем заставлять их ждать. И нам сегодня еще в Академию…
Академия! Взглянув на время, я заметалась по комнате, собираясь. Немного успокаивало, что можно переместиться порталом и не тратить время на дорогу. Я даже с неприятными последствиями мириться была готова.
Больше не разговаривая ни о чем важном, мы спустились к остальным. Я не давила на маму, давая ей время смириться. Не захочет заниматься подготовкой к свадьбе — обращусь к другим родственникам или поручу Фиоре. Она уже успела мне поныть через кристалл, что устала ничего не делать. Муж пропадает на работе, у нас жизнь, видите ли, кипит, не то что у нее. Вот и пусть организовывает свадьбу века. Это не я себе так льщу, а она мое замужество так обозвала.
За время нашего отсутствия папу демоны не съели. Они вообще, видимо, нашли много общих тем, одна из которых я. Мы успели с мамой услышать, как новые родственники ему наперебой твердили, какая замечательная у него дочь. Мама моя немного оттаяла и влилась в разговор.
На завтрак у нас уже не оставалось времени, а вот отец и дядя Хама заявили, что хотя бы мои родители просто обязаны присоединиться к ним за столом. Пришлось оставить их дальше знакомиться, а самим отправиться в Академию.

Глава 23

— Не беспокойся за своих родителей, — проговорил Хам, стоило нам оказаться за стеной Академии, — высшие демоны чтят родню пары.
Я хотела сказать, что больше беспокоюсь как раз не за родителей, но поняла — это прозвучит глупо. К тому же я все равно пыталась отдышаться после портала. На сей раз удалось это сделать за полторы минуты. Хам терпеливо и крайне обходительно поддерживал меня за локоть. А когда я попыталась встать к нему теснее, то неуловимо быстро снова занял между нами дистанцию. И все с крайне вежливой улыбкой. Ну как вежливой? Видимо, у высших это считалось милой улыбкой. Я же чуть не вздрогнула: хоть у них клыки в этом обличье и не такие впечатляющие, как у орков или тех же троллей, но есть в них что-то такое, от чего сразу начинаешь испытывать преданность императору.
С другой стороны, пусть лучше так выглядит, чем похожим на кислый фрукт. А именно такое сравнение напрашивалось при взгляде на преподавателя философии. Вот уж кому и солнце — тусклый фонарь, и птичье пение — назойливый шум. Глядя на сутулую фигуру, бредущую мимо, я попыталась вспомнить, как же его зовут. То ли Берт, то ли Барт…
— Ну, до встречи, — сообщил тем временем Хам.
Пользуясь тем, что я отвлеклась, он отступил и как-то незаметно для глаз растворился среди адептов и преподавателей. Я только головой покрутила и с трудом удержалась, чтобы не повертеть пальцем у виска.
Первые две пары были лекции, потом перерыв, а затем я собиралась устроить адептам пробежку через лесочек. Да еще с сюрпризами. А то чувствую, что после учений они немного задрали нос. Вон Гнырр ходит с таким видом, словно он лично придумал все ловушки.
Я проводила взглядом пару симпатичных адепток в одеяниях провидиц. На ум мигом пришли восторженные перешептывания в адрес Хама, услышанные мной в первые дни.
Женщин он притягивает — это факт. Но Анастейша уверяла, что высшие после того, как нашли пару, на других уже не смотрят.
А если пара от них шарахается?
Не самые правильные мысли перед началом занятий. Еще и ревность снова начала вгрызаться в сердце. В итоге я решила, что если опять пропадет, то просто прослежу за ним. Главное — поймать момент, когда Хам соберется удрать. В конце концов, кто там кого замуж взял? Правильно! Раз взял, то будь любезен, не убегай от жены. Он мне ухаживания обещал!
Словно отвечая на мои сомнения, в сумке на боку начал позвякивать кристалл. Кому я понадобилась в столь ранний час? Мама разработала очередной план и решила немедленно поделиться им со мной?
Кристалл я доставала почти с опаской. В последний момент подумала, что может звонить и Иррилий, и едва трусливо не сунула кристалл обратно. Но нет, на гладкой бледно-сиреневой поверхности чуть подрагивало изображение Анастейши.
— Привет!
Миниатюрная демонесса в трехмерном изображении появилась над кристаллом. Слава Деве, всем вокруг было плевать, с кем общается преподаватель по маскировке. Тем более я ускорила шаг и свернула на боковую тропинку. Здесь народу было меньше.
— Эм-м-м… привет.
Что ей надо?
— Я в Оноре, — сообщила Анастейша. — Узнала, что и ты тут. Приехала документы забирать из Академии?
— Нет, у нас занятия.
Под ногами мелкий песок тропинки сменился каменными плитами площадки перед входом в основной корпус. А глаза Анастейши увеличились в размерах. Этакая пучеглазая демонесса в модном красном платье.
— Что?
— Только не говори, что Хамсферженвальд отпустил тебя на работу.
Это прозвучало сродни: «Только не говори, что эльфы решили отращивать бороды».
— Я — образованная и умная эльфийка, — сообщила с достоинством, — а он вроде цивилизованный. С чего бы ему запрещать мне работать?
Анастейша окончательно стала походить на акулину — маленькую рыбку, необычность которой заключалась в глазах, огромных и круглых, расположенных по обе стороны морды.
— Это же высший демон! Дэрин, они своих жен охраняют как драконы — сокровища!
Да, да, я в курсе.
— Ну так он и охраняет.
— Я хочу увидеться с женщиной, которая вышла замуж за высшего и еще работает! — завопила Анастейша так, что мне пришлось прикрыть ее рукой и зашипеть:
— Не кричи! Никто еще не знает!
— Вы никому не сказали?
— Церемонии-то не было еще, — буркнула я, забегая в прохладный и огромный холл корпуса. Сверху на меня крайне недружелюбно уставились каменные горгульи. Они сидели на выступах так, словно нависали над толпой адептов. От их взглядов лично мне хотелось чесаться. Говорили, что горгульи раз в год сбрасывают камень и улетают в теплые края, размножаться.
— Ах, да, — понизила голос Анастейша, — у вас же, у эльфов, надо шикарную церемонию, чтобы лепестки вокруг, деревья и гости. Только извини, но Хама в белом с серебром свадебном одеянии я не представляю.
Зря она это сказала. У нас свадебные одеяния длинные, со шлейфами, украшенные вышивкой из серебряных нитей. И при этом многослойные. Воображение мигом подсунуло мне Хама в подобном наряде. Не расхохоталась я только потому, что временно онемела от представленной картины. Концентрированная брутальность моего мужа вряд ли бы выдержала такое издевательство.
— Насчет нарядов я бы не спешила с выводами.
— Дэрин, ты обедаешь со мной.
В этом все демоны: высшие и обычные. Не задают вопросы, а ставят перед фактом.
— Слушай, я не знаю…
— Отлично, тогда я решу за тебя. Жду около Академии в час. У вас как раз будет перерыв. Заодно покажу тебе местный отличный ресторан. Уверена — ты там не была.
— Почему ты так…
— Увидишь! — подмигнула Анастейша и первой разорвала связь, прежде чем я успела хоть слово молвить.
Но она это вовремя сделала. Не успела я и пару шагов пройти, как меня окружили адепты. Всего трое, но я сразу ощутила себя как муравей среди жуков. Как всегда, неразлучная троица под предводительством Декста.
— Вы чего такие серьезные? Император решил повторить учения? — пошутила я, но парни оставались серьезными.
— Тут такое дело… — замялся гном.
— Мы вчера поспрашивали среди наших, кто что видел…
— Насчет вашей знакомой, Тарриэль. У нее точно кто-то был, — уверенно заявил Декст.
— Так ее подруги из комнаты так же сказали, — удивилась я, видя, что они мнутся.
— Их видели в одной таверне, «Акации».
Я нахмурилась. Странное название для таверны, а на языке цветов акация вообще означала тайную любовь. Декст подтвердил мое умозаключение:
— Ее орчанка держит, считающая, что родители не имеют права запрещать соединяться влюбленным сердцам. Излюбленное место для всех романтично-влюбленных. И желающих сходить на сторону в браке. Приглушенный свет, поют одни романсы про любовь. Посетителей посыпают лепестками роз. Никому нет дела, если парочка приходит в масках. Туда Хатиб свою целительницу водил, когда ухаживал, — немного нервно заявил Декст, как будто посещение такого заведения могло испортить чью-то репутацию.
— И что? — поторопила я, а то такими темпами мы на лекцию опоздаем.
— И он унюхал в одной паре эльфу вашу.
— Как унюхал?
— Обоняние у него острое, с закрытыми глазами любого распознает. Он еще удивился, что тихоня тихоней, а на свидание бегает.
— А с кем она была? — тут же заинтересовалась я.
— Хатиб не помнит, да и они в масках были. Говорит, что от него разило модными духами эльфячьими «Муки любви».
Я сникла. Это ни о чем не говорило. Довольно популярный аромат в сезоне. Да каждый пятый им пахнет! Нет, я, конечно, утрирую, духи дорогие, и не каждый их себе может позволить, но это ни о чем не говорит.
— Ясно. Спасибо.
— Подождите!
Парни не двинулись с места.
— Мы тут подумали… Эта Тарриэль и правда тихоней была, мало куда ходила.
— Да и вы предпочитаете искать пару среди своих, — поддакнул гном.
— Так вот, он точно из Академии! — заявил Дексг. — Среди адептов-эльфов с ней никто не встречался. Вы же делаете все официально, сначала одобрение ухаживаний от родителей, потом долгие реверансы вокруг друг друга. Их бы заметили. Поэтому мы решили, что это преподаватель!
— Эктавион! Слащавый, по нему все адептки вздыхают.
— Он эльф!
— И этими, «Муками любви» от него воняет!
Мне удалось еле-еле удержаться от улыбки. Вот их фантазия завела!
— Благодарю… — Я задержала дыхание, с трудом сохраняя серьезный вид. — За информацию.
Фу-у-х! Едва не рассмеялась.
— Давайте поспешим на лекцию.
— Так мы это…
— Что? — спросила у них.
— Последим за ним? — с азартом спросил гном.
— Буду благодарна, — кивнула я. Ничего, походят за ним пару дней и поймут, насколько ошибались. — Но и другие версии не сбрасывайте со счетов!
Адепты с энтузиазмом закивали.
Этот утренний разговор сделал мой день. Стоило только вспомнить поспешные выводы заигравшихся в детективов адептов, как на лице появлялась улыбка, а когда случайно встретилась с Эктавионом, поздоровалась с ним особенно любезно и похвалила туалетную воду. Он весь расцвел. Бедный, даже не знает, что из-за нее его уже и в преступники записали.
Разубеждать адептов я не планировала. Ну, походят за ним несколько дней, что может быть плохого? Зато навыки маскировки еще раз отработают в полевых условиях перед экзаменом. Плюс они обещали рассмотреть и другие версии.
Я же в нетерпении ждала обеда. Нужно бы посетить то заведение, где видели Тарриэль с кавалером. Мало ли, вдруг кто-то что-то да запомнил.
Обстоятельства сложились удачно, муж был, видимо, занят, я его не видела, и на обед вместо столовой направилась по аллее к воротам. До последнего ожидала, что привратник скажет свою коронную фразу: «Не положено!» — или заявит, что лорд проверяющий запретил, но мой пропуск произвел магическое действие, и меня выпустили из Академии без проблем.
Анастейша уже ждала и открыла дверцу, радостно помахав мне рукой.
— Ты недолго ждешь?
— Нет, только подъехала. Ты вовремя.
Я просто до последнего боялась, что Хам меня перехватит и все сорвется.
— Так куда мы едем? — спросила у демонессы, усаживаясь на сиденье рядом с ней.
— Сюрприз! — загадочно улыбнулась она.
— Анастейша, а давай в «Акацию» заедем? — попросила ее.
— Зачем тебе заведение, куда все на свидания тайные бегают? Кухня там не очень. И извини, но меня не прельщают лепестки роз в моей тарелке. Я намного лучше местечко знаю.
— Мы ненадолго. Мне только нужно кое-что узнать. Пожалуйста.
— Хорошо, — пожала плечами Анастейша и отдала распоряжение немного изменить маршрут и сделать небольшой крюк.
— Рассказывай, как ты? — подалась она ко мне. — Как тебе удалось уговорить его отпустить тебя работать?
— Да он как бы сам согласился с моими доводами. Сейчас экзамены на носу.
— Когда свадьба?
— Точно не знаю. Сегодня только приехали мои родители, мы еще не обговаривали точную дату, — замялась я, не желая, чтобы она подумала, будто я утаиваю информацию. Интересно, удобно ли включить в число гостей бывшую любовницу супруга?
— Извини, но я на вашей церемонии присутствовать не смогу, на днях уезжаю. Поэтому и хотела встретиться, убедиться, что у тебя все в порядке.
— Все хорошо. Вчера с отцом Хамсферженвальда познакомилась и с дядей.
— Ой, пересекалась я как-то на приеме с бывшим Правителем. До сих пор мороз по коже. Жуткий тип. Сила так и давит.
Да?! А мне он показался очень милым.
— Ему приходится много путешествовать.
— Почему?
— Мало кто способен долго соседствовать со столь сильным высшим. Аура опасности давит. Даже звери разбегаются.
Ого! Оказывается, как много я еще не знаю.
— Ладно о них. Ты скажи, что в «Акации» тебе понадобилось?
Пришлось рассказать о пропаже Тарриэль, следы которой я ищу.
— Знаешь, не хочу тебя пугать, но было одно дело, когда эльфиек похищали для тайных дворцов наслаждений. Как экзотику. Но там указом императора всех крепко наказали, и больше поползновений в вашу сторону не было.
— Да нет, мои адепты выяснили, что ее с кавалером в «Акации» видели.
— Ого! Помогают тебе? Молодцы!
— Да уж. Представляешь, заподозрили преподавателя лишь на том основании, что он эльф и красив.
— Да? — заинтересовалась Анастейша. — Это кто такой?
— Эктавион.
— Свет Зари, — закончили мы в унисон и переглянулись.
— Ты его знаешь? — удивилась я.
— Да. Была увлечена им короткое время, но знаешь, не могу встречаться с мужчиной, который о своей внешности заботится больше, чем я.
— Это как?
— Он моего косметолога увел! Очень хороший травник, такие крема делал, кожа как бархат, а он к себе его переманил.
Я не удержалась от смешка, но вскоре мне стало не до смеха.
— Но ты знаешь, — задумчиво произнесла Анастейша, — я не удивлюсь, если это был он. При дворе ходили разные нехорошие слухи. Поговаривали, что кучка молодых бездельников на спор соблазняли дебютанток, а потом хвастались победами между собой. И Эктавион входил в их число. Все это выплыло наружу, когда они соблазнили дочь советника, а та чуть не наложила на себя руки. Бедняжку откачали и быстро выдали замуж. Был скандал. Папеньке Эктавиона хватило влияния замять участие в этом сына и пристроить его в Академию. Так что я не удивлюсь, если он вернулся к старым развлечениям.
— Но он же преподаватель! Отношения запрещены, — пролепетала я. Услышанное в голове не укладывалось.
— Ой, когда это останавливало, — отмахнулась демонесса. — Он мог просто стать осторожнее.
Я и не верила, что мой соотечественник способен на такую мерзость, и в то же время в голове складывались кусочки. Ведь по какой-то причине кавалер Тарриэль скрывался? В «Акации» носят маски, в ресторации — отдельный кабинет. И никто из подруг не видел ее с женихом, не говоря уже о том, что родители девушки о нем не слышали.
— А вот и «Акация», — привлекла мое внимание Анастейша, и я выглянула в окно, увидев красивую яркую вывеску. Вход венчали колонны, увитые зеленым плющом.
Неожиданно демонесса оттолкнула меня и распорядилась:
— Трогай!
— Знаешь, давай я покажу тебе сначала один магазин… — зачастила она.
Но я уже успела увидеть выходящего из «Акации» Хама.
— Дэрин, извини, что мы уехали, но он бы не дал нам поговорить, — покаянно произнесла она, все поняв по моему лицу. — Давай после заедем в эту «Акацию». А лучше адептов своих пошли. Нечего тебе делать в таком заведении. К тому же персонал привык держать язык за зубами, и вряд ли бы ты там что-то стоящее узнала.
Я слушала ее вполуха, все еще переваривая неожиданную встречу с супругом. А что он там делал? Я же даже не знала, что он покинул Академию и отправился в город.
— Дэрин, ты не злишься? — заглядывая мне в глаза, спросила Анастейша.
— Не злюсь, — ответила я. А вот одного высшего демона ждал серьезный разговор. Что он забыл в месте, где парочки назначают тайные свидания?
Вот же муж мне достался, и почему я его встречаю то на пороге Дворца наслаждения, то еще одного сомнительного заведения?

Глава 24

— Прекраснейшие, позвольте указать путь к вашему столику, — склонился в низком поклоне… эм-м… Официант?! Раб?! Я не знала, как назвать мускулистого, красивого парня, на котором из одежды были лишь широкие белые шаровары, подчеркивающие загорелую кожу. А еще взгляд привлекал кожаный ошейник черного цвета на шее.
— Веди, — свысока произнесла Анастейша.
Идя за ней, я с любопытством осматривалась по сторонам. В таком заведении мне еще никогда не приходилось бывать. Стены увивали цветы и зелень, журчал искусственный водопад, производя впечатление, что мы в каком-то гроте, а не в столичном заведении. На каждом столике стояли благовония, наполняя воздух тягучим ароматом. Здесь не было привычных столов, стульев или диванов. Стояли низкие квадратные столики, за которыми гости возлежали на мягких низких лежанках. Для удобства на них разбросали подушки и валики. Каждый столик накрывала шатром полупрозрачная воздушная ткань.
Мои глаза стали квадратными, когда я увидела, как одной гостье официант, стоя на коленях, массирует ступни ног. При этом женщина не обращала на него внимания, болтая со своей приятельницей.
— Рекомендую. Очень удобная услуга. Помогает скрасить время в ожидании заказа, — прокомментировала Анастейша, заметив мой интерес.
Я сглотнула, стоило представить, как незнакомый мужчина делает мне массаж И сразу едва не споткнулась, когда взгляд упал на полулежащую на подушках матрону: официант, устроившийся на полу, подносил к ее лицу кисть винограда, от которой она отщипывала губами.
Это тоже услуга?! Я стыдливо отвела взгляд от парочки и опустила глаза в пол, не желая заглядываться на столики, мимо которых мы проходим. Ради душевного спокойствия.
Нас подвели к особому столику. Шатром, отгораживающим от любопытных глаз, служил тончайший эльдарский шелк. Он стоил баснословных денег. Сам столик из красного дерева украшала затейливая резьба. Да и возлежать предлагалось на бархате.
— Прошу, — низко поклонился официант и оставил изучать меню.
— Что это за место? — тихо поинтересовалась я у демонессы. Здесь вообще громко не разговаривали, как будто посетители не хотели нарушать мелодию флейты. Лишь изредка доносился приглушенный смех и стоны наслаждения. Постойте, стоны?! Я заозиралась, а щеки опалил румянец.
— Дэрин, не дергайся. Когда находишься по магазинам или простоишь часами у портнихи на примерке, ты еще не так стонать будешь от массажа ног, — посмеивалась надо мной Анастейша.
Хотела я ей сказать, что приличным женщинам массаж делает муж, да не успела. Нам принесли прохладительные напитки и вазу с фруктами. Но мы же не заказывали?!
— Комплимент от хозяина заведения, — поклонился официант.
— Он сегодня здесь?
— Да, он скоро подойдет к вам, чтобы поприветствовать почетного члена нашего заведения.
Я огляделась и осторожно села на подушки. Они мигом коварно подстроились под форму моего тела. В итоге, оказалась в той позе, когда тело настолько расслаблено, что даже голову повернуть лень. Хорошо, что я в брюках. А то пришлось бы краснеть и одергивать платье везде, где можно.
Хотя, судя по всему, посетительниц такие мелочи не волновали. С нашего места никого видно не было, но я-то помню картины, которые замечала, пока шла сюда. Например, нагу, выставившую смуглые ноги и пестрый хвост на всеобщее обозрение.
Здесь царила расслабляющая атмосфера с едва уловимым привкусом порока. Он оседал у меня на языке сладковатой пыльцой. Такой же вкус ощущался и в коктейлях. Очень вкусных, с экзотическими ягодами и шоколадной крошкой.
— Анастейша, куда ты меня привела? — прошептала я, дождавшись, когда демонесса прилегла напротив меня. Такая вся яркая, в алом платье. Волосы она зачем-то распустила, и теперь они черным шелковым плащом укрывали ее до талии.
Анастейша стрельнула в меня хитрым взглядом и потянулась за бокалом с бледно-золотистым напитком. От него пахло свежими ягодами бокко. Такие стоили целое состояние.
— Это место, где женщины могут забыть на время о проблемах.
— А эти… — Я запнулась, подбирая слово. — Официанты…
— Это мальчики, которые могут доставить тебе удовольствие.
Тут она, видимо, заметила мое выражение лица и тихо засмеялась.
— Дэрин, о чем ты думаешь? Я про массаж, комплименты, легкий флирт. А что потяжелее, то на втором этаже, в вип-комнатах.
— Это бордель! — ахнула я, прижимая ладонь ко рту.
Дева! Да если мама узнает…
«Если Хам узнает!» — заорал инстинкт самосохранения. На данный момент реакция Хама меня тревожила сильнее маминой. И боялась я не за себя, а за несчастное заведение. Если уж меня от Академии пытаются отвадить, то что говорить о подобных местах?
Вкус напитка резко потерял свою привлекательность. Нет, Анастейша ненормальная, а мне надо срочно убираться отсюда! Вот просто срочно!
Тело со мной не соглашалось, ему было удобно.
— Леди, рад видеть вас. Анастейша…
Бархатный голос заставил демонессу чуть сузить глаза, а меня — резко напрячься.
Сначала в поле зрения попали мужские ноги в просторных шароварах алого оттенка. Потом я медленно начала скользить взглядом вверх, пока не наткнулась на взгляд чуть раскосых и абсолютно черных глаз. После чего сглотнула и поняла, что да, надо отсюда срочно удирать.
Инкубов прежде мне видеть не доводилось. Но то, что сейчас передо мной именно он, догадалась сразу. Только у них есть две вещи: аура соблазна, от которой по коже бегут мурашки, и третий глаз. Сапфирового цвета, он ярко выделялся на смуглой коже и находился точно посередине лба.
— Вильдан, рада видеть тебя.
— Серьезно? Я удивлен, увидев тебя здесь.
Фигура у него была точно выточена из дерева. Гладкая, загорелая кожа, четко прорисованные мышцы, широкая резинка шаровар держалась гораздо ниже того, что считается приличием. Я туда старалась не смотреть. И вообще рядом с инкубом дышать становилось тяжело, воздух превращался в растопленный сахар. До сих пор я не знала, что, оказывается, мужчина может просто источать сексуальность. Откровенную и неприкрытую.
Анастейша протянула руку, и Вильдан легко помог ей встать на ноги. Я с подозрением покосилась на его руку, обхватившую демонессу за талию. Точнее, чуть пониже.
— У тебя слишком хорошее заведение. В него стоит ходить, даже если не в ладах с его владельцем.
Мне показалось или безупречные черты лица инкуба чуть исказило раздражение пополам с чувством вины? Да вряд ли. С чего бы!
— Чего ты хочешь, Анастейша?
— Отдохнуть с подругой. — Голос у демонессы чуть охрип.
Ну вот зачем обо мне-то было напоминать? Я так мечтала прикинуться одной из подушечек. А теперь все три глаза инкуба оказались направленными на меня.
Вот не зря в Темную Эру им едва не устроили геноцид. Для магии инкубов нет преград. Ну, может быть, демоны и эльфы могут как-то устоять. Но если инкуб тебя поцелует или ты проведешь с ним ночь, то все — приговор. Ты не сможешь есть, спать, в конце концов, дышать без него.
Потому инкубы не слишком любят появляться на людях. Несколько их городов скрыто глубоко в песках или в горах, ход туда строго запрещен. Вроде ходили слухи, что император подумывал делать из инкубов особо опасный отряд диверсантов во вражеские племена.
Так и представила: врываются горячие инкубы и творят такие дела, после которых враги дружно сдаются.
Не стоит о таком думать.
— Эльфы редко одаривают нас вниманием, — сообщили мне тем временем.
Голос звучал так, словно инкуб им ласкал. Я смахнула его с плеча и сообщила:
— Наши взгляды на подобные вещи лежат несколько в иной плоскости.
— Не сомневаюсь. Потому и удивлен, что Анастейша сумела уговорить такую очаровательную леди заглянуть сюда.
Я подарила демонессе красноречивый взгляд. Но та смущенной или виноватой не выглядела.
— Всегда надо пробовать что-то новенькое.
Ага, скажи это жене высшего.
Не успела я подумать о Хаме, как где-то в стороне выхода послышался шум. Не слишком сильный, но он выбивался из томной обстановки вокруг, как комар, залетевший в тихую спальню.
Я привстала, еще не желая верить, что влипла.
А вот инкуб сразу все понял.
— Интересно, — проговорил задумчиво, но без тревоги. — Там высший, говорит, его жена здесь. Шутит, наверное. Кто в здравом уме на такое решится.
— Наррово… — выдохнула я.
Все, сейчас заведению придет хана от Хама.
Вильдан очень быстро сложил два плюс два. Рывок, и я уже стояла на ногах. Вильдан мигом отпустил меня и вообще занял приличное расстояние. Зато Анастейшу взял за руку и скомандовал:
— За мной!
Остальные посетительницы уже чуть недовольно оглядывались со своих мест на выход. Хам пока сдерживался, но я просто кожей чувствовала: еще минута — и тут начнется локальный Армагеддон с высшим во главе. Поэтому поспешила за Вильданом, успев прихватить свою сумку и сумку демонессы.
Нас быстро и незаметно провели в глубину зала, потом свернули направо, в нос ударили жаркие пряные запахи местной кухни. Я увидела огромное помещение, залитое ярким светом, бесшумных поваров, которым помогали не менее бесшумные элементали. Успела заметить шикарно оформленное блюдо с нежно-розовым мясом. После чего нас увлекли в узкий проход, где я мигом споткнулась о какие-то коробки и мешки. А еще под ногами прошмыгнули мелкие паучки, из тех, что любили заводиться в теплых и темных местах. Паучков не обижали, так как они пожирали других вредителей.
Вильдан открыл неприметную темную дверь, которая вела на задний двор. В коридор мигом попыталась проскользнуть радужная курица. Инкуб аккуратно отодвинул ее ногой и проговорил:
— Через переулок есть отличная стоянка экипажей. Давайте быстрее.
— Спасибо! — от души поблагодарила я и первой припустила вдоль улочки. Такой узенькой, зажатой каменными стенами двухэтажных домов. Здесь царили прохлада и тень, а еще попахивало куриным навозом. Но все это мелочи. Главное, что я удирала от высшего, и, кажется, благополучно. Оглянулась и едва не упала от возмущения: Анастейша шла за мной как-то медленно, то и дело оглядываясь. Хотя инкуб давно уже исчез.
— Эй! — не выдержала я. — Это ты меня сюда притащила!
После этих слов Анастейша чуть ускорилась. Видимо, представила, как ее «отблагодарит» Хам.
Так что бодрой трусцой мы пронеслись по улочке, выскочили на небольшую площадь, где горланил продавец мороженого, взяли экипаж и выдохнули. Кажется, оторвались.
— Дэрин, ты замороженная.
— Я задумчивая, — поправила собеседницу, — и встревоженная.
Но, кажется, Анастейша меня не поняла. Так как махнула рукой и зевнула.
— Да забудь. Лучшая защита — нападение. Он тебе про «Усладу», ты ему — про «Акацию». Кстати, все равно не понимаю, что он там делал. Высшие после того, как нашли пару, ни на кого больше не смотрят. Это аксиома, дорогая. Так что не думаю, что стоит всерьез ревновать.
— Даже если… э-э-э…
Тут я замешкалась, так как обсуждать интимные вопросы не привыкла. Одно дело с мамой, а другое — с демонессой, которую знаешь всего ничего.
— Что «эээ»? — с подозрением спросила Анастейша.
— Ничего. Не бери в голову.
А вот зря сказала.
— Только не говори, что вы не кувыркаетесь?!
Я старательно отвела взгляд и сделала вид, что за окном экипажа исключительно интересный пейзаж. Хотя кроме тротуара и зноя там ничего особенного не было. Разве что ворона пролетела да сонная собака гавкнула ей вслед. Мы ехали спокойными, тихими улочками в сторону Академии. Вот и пообедала, называется. Придется перекусывать чем-нибудь уже на бегу.
— Дэрин?!
Я сделала то, что обычно делали эльфы в трудную минуту: состроила каменно-холодное выражение лица.
— Дэрин, это не прокатит!
Выражение стало еще более каменным, я аж на мгновение ощутила себя статуей с главной аллеи Академии.
Но Анастейша не пожелала входить в мое положение. Демонесса, что с нее взять. Никакого такта.
— Ты держишь высшего на голодном пайке?!
Таким тоном сказала, словно я городскую стену начала ломать.
— Это мое дело, — буркнула сердито.
Не хватало вот только, чтобы мне бывшая любовница мужа советы давала.
Раздражения, правда, на Анастейшу не было. А та смотрела на меня едва ли не с ужасом и жалостью. А второе-то к чему? Мол, знала бы, что теряешь, глупая?
— И не жалко его тебе? — с надрывом поинтересовалась демонесса. — Он же с ума небось сходит!
Хорошо хоть не предложила себя вместо меня, подумала я, и тут же мне стало очень и очень стыдно.
— Не сходит, он ночами пропадает куда-то. И вообще на расстоянии держится! Всегда!
Признание вырвалось и получилось каким-то прямо жалостливым. Во всяком случае, Анастейша переменилась в лице и взяла меня за руку.
— Бедненькая. Сложно, да? У вас же обычаи разные, взгляды разные. Так проследи за ним. Не думаю, что по бабам бегает. Скорее, носится, чтобы жар скинуть.
— Что? — сначала не поняла я, а потом покраснела.
Даже в полумраке экипажа это было видно, так как Анастейша со вздохом подняла взгляд к потолку и проговорила задумчиво:
— Про размеры, я так понимаю, лучше не спрашивать. Да?
— Ну…
Нарры, я не понимаю, как это можно обсуждать?!
С другой стороны, я прекрасно помнила, как тетушки, да порой и мама, едва ли не тайком удирали в беседки в саду или в цветочные галереи, чтобы прочитать новый роман. На обложках обычно сливались в экстазе самые разные расы. Которые в реальной жизни друг друга как партнера вообще не рассматривали. Ну, к примеру, тролль и эльф. Смешно, честное слово! А в романах ничего, грешили только так.
— То есть о том, что у высших там размеры могут меняться, ты тоже не в курсе? — невинным тоном спросила Анастейша.
Пейзаж за окном резко отошел на второй план. Я невидящим взглядом уставилась на пару орчанок, которые от души поливали друг друга отборными ругательствами. Мозг старался переварить фразу демонессы, но почему-то не мог.
— Чего? — вышел какой-то писк.
А Анастейша явно веселилась.
— Девочка моя, — сообщила она тоном вселенского гуру, — высшие, конечно, в принципе любовники хоть куда. Кровь горячая, темперамент зверский в прямом смысле, но есть еще кое-что. Они могут изменять свои размеры…
Почему-то резко представилось мужественное лицо Хама и гигантские уши. Да, да, пожалуйста, пусть она говорит про уши!
— …это вносит разнообразие в сексуальные игры.
Нет, уши точно ни при чем.
Щеки опалил румянец смущения, а в душе проснулось ревнивое чувство. Почему я, жена, до сих пор не в курсе таких интимных подробностей, касающихся мужа? А стоило представить, как она… с ним… Непроизвольно сжались кулаки, и я заставила себя медленно выдохнуть.
— У инкубов так же? — не узнавая собственного голоса, спросила у Анастейши. — Вы ведь с хозяином заведения близко знакомы.
Демонесса изменилась в лице и предпочла отвернуться к окну. Непроизвольно я попала в точку.
— Нет, у них другие достоинства. Они чувствуют женщин и умеют доставить удовольствие. С ними ощущаешь себя особенной… — произнесла она с ностальгией и закончила бесцветным голосом: — Вот только особенные у них каждый день новые, и не по одной. Демоны в этом плане честнее. Они дарят свою страсть многим, но сердце — лишь одной, единственной. А инкубы просто бессердечные мерзавцы, неспособные на чувства, только и морочат красивыми словами головы поверившим им дурочкам.
— Он на тебя так смотрел… между вами ощущалось напряжение.
— Мы не очень хорошо расстались, только и всего. Сама виновата, напридумывала себе того, чего нет и не может быть.
— Тогда зачем мы пошли в его заведение?
— Я давно там не была. Не думала, что он еще не наигрался в хозяина. Да и тебя хотела развлечь, когда еще теперь полюбуешься на красивых, мускулистых, полуобнаженных мужчин.
Неожиданно мне стало смешно.
— Анастейша, ты забыла, в каком месте я работаю? Мне стоит лишь заглянуть к нашей валькирии на тренировку по боевой подготовке, и я на этих мускулистых и красивых смогу часами любоваться.
Мы переглянулись с демонессой и рассмеялись.
Да уж, развлеклись, называется. Она получила болезненный привет из прошлого, меня практически застукал супруг там, где не следует, и теперь мы улепетываем голодные.
— Анастейша, давай в следующий раз просто пообедаем в тихом местечке, без всяких… эм-м… изысков, — сквозь смех попросила ее.
— Можем и сейчас… знаю я одно местечко, — оживилась воспрянувшая духом демонесса.
— Нет! Давай я лучше в Академию, — попросила ее. На сегодня мне приключений хватит. — Может, не будешь спешить с отъездом?
— Может, и не буду, — задумчиво произнесла демонесса, и мысли ее в этот момент витали где-то далеко.
Мы расстались у Академии, договорившись созвониться, и я юркнула через ворота, предварительно осмотревшись по сторонам. Супруга на горизонте видно не было, и, успокоившись, я бодро зашагала по аллее. Пусть еще докажет, что я куда-то выходила! Вон и Хвенильда пробежала, если что, будет свидетелем: я была в Академии.
Голодный желудок напомнил, что я сегодня даже не завтракала, и в столовую решила все же заглянуть, поесть по-быстрому. Набрала полный поднос всего и побольше. И спокойно устроилась за столиком у окна, где много цветов. Основная масса адептов и преподавателей уже поели, так что кроме меня в светлом зале оставалось человек пять. Не больше.
Мою руку перехватили, когда я как раз отрезала кусок мяса и собиралась отправить его в рот. Обернулась и увидела лицо нависающего надо мной демона, который направил мою вилку себе в рот.
Я сглотнула. То ли из-за украденной из-под носа еды, то ли из-за неожиданного появления супруга.
— Как прогулялась? — поинтересовался он, присаживаясь рядом.
Выражение зеленых глаз мне не понравилось, как и несколько напряженная поза.
— С чего ты взял, что я гуляла? — фальшиво удивилась в ответ.
Хм, странно, но я только что видела инкуба, а муж все равно показался куда как интереснее.
Хам придвинулся вплотную и интимно шепнул на ушко:
— Ты вся провоняла дешевыми благовониями из «Услады».
От вибрации его голоса и сдерживаемого рычания у меня мурашки побежали по коже, а он сжал мою руку с вилкой и опять направил кусок мяса себе в рот. Мало того, что запугивает, так еще и объедает! Одно слово — демон!
— Ты что творишь? — зашипела на него. Быстрый взгляд по сторонам показал, что все забыли о еде и наблюдают за разворачивающимся на их глазах представлением.
— Я? Утоляю хотя бы один терзающий меня голод, — с намеком сообщил он, предлагая самой догадаться, какие еще виды голода его терзают. — Ты лучше расскажи, что забыла в этом низкопробном заведении, где собирается кучка неудовлетворенных женщин.
— Я же не спрашиваю тебя, что ты забыл в «Акации», куда бегают на тайные свидания, — ядовито произнесла в ответ.
Вырвала руку из его захвата, быстро наколола вилкой кусок мяса и сунула в рот, яростно жуя, чтобы не сболтнуть лишнего.
Вот, мы совсем ничего женаты, а я уже опустилась до подозрений и упреков.
— Я был там по делам, а вот ты…
— Представь себе, тоже!
— Какие у тебя могут быть там дела? — свысока произнес он, как будто все, что меня могло интересовать, — это полуобнаженные мужчины.
Звонок на лекцию избавил меня от резкого ответа.
— Дома поговорим! — Я встала.
— Как скажешь, Цветочек.
Демон поднялся вслед за мной и опять сграбастал мою руку. Вот далась она ему! Вилка же осталась на столе. Но этот гад перевернул запястье внутренней стороной вверх, приподнял рукав блузки, обнажая брачную татуировку, и поцеловал, ловя губами мой взбесившийся пульс.

Глава 25

ХАМСФЕРЖЕНВАЛЬД 

Дэрин спаслась бегством. Вовремя. Я проводил ее красноречивым взглядом, занял освободившийся стул и огляделся. Немногочисленные посетители смотрели в ответ.
— Что? — спросил тем тоном, от которого у существ начиналась дрожь. — Какие-то вопросы?
Проверять на стойкость преподавателей можно по-разному. Миг, и зрители сделали вид, что очень заняты своими тарелками. А я подумал и подозвал сюда одного из тех, кто стоял за раздаточным столом.
— Упакуй это все и отнеси леди Дэрин.
— У нее занятия, — сообщила мне чуть грузная орчанка в темно-синей форме младшего повара-раздатчика.
— Я не спрашивал, что у нее. Просто упакуй это и отдай тому, кто отнесет.
— Нельзя выносить еду из столовой.
Правила я уважал. Хотя бы потому, что в них очень часто были лазейки.
— Правильно, нельзя выносить их на тарелках. Так написано в правилах. Но нигде не отмечено, что нельзя выносить в коробках. Поэтому не спорь, а просто сделай так, как я прошу. Потому что если она останется голодной, то я расстроюсь.
Орчанка понеслась отдавать приказания кому-то в глубине кухни. А я встал и не спеша направился в сторону тренировочного плаца.
Находился он между третьим и четвертым корпусами, обнесенный вокруг невидимым силовым полем, чтобы ненароком не задеть невинных зрителей или мимо пробегающих.
Точнее — зрительниц. Подходя к плацу, я заметил на нем адептов, а вот вокруг — адепток. Те, кто уже отучился или сегодня не имел занятий, толклись на границе и разглядывали будущих воинов, щеголявших в одних лишь тренировочных штанах.
Перед мысленным взором появилась Дэрин. В том виде, в котором она была в горячих источниках. И без того тщательно сдерживаемое желание начало потрескивать с такой силой, что пришлось остановиться. И подумать об эльфийских ухаживаниях. Пока только они помогали мне держаться от жены на расстоянии. Охлаждали получше ледяного душа и ночных пробежек. Потому что стоило прочитать о том, что цветы для первого свидания нужны снежно-белого цвета, как символ чистоты и невинности возлюбленной, так скулы начинало сводить. То ли от хохота, то ли от скуки.
«Комплименты на третьем свидании вы должны говорить тихим голосом, при этом не допуская фривольности в тоне. Возлюбленная должна слушать, допускается ее смущение, но если она захихикает, то вы сделали что-то не то. Перед свиданием лучше всего потренироваться с ближайшей родственницей, до тех пор, пока тон и комплименты не будут звучать идеально».
Как они не вымерли с таким подходом к семейной и интимной жизни? Пока там дело до сокровенного дойдет, то устанешь.
Неужели Дэрин и правда нужны все эти жесты, отточенные комплименты и остальное? Если верить трактату, то я сейчас вообще не должен ее касаться, чтобы «вернуть доверие и расположение после грубого обращения, от которого леди испытывает сильный стресс и может потерять цвет лица».
Знаете, что лучше всего возвращает цвет лица? Ночной полет за городскую стену, сидение на краю холма, а потом занятие сексом там же. Под звездным небом, среди полевых запахов и любопытных птиц. Последних можно прогнать легким рычанием.
Или забрать Дэрин в долину, показать водопад, струи которого светятся при наших лунах. Или отправиться смотреть, как идут раскопки древних подземелий. Близко не подпускать, там иногда срабатывают заложенные проклятия, но зрелище впечатляющее.
Так вместо всех этих вещей я вынужден сейчас зубрить чертов трактат. Все еще первый том. Ночью. Запираясь в подвале, чтобы не нашли. Вместо того чтобы находиться вместе с женой!
В сердцах рыкнув так, что по бокам пригнулись кусты, шагнул на плац и прогремел:
— Адепты, построиться!
Миг, и ровная линия по росту оказалась перед моим взором. А они могут двигаться, если их стимулировать. Прошелся вдоль строя, отмечая на лицах готовность слушаться. И прорычал:
— Двадцать минут разминки, а затем я проверю уровень вашей подготовки.
Со стороны зрительниц донесся непонятный общий вздох. Я покосился, но решил их не разгонять. В конце концов, пусть поагужат дополнительным стимулом.
Сам тоже побежал по кругу, одновременно думая, что надо было в столовой не рычать на Дэрин, а сказать ей о сюрпризе.
Жаль только, пока новости о пропавших адептках не радовали. Я пожертвовал обедом, чтобы лично съездить в одно место и расспросить тех, кто там работает. Слишком странно звучали новости от моих осведомителей. Мол, адептку Тарриэль в последний раз видели в «Акации» вместе с эльфом. Все бы ничего, но у адептки не было официального возлюбленного. А для эльфийки появиться в подобном месте, да еще без поклонника, по меньшей мере странно. Хотя тут и там эльфы охают, что молодежь в последнее время совсем от рук отбилась. Мол, ухаживать хотят не годами, как принято, а максимум полгода.
Да-да, просто ужас какие невоспитанные.
Но сильнее безнравственной эльфийки меня смущал тот момент, что в этой же «Акации» видели и еще пару пропавших адепток Людей. И тоже с незнакомцем в маске. Некоторые из работников «Акации» говорили, что это эльф. Причем один и тот же. И сценарий развивался одинаково: сначала ходили и сидели за столиком, потом пропадали в номерах на втором и третьем этажах, а затем резко переставали появляться. Исключение было лишь с эльфийкой: в номера она не поднималась.
И вроде даже логично, подумал я, на ходу снимая жилетку. Со стороны зрительниц раздался глухой стук. Кажется, кто-то упал в обморок.
Эльфы-мужчины не так уж милы, как кажутся на первый взгляд. Соблазнить девушку-человека для них порой сродни спорту. Из-за чего нередко между людьми и эльфами вспыхивали конфликты. Браки между этими расами не совершались, так как соединять практически бессмертное существо и того, кто живет максимум сто пятьдесят лет, — кощунство. Прецеденты были, но в обществе не одобрялись.
Повезло, что эльф в маске, часто меняющий спутниц, привлек внимание работников «Акации». Они даже между собой ставки делали, как много времени ему потребуется уговорить новую девушку подняться в номера. С эльфийкой вышла осечка. В последний вечер, когда их видели вместе, девушка в слезах убежала от него. Один из официантов вспомнил, что она говорила о путешествии своих родителей и о необходимости поехать к ним и сообщить об обручении. Ее спутника такие планы не обрадовали.
Сначала он ее в чем-то настойчиво убеждал, поглаживая руку, а потом парочка стала ссориться, и девушка убежала. Эльф расплатился и ушел следом. Больше с ней его не видели. Но недавно он стал появляться с другой девушкой.
Эта информация заинтересовала. Следовало оставить у «Акации» наружку и проследить за любвеобильным эльфом. Но распорядиться я не успел. Все планы смешала проехавшая карета, в которой ощутил присутствие Дэрин. Как гончая, взявшая след, устремился за скрывшимся за поворотом транспортным средством.
Анастейша! Брошенная любовница не могла не пощекотать нервы. Только она могла додуматься привезти Цветочек в «Усладу». Я был более чем уверен, что Дэрин даже не подозревала о существовании таких заведений.
Разминка окончилась, а вот мысли — нет. Мрачно оглядывая слегка запыхавшихся адептов, я уже представлял, как буду выкладываться вместе с ними. Чтобы устать и хотя бы на время перестать думать про Дэрин. Которая вместо того, чтобы чинно сидеть дома, как и подобает жене высшего, катается по сомнительным заведениям.
И не запрешь ведь. Раз дал слово не мешать до конца года с преподавательством, то придется сдержать. Но насчет «Услады» и подобных мест поговорить придется. Вот где-где, а там ей точно делать нечего.
— Отдохнули? — спросил ласково у адептов.
Те слегка насторожились, а я уже открывал захваченный портал. Прямиком на тренировочный полигон, куда еще утром запустил отборную нечисть. Ну все, начинаем занятия!

* * *

ДЭРИН 

Вторая половина дня прошла почти мирно. Не считая того, что я едва не уронила чашку с чаем на преподавателя философии, которого все же звали Барт. За что получила мрачный взгляд и пожелание пить чай в столовой или в своей комнате. Не удержалась и сообщила, что с такой нагрузкой, да еще в конце года, поесть можно только на ходу. И если у него все не так, то я ему завидую.
Еще и Декст никак не хотел выбрасывать из головы идею с Эктавионом. Троица адептов отловили меня после практических занятий. Сделать это было легко, так как я присела под дерево и пыталась отдышаться. Со мной сразу стали делиться первыми результатами. В принципе, ничего нового: по нему сохнут практически все девицы, а с некоторыми он проводит дополнительные занятия. Небольшая группа, никаких индивидуальных, но девушки выходят раскрасневшиеся, как после свидания.
Вроде ничего крамольного, но глаза адептов горели азартом, как у гончих.
— Вы, главное, к экзаменам подготовку не забрасывайте, — устало произнесла я. Судя по их боевому настрою, отговаривать от слежки бесполезно.
— Мы составили план наблюдения. Будем дежурить по очереди. Наши за ним присматривают здесь. Он в город вроде собирается.
— Глаз с него не спустим! — мрачно пообещал гном.
Нет, он точно неровно дышит к Тарриэль. Сочувствую. Это примерно как тролль и эльф, помните?
Благословив адептов на хулиганство, я еще пару минут посидела под деревом и только потом встала. Принято считать, что походка у эльфов всегда летящая, но сегодня я себе напоминала старую черепаху.
Размышляя, где лучше принять душ: в Академии или дома и как помириться с Хамом, я почти добралась до ворот. И застыла, глубоко задумавшись на тему ночных исчезновений высшего. Анастейша права: надо выследить, куда он ночами бродит. После «Услады» я уже с подозрением косилась на вывески. Мало ли, вдруг он бегает, чтобы ему массаж делали? У меня стоны той женщины, которой ноги массировали, до сих пор в ушах стоят.
— Вот га-а-ад! — протянула тихо и услышала, как рядом кто-то подавился.
Моргнула и поняла, что стою посреди дорожки и в упор смотрю на Барта. А у того лицо такое… Ну, он явно принял «гада» на свой счет.
Ой! Неудобно-то как.
— Я не вам, — попыталась оправдаться, но философ уже развернулся и зашагал в противоположном от ворот направлении. Догонять и извиняться не было сил. К тому же он меня и так терпеть почему-то не может. Не думаю, что сильно испорчу этим отношения.
Я отмерла и продолжила свой путь.
На талию легла тяжелая рука, останавливая, когда до вожделенной цели оставалось не более десятка шагов. Даже не поворачивая головы, по одной властной хватке узнала супруга.
— Далеко собралась? — прозвучало грозно.
— Домой. — Я с опаской взглянула на Хама и удивилась, как разгладилось его нахмуренное лицо. Ой, это я домом наш мрачный особняк назвала?!
— Почему меня не подождала? — уже другим тоном спросил он.
— Думала, что ты еще занят. Устала.
Наверное, только усталостью можно оправдать то, что я зашагала домой в город, вместо того, чтобы дождаться его у себя в комнате и отдохнуть.
— Что ж ты себя не бережешь? — проворчал он и открыл портал. Под вопль «Не положено!» выскочившего из сторожки привратника мы шагнули в портал.
Я тут же повисла на супруге и только благодаря его сильной руке удержалась на ногах. Проворчав под нос что-то неразборчивое, Хам подхватил меня на руки и шагнул к двери, которую тут же распахнул перед нами элементаль.
— Восстанавливающий силы напиток и фрукты в зеленую гостиную, — приказал ему демон.
Стало любопытно, почему мы не идем ко мне в покои, но на руках высшего было так хорошо, что не стала спрашивать. К тому же настаивать нести меня в спальню… не посчитает ли он это намеком? Поэтому я молча восстанавливала дыхание после перехода. Должна заметить, что с каждым разом они давались все легче и легче.
В гостиной меня осторожно усадили на диван, и тут же возник красный элементаль с подносом.
— Залпом и до дна, — приказал Хам, беря прозрачный бокал с зеленоватой жидкостью и протягивая мне. Я заколебалась, но он настоял: — Поверь, тебе станет лучше.
Я принюхалась. Пахло приятно, мятой и травами. Больше не колеблясь, выпила до дна. Жидкость была густая, но освежала. Не успела допить, как бокал у меня забрали и вместо него всунули в руку дольку яблока. Вообще-то для этого есть специальная вилочка, но я не стала капризничать.
— Ну как?
— Лучше, — прислушавшись к себе, вынуждена была признать я.
— Тогда поговорим?
— Хорошо, — кивнула я, садясь прямо.
— В доме есть еще кто? — спросил у элементаля Хам. — Что-то слишком тихо.
— Нет. Все разошлись еще днем.
«Днем?!» — ахнула я. Это же о чем они так долго с моими родителями общались?
— Тогда накрой ужин часа через два.
Элементаль поклонился и исчез, оставляя нас наедине.
— Зачем ты встречалась с Анастейшей? — не стал ходить вокруг да около супруг.
— Она уезжает скоро. Хотела убедиться, что у меня все в порядке.
— И для этого повела тебя в «Усладу?». Или вы в «Акацию» направлялись вначале? — с неудовольствием спросил супруг.
— Все совсем не так. Я сама…
— Дэрин, ты понимаешь, что это не те заведения, куда тебе стоит ходить?
— Что же ты сам делал в «Акации»?
— Искал следы пропавшей эльфийки. Тарриэль.
— И я! — воскликнула с облегчением. — Ее видели там. Тебе удалось что-то узнать?
— Дэрин, не лезь в это дело. Я все выясню и тебе расскажу. Пока нет ничего определенного.
— Точно расскажешь? — переспросила я. То, что он взял пропажу эльфийки под свой контроль, успокоило.
— Точно, — неожиданно улыбнулся Хам. — Но ты для этого перестанешь играть в детектива.
Он взглянул на меня снисходительно, как я на своих адептов сегодня. Не обиделась, понимая, что у него в таких делах больше опыта.
— Хорошо. Я не знала, что ты этим делом занимаешься, но теперь спокойна.
— Отлично, тогда я не зря подготовил для тебя сюрприз.
— Сюрприз? — заинтригованно спросила я, но он лишь загадочно улыбнулся и протянул мне руку.
— Идем.
Я вцепилась в его пальцы и вздрогнула: от них шло такое приятное тепло, что совершенно непонятным образом захотелось прижаться к его ладони и замурлыкать. На миг мелькнула шальная мысль сделать такое и посмотреть, как изменится лицо высшего. Но Хам уже тянул меня по лестнице, так что пришлось подчиниться. Ну хоть за руку взял, а то в последние дни шарахается как от самки нарра. Кстати, надо спросить.
— Хам… Хамсферженвальд, а почему…
Высший приложил палец к губам, призывая к молчанию, и я насторожилась. Мы как раз поднялись на второй этаж. И я отчетливо услышала, как в моей спальне кто-то носится. И пыхтит. И затормозила бы, но высший тащил меня вперед. Толкнул тяжелую деревянную дверь и отступил в сторону, открывая мне вид на комнату. Она выглядела так же, как и утром, за исключением одной детали. При виде нее я резко втянула воздух и округлила глаза в немом восхищении. Просто орать «О, какая милая прелесть!» в такой ситуации показалось нелогичным.
В центре комнаты деловито раздирал остатки ковра самый редкий зверь на Андорре. Звездные диары пришли с Крокуса, вместе с высшими. В их мире они считались идеальными охранниками и бойцовыми животными, потому и сопровождали воинов повсюду. Я читала, что у высших с диарами нечто вроде ментальной связи. Если диара выберет себе хозяина, то это на всю жизнь. Умрет высший — его питомец не проживет и часа, уйдет следом от тоски и боли. Диары не встречались в дикой природе. Они жили в трех заповедниках, на территориях высших. И сопровождали только демонов и больше никого.
Вопрос: что маленькая диара делает в моей спальне? Ну, кроме того, что уничтожает ковер, который мне не нравился.
— Хороший вкус, — протянула тихо, намекая на ее отношение к местной мебели.
При звуках голоса диара вскинула лобастую голову. Они напоминали тааранских пантер, по крайней мере детеныши. Только вот, взрослея, диары становились больше в два раза. Этакий сгусток стальных мышц, бронебойной кожи и холодной сосредоточенности. Темно-синяя густая шерсть притягивала взгляд, а вокруг морды с мощными челюстями и раскосыми зелеными глазами топорщилась сияющая серебристым светом шерсть. Видимо, поэтому звездные.
— На… — Я хотела выругаться от полноты чувств, вспомнила, что вообще-то леди, и прикусила язык в прямом смысле. Едва не взвыла, но ограничилась невнятным мычанием. Пусть Хам думает, что у меня дар речи пропал от восторга.
На самом деле почти так оно и было. Восторг и здоровое волнение. Как эльф, я тонко ощущала все живое кругом. Так вот, диары выглядели чуждыми, как и высшие. Они пришли в наш мир, сумели занять в нем нишу, но я ощущала дисбаланс. Сложно объяснить. Это как если в оркестр из флейт затесалась труба.
Диара чуть склонила набок голову, а я в панике поняла, что Хам отошел в сторону. И едва не прыгнула следом за ним. Остановил шепот мужа:
— Ей надо тебя обнюхать.
Исключительно мантра «эльфы — существа гордые» помогла мне не удрать. Даже маленькая диара внушала трепет и уважение. Медленно, чувствуя, как бешено колотится сердце, я присела на корточки.
Надеюсь, Хам знает, что делает.
Или в анналы истории войдет прецедент, как жену высшего слопала диара.
Или мне все же не стоит думать о таких вещах, да.
Я смотрела в миндалевидные зеленые глаза с узким зрачком. Красивые глаза, умные, даже у детеныша. Их оттенок мне смутно напомнил цвет глаз Хама. Как и аура, витавшая вокруг диары. Ко мне приближался будущий мохнатый воин. И даже в таком возрасте у нее оказались весьма хорошие клыки.
Мы и так неплохо связаны с природой Андорры, а я, как преподаватель маскировки, должна еще сильнее чувствовать живых существ. Поэтому мысленно раскрылась навстречу, прикрыла глаза, сосредотачиваясь. Это не ворону на лету завербовывать для любовного послания.
Аура у каждого существа особенная. У диары она напомнила мне гул прибоя во время шторма. На миг даже показалось, что вокруг соленый, свежий запах. Глубоко вдохнула и показала ей себя. В общении с животными главное — доверие. Они все действуют на интуиции и чувствах.
Когда в руку ткнулся мокрый нос, я не дернулась. Просто медленно открыла глаза, уже чувствуя, как аура диары становится не такой чужой. А сам детеныш продолжал меня обнюхивать, пока не тронул лапой и не лег на спину. После чего поднял лапы вверх и глянул серьезно и задумчиво.
— Дорогой… — тихо окликнула Хама, понимая, что сейчас полностью выговорить имя не смогу.
Тот остался стоять на месте, но пояснил:
— Она тебя приняла, как я и думал. Самая озорная из всего потомства могла выбрать только самую непокорную из жен высших.
— А вот сейчас… — начала я было, поднимаясь, но Хам мне помог и, прихватив ладонь, элегантно ее поцеловал. Не убирая руки от своих губ, заглянул мне в глаза, отчего я слегка поплыла. Провалилась в зелень глаз, невольно вспоминая горячие источники и долину. Замерла, понимая, что сейчас покраснею и что взгляд у высшего становится все более темным и жарким. И настолько откровенным, что по телу прошла странная, но восхитительная волна. Даже послышалось журчание весеннего ручейка…
А нет, не послышалось.
Мы одновременно опустили взгляды вниз. На диару, которая задумчиво писала на ботинок Хама.

Глава 26

Я заметила, как глаза мужа стали стремительно краснеть, и торопливо присела, прикрывая диару руками и всем телом.
— Эй, она маленькая!
— Судя по луже, вполне даже большая! — ответили рычанием, от которого у диары дыбом встала шерсть, а у меня приподнялись волосы.
— Дорогой!
— О, как ты меня называешь! — делано умилился Хам.
При этом он поднял нас обеих и разделил. В итоге диару оставил висеть, держа за шкирку, а меня опустил на пол. И поинтересовался:
— Теперь каждый раз, когда этот половик будет хулиганить, ты будешь называть меня ласковыми эпитетами?
— Ну просто имя… — Я заколебалась, столкнулась со взглядом Хама и решила, что лучше договорить. — Ну оно у тебя необычное, да, красивое. Но выговаривается…
— Ты отлично его выговариваешь, — сообщили мне. — Извини, дорогая, но мне надо срочно сменить обувь. И прислать сюда слугу для уборки.
Хам поднес диару на уровень глаз, встряхнул так, что у зверя клацнули клыки, и внушительно произнес:
— Еще раз подобное повторится, и твоя шкура украсит мой пол.
Диара обвисла и тихо рыкнула. В ответ Хам уставился на нее так, что даже я испугалась. И торопливо проговорила:
— Она же ребе…
— Мырк! — сообщила диара, а ее длинный пушистый хвост завилял.
— Так-то лучше.
С этими словами Хам опустил ее на пол и вышел, как-то чересчур торопливо. Наверное, и правда в мокрых ботинках чувствовал себя неуютно. Я же опустилась на пол и погладила нового питомца по голове. На ощупь диара казалась очень горячей.
Ну прямо как Хам. У меня кончики пальцев закололо от воспоминаний, как они скользили по его напряженным мышцам. Сглотнула и закрыла лицо руками. Эй, благородная эльфийка, о чем вы думаете, а?
«Я же ничего про диар не знаю!» — мелькнула мысль.
Точно! Подарил мне питомца, а что к чему — не объяснил! Я вскочила и пробежалась пару раз по комнате, заставляя себя успокоиться. Диара следила за мной и явно собиралась присоединиться к пробежке.
— Сидеть! — строго сказала я, метнувшись к двери в смежную спальню.
Ага, так меня и послушали! Диара тут же радостно подпрыгнула и лапой зацепила край рубашки. Вот именно сегодня мне захотелось надеть новую светлую рубашку, которую следовало носить навыпуск, с ремнем. Раздался тихий треск, и подол превратился в длинные полосочки. А диара припала к остаткам ковра и снова сказала «мырк».
— Ты не диара, — печально сказала я, глядя на разодранную ткань, — ты — нарра.
Не идти же к мужу в таком виде. Еще раз посмотрев на испорченную одежду, я сделала себе пометку приказать сделать замок в гардеробную, чтобы запирать на время своего отсутствия. Не хочется по возвращении домой увидеть вместо платьев — ленточки.
— А может, ты и права, — протянула задумчиво диаре.
Та снова мыркнула, села и начала вылизывать лапу. И это боевая машина? Да я страшнее выгляжу, когда на адептов злюсь.
В итоге пришлось идти переодеваться, предварительно плотно закрыв дверь в гардеробную. Можно было просто сменить рубашку. Но я почему-то решила переодеться совсем. Причем сначала долго стояла под душем, благо он был смежным с гардеробной. Потом зачем-то натерлась дорогущим кремом с нежным ароматом и надела один из наборов, при виде которого краска сама собой приливала к щекам. Нечто прозрачное, невесомое и льнущее к телу. Мне пришлось даже сделать пару глубоких вдохов, чтобы успокоиться. Потому что волнение внутри подкидывало образы, от которых начинали трястись руки, а в животе как-то начинало потягивать.
Платье я выбрала бледно-голубое, с многослойной юбкой из тончайших тканей и открытыми плечами. Волосы сначала подняла, глядя на себя в зеркало, потом распустила, потом заплела, потом плюнула и поняла, что, как ни причесывайся, на лице все равно останется странный румянец и бешеный взгляд.
Что со мной?
«Я иду поговорить о диаре», — напомнила себе. Вдох-выдох, чтобы утихомирить пульс.
Степенно вышла из гардеробной. Диара устала меня ждать и облюбовала место на кровати, сделав из покрывала гнездо и улегшись посередине. Спор с животным о праве спать на постели я решила отложить на потом и на цыпочках подкралась к смежной двери. Диара даже ухом не повела.
Я взялась за ручку, но замерла. Наверное, нехорошо без спросу врываться, пусть и к мужу. А вдруг он не одет? Подняла руку постучать, да так и замерла, услышав голоса на повышенных тонах. Забыв о воспитании, тихонько приоткрыла дверь, так как голос второго говорившего показался мне знакомым.
— Дэрин никогда не полюбит вас! Наша с ней любовь расцветала с детства.
Что меня поразило, так это горячность всегда спокойного Иррилия. Зачем он позвонил высшему? Что хочет доказать?
А вот ответ Хама был холоден и высокомерен:
— Чувства моей жены не должны вас тревожить.
— Вы не имели права! Мы обручены, я оспорю ваш брак!
— Не советую. Никаких объявлений о вашей помолвке не было, а за любую тень, брошенную на наш брак и имя моей жены, я потребую ответа кровью.
— Я сам потребую от вас ответа за принуждение! Как только мы сделаем остановку в городе, ждите вызова!
— Меня никто не принуждал! — не выдержав, я вмешалась, пока он не натворил бед, и ворвалась в комнату.
Чем он думает?! Жить надоело? Где он и где высший. Его же одной левой размажут! Стоило только вспомнить боевую трансформацию демона, как сразу становилось ясно, за кем будет победа.
— Ирр, ты почему мне не позвонил?
Друг детства окинул меня взглядом, в котором царили горечь и тоска.
— Мои вызовы блокируются.
Я перевела вопросительный взгляд на Хама, а тот лишь пожал плечами:
— Ты моя жена, а он не является твоим родственником.
Мне оставалось лишь стиснуть зубы и не показать наших разногласий. Наедине поговорим! Стараясь не показать бушевавших чувств, я встала рядом с мужем и посмотрела на друга детства. Сейчас, сравнивая двух мужчин, я могла себе признаться, что до сих пор люблю Иррилия, но как друга. Восхищаюсь им, испытываю нежность, но он не вызывает в груди ту бурю чувств, которую удалось разбудить во мне высшему. С Иррилием я спокойна, а вот рядом с мужем горю.
— Ирр, прости. Меня никто не принуждал. Мне жаль, что так получилось. Мы поспешили. Я всегда восхищалась тобой, ты дорог и близок мне, но я… — хотела сказать «люблю тебя как друга», но остереглась провоцировать демона. — Ты для меня друг. Я только недавно разобралась в своих чувствах и поняла разницу.
Ага, как замуж вышла, так сразу и ощутила разницу между эльфами и демонами. Последние стремительно берут тебя в плен, кружат голову и называют своей. Я и сама не заметила, как приняла наш брак и стала считать мужа своим. Хам? Каких поискать! Невыносимый? Да. Со скверным характером? Еще каким! Но он мой. И наш брак я готова отстаивать хоть перед родителями, хоть перед друзьями. Фиора вообще чуть в обморок не упала, когда услышала о нашей свадьбе, и тут же предложила мне убежище у них дома.
Странно, я хоть вначале и бесилась из-за того, что он на мне стремительно женился, и продумывала планы страшной мести, но убежать не хотела ни разу, а это о чем-то да говорит.
— Дэрин, не бойся за меня. Я могу за себя постоять. И я тебя спасу!
— Себя спаси! — процедил демон.
— Не надо никого спасать! — воскликнула я. — Ирр, услышь меня! Я замужем, а все, что было между нами, — ошибка. Мы перепутали дружбу с любовью. Когда ты полюбишь, сам это поймешь.
— Хочешь сказать, что ты любишь его? — с вызовом спросил он.
Я как будто получила удар под дых и замялась с ответом. Слишком остро ощущала напряжение рядом стоящего демона в ожидании ответа. Мы с ним не говорили о чувствах. Да, он называл меня своей парой, но ни разу не сказал, что любит. Признаваться в этом первой было страшно… Я же сама только недавно смогла разобраться в себе. Испытывала к нему клубок противоречивых чувств, из которых родилось новое и светлое, и говорить об этом вслух, сейчас… я не могла. Это глубоко личное, чтобы обсуждать при Иррилии, и у меня как будто язык к нёбу прилип.
Он же воспринял это по-своему. Удовлетворенная улыбка скользнула по его губам, и он заявил:
— Через неделю мы прибудем в Газбо, и я перенесусь в столицу. Посмотрим, что ты скажешь, глядя мне в глаза.
— Ты и близко не подойдешь к моей жене! Иначе я вырву тебе сердце, — с угрозой пообещал Хам.
— Ты уже его вырвал, похитив ее, — ответил Ирр и прервал связь, бросив на меня прощальный, но решительный взгляд.
— Скажи, что это была шутка насчет сердца, — потребовала я.
— Я его предупредил! — мрачно ответил демон.
— Ты не можешь с ним так поступить! Если по справедливости, он имеет все основания гневаться. Я ответила согласием на его предложение, и формально ты действительно женился на его невесте.
— Разве? — скривил губы высший. — Но объявления о помолвке не было.
— Да при чем здесь это! Если бы ты дал мне возможность с ним объясниться, этого бы разговора вообще не было! — воскликнула я, но мои слова вывели его из себя.
— Забудь о нем! Ты моя жена, и я запрещаю тебе с ним любые контакты, иначе он умоется кровью.
— Ты ведешь себя как тиран! — не выдержала я.
— Я высший, милая, — неприятно оскалился он. — А если он не перестанет лезь к моей жене, то лишится жизни, и это не обсуждается.
— Гр-р-р, — зарычала я и как ошпаренная выскочила из спальни, иначе бы кинулась на него. Нарры подери твердолобость демона! Да и вообще всех мужчин. Один бросается спасать и отказывается верить, что этого не требуется, а второй уперся и не дает объясниться.
Злющая, как стая нарров, я кружила по своим покоям, не зная, как выйти из этой ситуации и образумить мужчин. Диара безмятежно дрыхла и даже ухом не повела на метания хозяйки. Но именно ее безмятежность меня и успокоила. Я села на кровать, зарывшись рукой в густую шерсть питомца, и выдохнула.
«Почему, как только между нами начинает все налаживаться, так обязательно что-то случается?» — задала риторический вопрос.
К тому же чувствовала, что, даже продолжи я настаивать на своем, все равно ничего не добьюсь. Может, стоит пойти другим путем? На ум приходило лишь одно. В детстве, если мы ссорились с Иррилием или за что-то обижались друг на друга, то для примирения стаскивали из кухни что-то сладкое. Ведь сложно сердиться, если к тебе приходят с десертом. Попробуешь его, и все обиды проходят. Пусть я уже давно не ребенок, но, может, стоит попробовать накормить моего демона сладким?
Окрыленная идеей, я оставила дрыхнущую диару и выскользнула из покоев. Коридор был пуст, но вот на лестнице столкнулась со свекром.
— У вас все в порядке? — прямо спросил он.
Я так понимаю, они наши крики и на первом этаже услышали. Знала, что у высших слух отменный, но чтобы до такой степени… На миг стало неудобно, но с другой стороны он и так уже в курсе.
— Нет, — ответила честно и нажаловалась: — Он собирается вырвать сердце моему другу детства.
— Пойдем поговорим, дочка.
Демон предложил мне руку, и мы спустились вниз, в гостиную.
Свекор подождал, пока я сяду на софу, а сам опустился в кресло. Признаться, я уже готовилась услышать нечто вроде лекции о том, что мы демоны и у нас такие традиции, сердца вырывать, но он заговорил о другом.
— У тебя замечательные родители. Мы сегодня хорошо пообщались.
— Извините, мама…
— Как и всякая мать переживает за дочь, я понимаю. Она пояснила, в каком затруднительном положении оказалась, когда руки просил у них твой друг детства, а замуж дочь вышла за другого. Тут непонятно что предполагать будешь. Но что поделать, у нас такие традиции — не тянуть с ухаживаниями, а сразу делать женой свою женщину. Ты же приняла сердцем ваш брак? — бросил он на меня острый взгляд.
— Да, — ответила я, не понимая, к чему он ведет.
— А Хамсферженвальд об этом знает?
— Да, — уже несколько неуверенно произнесла я. Должен же знать? Я ведь не прошу меня от него спасать.
— Точно? — лукаво уточнил свекор. — К своим женщинам мы относимся трепетно и особенно остро реагируем на все, если боимся их потерять.
Хам боится?! Одно предположение звучало дико. Но с другой стороны, его отец не просто же так мне это говорит.
— Не знаю, рассказывал ли тебе сын, как мы покидали наш родной мир?
— Я знаю о том, что тогда погибли женщины и дети.
Взгляд высшего демона изменился, став задумчивым, а в глубине глаз затаилась печаль и чувство вины.
— Тогда я потерял жену. Она с той стороны контролировала отправку беженцев и отказывалась уходить. Успела только сына переправить с другими детьми и подростками. Та трагедия потрясла нас обоих. Он закрылся и, мне кажется, в глубине души винит меня за смерть матери.
— Но в чем ваша вина?!
— Что не настоял на своем, не забрал силой. Он такой же ответственный, какой была она.
— Что вы хотите этим сказать?
— Про работу в Академии. Из разговоров с твоей матерью я понял, как важно для тебя сделать карьеру. Сейчас близятся экзамены, преподаватель необходим. Но потом… Он может поступить по собственному усмотрению, желая обезопасить тебя.
— И что делать?! — не на шутку разволновалась я. Это же катастрофа!
— Могу поделиться нашей психологией. Свою женщину мы стараемся завоевать всеми разнообразными способами, не подпуская к ней любых возможных соперников. И лишь убедившись, что властвуем в ее сердце, становимся мягче и не такими непримиримыми. Нам важно, чтобы она была счастлива.
«Ясно. Если после экзаменов муж не разрешит вернуться в Академию, скандал не закатывать. Более действенный способ — делать печальный вид», — перевела его слова я. Хороший совет! Я уже поняла, что скандалом от супруга ничего не добиться. Мой взгляд на свекра был полон благодарности.
Захотелось пойти и испробовать совет. Объясню Хаму, что мне иного мужа не надо, у меня и так самый лучший супруг. Но если он убьет Ирра, то разобьет мне сердце, и чувство вины не даст радоваться жизни и быть счастливой.
— Спасибо! Я все поняла, — поблагодарила свекра, едва усиживая на месте.
— Беги, егоза, — с улыбкой, отпустил меня он. Как ребенка, честное слово. Впрочем, если вспомнить нашу разницу в возрасте, так и есть.
— Спасибо! — еще раз поблагодарила я, вскакивая.
Перед тем как подняться наверх, все же заглянула на кухню и выбрала нам десерт. Кухарка чуть за сердце не схватилась, увидев в моих руках поднос. Предлагала сама отнести или элементаля позвать, в конце концов, но мне было важно сделать это самой.
Окрыленная, прошла прямо в покои мужа, но опять его не застала.
— Да что ж такое! — воскликнула я и в сердцах пнула книжный шкаф. Стеклянные дверцы возмущенно звякнули, грозясь разбиться, как и мои мечты помириться. Оставила поднос на столике и оглядела комнату. Везде идеальный порядок. Сунула нос в гардеробную, но и там тоже никого. Хам не переодевался и куда-то опять ушел. Мне что, бегать за ним?!
Я разочарованно ушла к себе через смежные двери, думая, как теперь быть. Диара все еще дрыхла. Вот что значит крепкий детский сон! Я же села в кресло, горестно подперев ладонью щеку. Нет, определенно, как он вернется, его ждет серьезный разговор! Жена я или не жена? По статусу имею право знать, где носит моего супруга. Вот если я уйду непонятно куда? Он как реагировать будет? Так хотелось проучить некоторых, чтобы дошло, что я чувствую.
Меня как будто кто-то услышал. Зазвенел кристалл связи. Родители? Идея отправиться к ним показалась привлекательной, чтобы немного проучить Хама.
— Леди Дэрин… — тихо зашептал адепт, стоило мне ответить.
— Декст?! Откуда у тебя мой номер? — в шоке спросила я.
— У меня тетка работает в архиве. Нашла в вашем деле. Вы только ее не выдавайте!
Конечно, не буду. За распространение личной информации можно вылететь с работы без рекомендаций.
— Что у вас стряслось?
Ведь не пожелать хорошего вечера он мне звонит.
— Он здесь!
— Кто он?
— Эктавион! В «Акации». Внутрь нам пробраться не удалось. Туда пропускают только парочки. Нам женщина нужна.
— Ты мне предлагаешь?!
— Леди Дэрин, а кто еще? Вы же единственная в курсе, что происходит. Если использовать наших знакомых, так дольше будем объяснять и уговаривать. Вы только маску захватите, — попросил Декст, убежденный, что я не откажусь.
А я подумала… в конце концов, а почему нет? И из дома под важным предлогом уйду. Это же я втянула адептов в расследование и, как их преподаватель, обязана проследить, чтобы они не натворили дел.
— Ладно. Только без меня ничего не предпринимайте! Скоро буду.
Я отключилась и оглядела себя. Можно и не переодеваться. Забавно, собиралась к мужу, а побегу на свидание к адепту. Липовому свиданию! Нужно будет это до сознания моего ревнивца донести, чтобы чего себе не надумал. Заодно потребую отчета, где он сам пропадает.
Маска у меня где-то была. Черная, кружевная, от бального платья для маскарада. Хорошо, что взяла с собой этот наряд. Помню, как собирала вещи и еще колебалась насчет него, но вспомнила, что в Академии принято устраивать бал-маскарад после экзаменов, и голова не будет болеть, что надеть. Я нашла костюм в гардеробной среди перевезенных из Академии вещей. Их уже развесили, что облегчило поиски.
Диара лишь сонно мурлыкнула, когда я потрепала ее по холке и попросила вести себя хорошо. Двери в гардеробную все же плотно закрыла и, уходя, оглядела комнату, чтобы она не добралась ни до чего важного. Когти у этого создания острые, как я успела убедиться.
Из дома удалось ускользнуть незамеченной. Район у нас хороший, но по улице экипажи, не принадлежащие хозяевам домов, не ездят. Проживающие здесь ценят свой покой. Я влилась в поток гуляющих горожан, дошла до парка и уже там наняла карету, приказав везти в «Акацию».
Своих адептов увидела издалека. Они заняли наблюдательную позицию на углу улицы, чтобы не светиться у заведения. Попросив остановиться, я отпустила карету.
— Ничего себе! — выдохнули адепты, а гном даже присвистнул. Мое бледно-голубое платье, с многослойной юбкой из тончайших тканей и открытыми плечами, произвело на них впечатление.
— Леди Дэрин, шикарно выглядите!
— Спасибо, Декст. Так что у вас?
— Эктавиона в маске мы узнали. С ним девушка, по возрасту — адептка. Жаль, Хатиба с нами нет, он бы точно сказал. Но очень рыженькую Гертруду со второго курса напоминает. Она к нему на дополнительные занятия ходит. Они уже там около часа сидят.
Преподаватель решил обучение расширить и провести его в «Акации»? После разговора с Анастейшей я бы уже ничему не удивилась, но это еще не делает его похитителем. Мерзавцем — да, не спорю.
— Ладно. Декст, ты со мной. Заходим и осторожно проверяем, чем они там занимаются. Ты ни во что не вмешивайся. Если он надумает вести ее в номера — я сама с ним поговорю, — распорядилась я.
Декст согласно кивнул, а я надела маску и взяла его под руку. Мы неспешно пошли, изображая из себя парочку.
— Только я не шучу постарайся не выделяться. Не хочу, чтобы у тебя были проблемы. Еще учиться, а Эктавион не простит вмешательства в его дела.
— Если это он — его посадят.
— Пока у нас только подозрение на соблазнение адептки. И то это надо доказать. Станет ясно, если он поведет ее наверх в номера. Раньше вмешиваться нет смысла.
Мы уже подходили, и я давала последние наставления, когда дверь заведения распахнулась и из него выбежала девушка. На секунду она замерла, а потом приподняла подол платья и понеслась бегом по улице.
— Да это же Гертруда Хиосс! — воскликнул Декст.
Услышав свое имя, девушка припустилась быстрее ветра.
— Стой! — бросился за ней орк.
Пришлось бежать за ними, но юбка льнула к ногам, и я чуть не упала. В голове билась единственная мысль: неужели мы опоздали?! Что же делать?
Я оглянулась, увидев приближающуюся закрытую карету.
— Стой! — замахала руками вознице. Он остановился. — За ними. Быстро! — Я махнула рукой в сторону бегущих и сама открыла дверцу, забираясь в карету.
Не сразу увидела, что в ней не одна.
— Вы?! — удивилась я.
— Леди Дэрин, позднее время вы выбрали для прогулки.
— У меня важное дело. Можно побыстрее? — Я выглянула в окно.
— Как скажете.
А потом мир померк.

Глава 27

ХАМСФЕРЖЕНВАЛЬД 

— Дэрин!
Я только успел рыкнуть вслед выскочившей из спальни жене, как трель кристалла опять отвлекла. Не без труда справившись с желанием швырнуть его о стену, вызов решил принять. После одного случая я всегда отвечал на вызовы.
Даже если поругался с женой.
Нарры дери!
— Слушаю!
Лицо начальника городской стражи — тролля с массивными клыками — осталось каменным. А тон — сухим:
— Лорд дель Аби, в заведении «Акация» моими сотрудниками была замечена пара. Вы сказали сообщать о том, если появится адептка из АБМ.
— Появилась?
— Появилась. Наблюдатель опознал в ней знакомую. Гертруда Хиосс — человек, адептка второго курса АБМ. Пришла в компании эльфа, чье лицо закрыто маской. Вам переслать его изображение? Наблюдатель уже снял на кристалл.
— Сам приеду, — перебил тролля, — изображение тут не поможет.
— Но… ваше положение.
— Мое положение позволяет мне отдавать приказы и самому же их выполнять. Пусть продолжают слежку, я выезжаю.
А заодно проветрюсь и успокоюсь. Кровь превращалась в лаву при мысли, что Иррилий до сих пор считает себя обманутым женихом. Он собирается отобрать у меня Дэрин? Жену, союз с которой скреплен татуировками?! Они не появляются так просто!
Нарров сын!
Я так спешил, что даже не обратил внимания на отца и дядю. На попытку меня окликнуть сообщил, что срочное дело, и… да, позорно сбежал. Иначе разорвало бы от мыслей о том, как Иррилий мог бы опередить, увезти ее, не дать понять, что она значит для меня.
Ревность — вещь мерзкая, а ревность высших — просто трижды хреновейшая вещь. То чувство, когда тебя разрывает изнутри и срочно надо порвать горло противнику. Но приходится сдерживаться. И от этого легче не становится.
«Он мой друг детства!» — как наяву услышал голос Дэрин, такой обиженный и сердитый.
И тихо выругался, поняв, что проигнорировал свой экипаж, а пошел так, пешком. Нарров ревнивый идиот! Но возвращаться было некогда, так что пришлось идти до ближайшей площади и там брать экипаж. А заодно чуть проветрился и начал рассуждать здраво.
Вырвать Иррилию сердце, горло и другие органы хотелось безумно, до покалывания в пальцах. Но как после этого на меня посмотрит Дэрин?
Экипаж с максимально допустимой скоростью ехал к «Акации», периодически распугивая басовитым клаксоном пешеходов и мелких животных. А я смотрел на закатные тени, на суету вокруг и думал. Потом медленно достал кристалл. И смотрел на него минуты две, прежде чем вызвать одного из многочисленных знакомых.
Связь устанавливалась долго, я успел пару раз выругаться, когда экипаж слишком резко повернул направо. Замелькали знакомые улицы, через пару кварталов покажется «Акация». Где-то рядом залаяла собака, потом раздался плеск. Повернул голову и увидел, что хвостатую облили водой из ведра.
— Лорд Хамсферженвальд? — женский голос, в котором так и сквозило удивление.
Кристалл все же установил связь. И теперь в нем виднелось лицо девушки.
— Капрал Арджана Маррингл. Да, это я. Ты сейчас в Игенборге?
— На пути к нему. Наш отряд сопровождает подарок акифу и дипломатов. Что-то случилось, лорд?
— Случилось. Ты можешь говорить так, чтобы тебя не слышали?
Эту девочку я запомнил со времен войны с гуурами. Тогда нам прислали новобранцев, прямиком из АБМ. Она казалась самой слабой, но в итоге выжила одна из немногих. От отца-орка ей достались черные и чуть раскосые глаза вкупе с черными же волосами, жесткими и прямыми.
Арджана куда-то отошла, судя по звуку шагов.
— Можете говорить, лорд Хамсферженвальд.
Воин, настоящий воин, преданный командиру. Никаких лишних вопросов, моментальное понимание ситуации.
— Среди дипломатов есть эльф Иррилий Мощь Ветра.
— Есть, — кивнула Арджана.
— Сделай так, чтобы я был в курсе его планов.
— Он опасен?
— Нет, что ты. Это для его же безопасности. Все законно, Арджана. Считай это моей личной просьбой.
Девчонка смотрела мне прямо в глаза, а щеки чуть порозовели.
— Личной?
— Не хочу, чтобы он пострадал от своей глупости.
— Мне докладывать вам о его планах? — спросила она. — Обо… всех?
— Только о тех, что касаются меня и моей жены Дэрин.
Во взгляде Арджаны мелькнуло понимание. Так, судя по всему, нарров эльф успел разболтать кое-какие вещи.
— Хорошо, лорд Хамсферженвальд, я это сделаю.
Ну вот, хоть немного отлегло от сердца.
Оставшийся путь до «Акации» я успокаивался и внушал самому себе, что вырывать сердце у эльфа — перспектива приятная, но, увы, неосуществимая. Если Иррилий и правда бросит мне вызов, то придется думать, как нанести дипломату физический урон, который будет совместим с жизнью.
В итоге к «Акации» я приехал спокойный и собранный. Отпустил экипаж и зашел в заведение, от которого за километр несло специями и тайными свиданиями.
Внутри, в золотистом полумраке, прятались парочки. Почти все в масках, кабинки огорожены друг от друга плотными тканями, официанты передвигались бесшумно, зачарованные музыкальные предметы исполняли негромкую нежную мелодию.
Наблюдатель — коренастый лысый человек — сидел со спутницей. Оба из городской стражи. Указали мне на пару, стоило присесть за стол, и молча подвинули кристалл с изображениями.
Да, адептку я вспомнил. Такой яркий цвет волос запоминается сразу. А тут не только рыжая копна, она еще и кудрявая. Спутника же разглядывал, то приказывая изображению приблизиться, то поворачивая его в разные стороны. Маска хорошо скрывала лицо, а вот волосами я заинтересовался. Вроде и золотистые, как у многих эльфов, но этот едва уловимый оттенок серебра… Такие нечасто встретишь. Я еще раз приблизил изображение, потом перевел взгляд на оригинал. Наклон головы… постукивание пальцев по столу… Перстень.
Нарры!
— Свободны, — тихо сказал наблюдателям, — ждите у дверей, отправите его в участок.
А нарров поганец в маске тем временем уже нацеловывал пальцы своей спутницы. Я медленно приближался, стараясь сохранять спокойствие. Адептка же млела, не сводила взгляда со спутника и, кажется, находилась где-то явно не здесь. Ну да, вскружить голову девятнадцатилетней девице легко, особенно если ты эльф.
Меня с этой расой на данный момент примиряет лишь то, что Дэрин — эльфийка.
В какой-то момент спутник адептки наклонился к ней через стол и что-то шепнул. Щеки девушки покраснели, а сама она задрожала. Но кивнула, после недолгого колебания. Я же едва сдержал рычание. Этот прохвост целовал запястье спутницы, не сводя с нее взгляда. Голая похоть, не любовь. Я ощущал в воздухе желание покорить, но не оберегать.
И оказался на лестнице, ведущей на второй этаж, в тот момент, когда парочка поднялась. У девушки явно подкашивались ноги, и она цеплялась за локоть кавалера, косилась на второй этаж. Туда то и дело уходили парочки, подобные им.
Не одна Дэрин — мастер маскировки. Я незримо проследил за парочкой и оказался перед ними в тот момент, когда спутник адептки открыл дверь одного из номеров. Оттуда пахло благовониями, которые горячили кровь.
— Добрый вечер, — проговорил негромко. — Лорд Эктавион, напомните мне правила Академии Боевой Магии. Кажется, я забыл тот пункт, где преподавателям позволено общаться с адептами вне стен Академии, да еще в интимной обстановке.
Потом со вздохом добавил:
— Снимите маску, хватит маскарада. А вы, адептка Хиосс, возвращайтесь в учебное заведение. С вами будет отдельный разговор.
Рыжеволосую долго уговаривать не пришлось. И без того пунцовая с того момента, как я подошел, она всхлипнула и, подхватив юбки, бегом помчалась к выходу. Эктавион дернулся было за ней, наткнулся на мой взгляд и посерел.
— Снимите маску, — повторил я терпеливо, — и пройдемте со мной. Вы же не хотите, чтобы вас отсюда вывели в магических наручниках? Мне применить силу, лорд Эктавион?
И эльф сразу передумал бежать. Ну хоть какой-то умный поступок.
— Я сам пойду.
— Похвальное решение. Прошу. — Я повел рукой в сторону выхода и на миг нахмурился. Показалось, что ощутил присутствие Дэрин. Оттого и пошел чуть быстрее, едва ли не подпихивая Эктавиона, чья карьера уже была обречена.
Передав его в руки наблюдателям и сообщив, что подъеду чуть позже, отправил их в участок. А сам внимательно оглядел улицу. Нет, Дэрин видно не было. Туда-сюда спешили жители Опоры, проезжали экипажи, но на этом все.
Почудилось?

* * *

ДЭРИН 

Запах железа и свежей выпечки — первое, что я ощутила, очнувшись. Настолько странное сочетание… Чуть шевельнулась и поняла, что лежу на мягком и теплом. Да и вокруг тепло, даже, пожалуй, жарко. Но не душно — значит, помещение проветривается. Нарры, что за мысли в голову лезут?
Где я?!
После практик в университете я помнила четко: очнулся — вскакивать нельзя. Не спеши, притворись, что все еще валяешься, а сам изучи обстановку. Так что продолжила лежать, но немного приоткрыла глаза. И сквозь полуопущенные ресницы оглядела то, что попадало в поле зрения.
Попадало немного, надо признаться. Во-первых, светлые прутья на расстоянии вытянутой руки. Они мне сразу не понравились хотя бы потому, что сильно напоминали тюремные решетки. Еще заметила светлый потолок, кусок стены со светильником в виде кристального цветка и часть стола.
Негусто. Еще и до слуха донеслись звуки, ни разу не поднимавшие настроения. Кто-то неподалеку едва слышно всхлипывал. Вот совсем становится не по себе. Последнее, что я помнила, — экипаж и слова: «Тогда поехали скорее».
Потом темнота, а дальше я очнулась здесь.
И что-то мешается на горле. Я провела пальцами по шее и мигом забыла все, чему учили. Подскочила, лихорадочно ощупывая металлический ошейник. Гладкий металл, никаких узоров или чего-то подобного и никаких следов замка.
— Дэрин?!
Я дернулась от знакомого голоса, звучавшего тихо и сломленно. Оглянулась, столкнулась взглядом с тонкой и ужасно бледной эльфийкой, чьи волосы расплескались по плечам серебристой волной. Такой редкий цвет у нашей расы зовется «лунное серебро».
— Тарри?! — выдохнула в тихом ужасе, понимая, что влипла во что-то крайне нехорошее.
Да она же привидение напоминает. Только глаза еще хоть как-то выдавали жизненную силу. Яркий зеленый цвет, но и он странно потускнел.
Странной насмешкой смотрелся ее наряд: пышное платье с глубоким декольте, малахитового цвета. Как и дорогая нитка изумрудов, обвивавшая гладкий ошейник.
— Мы же тебя ищем, — прошептала я, придвигаясь ближе к прутьям.
Теперь видела, что очнулась в просторной клетке. В такой же сидела и Тарриэль. А когда я огляделась, то в груди что-то сдавило: вокруг, довольно далеко друг от друга, стояли еще клетки. Всего нас оказалось пятеро: я, Тарри и три человеческие девушки, такие же испуганные и бледные.
И так же разодеты в пышные платья, с ошейниками и ужасом в глазах.
Нарров… хвост, куда я попала?
— Ищете?
Тарриэль подалась вперед, но к решетке не притронулась. Я отметила это и решила тоже не рисковать. Мало ли. Остальные пленницы слушали молча, правда, одна из них пробормотала:
— Почему нас не ищут?
— Стоп. — Тут до меня окончательно все дошло. — Вы все — адептки? Академии Боевой Магии, так?
Спустя минуту я была представлена Кристин, Агате и Милане. А еще через пятнадцать минут узнала, что все попали одинаково: оплакивали разбитое сердце, потом сели в карету и… темнота.
Эктавион был ни при чем. Совершенно. Точнее, он, конечно, тоже тот еще негодяй. Слышала я о таких эльфах, но встречаться лицом к лицу не приходилось.
Он совращал адепток. Связь между преподавателем и адептом строго каралась, но это, видимо, придавало пикантность происходившему.
— Но, — я сидела, обхватив колени руками, и пыталась уложить все в голове, — послушайте, зачем вы шли с ним? Эльфы не женятся на людях. Это запрещено законом. Любовники — да, но не брак.
— Он так красиво ухаживал! — вздохнула Агата.
Я посмотрела на нее и нахмурилась: не нравился цвет лица у девушки. Он даже не бледный, а скорее землистый. И глаза блестели лихорадочно. Скорее всего, она простыла, но ее не лечили.
Шаги наверху заставили нас дружно замолчать и насторожиться. Я зачем-то отползла к центру клетки и еще раз дернула ошейник.
— Он блокирует всю магию, — прошептала Тарри, — и мешает нас отыскать. Не знаю уж как.
Зато я догадалась как и мысленно выругалась. Кристаллы оксуры. Добываются далеко, в Западных горах, лишь в одном месторождении, и официально импортируются для различного рода глушилок. Например, во время силовых дуэлей, когда запрещено применение магии. Но на черном рынке одно время был бум на ошейники с этими кристаллами. Они не только полностью блокируют магию, но и не дают определить местоположение существа. Тогда был знатный скандал, облавы, и накрыли пару тайных борделей и нескольких работорговцев.
Тем временем шаги уже раздались на лестнице.
Тук… тук… тук…
Я сглотнула и вытерла повлажневшие руки о платье. Как-то не верилось все еще в то, что меня похитили. Да и вообще происходившее напоминало дурной сон. Как в наше цивилизованное время такое возможно? Нет, я слышала о том, что нет-нет да накрывают работорговцев или незаконные бордели. Но одно дело, когда просто слышишь, а совсем другое — оказаться в эпицентре подобных событий.
Лестницу я видела. И смотрела, как постепенно в поле зрения возникали сначала ноги, потом туловище, а затем уже весь Барт собственной персоной спустился в подвал. Он выглядел иначе, чем в Академии. На обычно угрюмом лице сейчас сияла широкая улыбка, прилизанные волосы оказались взлохмаченными, а вместо чопорного костюма я увидела на коллеге домашний халат. Это окончательно добило: похититель в халате?!
— Добрый вечер, мои любимые леди. — И голос звучал не так кисло, как обычно.
А мне от его тона стало страшно. Так страшно, что я замерла и попыталась прикинуться ветошью. Увы, именно на меня первую обратил Барт свой взор.
— У нас внеплановая новенькая, — сообщил он громко, а я вцепилась в платье так, что пальцам стало больно. — Старовата, но что поделать. Придется ей из-за своего любопытства присоединиться к нашей большой дружной семье.
Несмотря на ситуацию, я вытаращила глаза: старовата?! Кто бы говорил!
— Совершаешь ошибку, — сказала мрачно. — Представляешь, что будет, когда нас найдут?
— Если найдут, — ласково проговорил Барт, а у меня мурашки прошлись по спине. — До сих пор вот не нашли. А у тебя вообще отличный повод сбежать: тебя высший домогается.
«Он мой муж!»
Я прикусила язык во всех смыслах. Так, молчи, Дэрин, молчи. Лучше быть живой и молчаливой, чем мертвой, но честной. Явно Барт не обрадуется тому, что Хам стал моим мужем. Может, решит избавиться от такой неудобной пленницы.
«Эти ошейники не дают нас найти».
Такие позитивные мысли! Я просто заставляла себя молчать, пока Барт сверлил меня взглядом. Пусть считает, что мне страшно, как зайцу перед гадюкой. Еще и вытерла ладонью щеку, пусть подумает, что плачу.
— Сейчас время ужина, — заговорил Барт, решив, видимо, что я в шоке. — Я голодный, у нас новая женушка, и мне хочется показать ей, какая у нас дружная семья. Тарриэль, дорогая, сегодня тихий семейный вечер у нас с тобой.
Я задышала чуть чаще, бросила взгляд на Тарри. Та сидела белая как бумага, губы подрагивали. Но держалась, молодец.
— Милая, мне надоест ждать.
Рука Барта полезла в карман халата, а Тарри вдруг бросилась к дверце клетки. Та с тихим скрипом отворилась, я же поняла, что в кармане у похитителя, скорее всего, амулет. Типа такого, какие выдавали жителям современных домов «умное жилье».
При взгляде на Тарри сердце сжималось. Но я продолжала сидеть неподвижно и изучать обстановку.
Только бы ограничились одним лишь ужином, мелькнула мысль. Эльфы не могут пережить насилия, угасают. А Тарри выглядела слишком плохо.
Сейчас она стояла перед Бартом и мяла ткань платья, за что получила замечание:
— Не нервничай, дорогая, лучше приготовь мне ужин, а я пока расскажу тебе, как прошел день. Ты меня выслушаешь?
Короткий кивок, а затем едва уловимый всхлип, после которого я дернулась. От звука пощечины. А потом кинулась к прутьям с воплем:
— Нарр вонючий, не трогай ее!
Что-то вспыхнуло перед глазами. Кажется, звездочки от боли, что прошила меня сотнями игл. Такая боль, от которой тело само собой сворачивается в клубок. А голос пропадает.
Я лежала и пыталась не потерять сознание, а голос Барта вливался в уши:
— Жена должна быть покорна мужу, не перечить ему. А наказание лишь стимулирует ее покорность. Чтобы не сбегала. Не сбегала!
Не знаю, где я откопала остатки силы воли, но все же с их помощью кое-как встала. И выпрямилась, понимая, что лежать нельзя. Ни за что!
Происходившее все еще не желало укладываться в голове. Я стояла и смотрела на дурной спектакль, разворачивавшийся перед моим взглядом. Остальные пленницы уже, видимо, привыкли. И реагировали спокойно, даже отрешенно. А может, таким образом спасали свою психику.
Кухня. Здесь, в подвале, была оборудована самая современная кухня. Темно-красное дерево, резьба на всех шкафчиках, магически нагреваемый котел на синем плоском кристалле. И эльфийская посуда. А еще Тарри в кокетливом переднике, перед кучей овощей и других продуктов. Барт хранил их в холодильном ящике. Такие штуки стоили дорого, но сохраняли продукты свежими долгое время.
Она правда готовила! Я смотрела, как дрожащими пальцами Тарри нарезает лиловую капусту, а сама лихорадочно соображала. Если Барт не врет и меня нельзя засечь, то это засада. Чисто теоретически Хам может меня почувствовать, как тогда — в «Усладе». Но это если он окажется неподалеку. Призрачный шанс, если честно. Надо придумать что-то другое.
Барт явно был в отличном настроении. Меня же передергивало всякий раз, когда он подходил к Тарри со спины, обнимал ее и что-то спрашивал на ухо. В такие минуты по бледным щекам девушки начинали течь слезы. Но она лишь кивала и продолжала готовить. Я отметила, что она двигается механически, повторяя заученные движения. Раз — бросить мясо на сковородку, два — посыпать специями, три — перемешать овощи и добавить соус.
Ужин в доме для умалишенных. Глядя на Барта, я все сильнее убеждалась: с головой у него непорядок, причем серьезный. Начнем с того, что похищать девушек и играть с ними в «семейный ужин» — это уже не из разряда здоровых идей. А он на полном серьезе рассказывал Тарри о том, как прошел день, заставлял ее задавать вопросы, сам спрашивал, что делала она.
Малейшая провинность, задрожавший голос или слеза — пощечина. Я каждый раз дергалась, но взгляда не отводила. Почему Тарри не попыталась позвать кого-нибудь из мелких животных? Ошейник вряд ли может блокировать врожденный дар. Ослабить — да, но блокировать нашу суть невозможно.
Тут ведь водились крысы. Я слышала их легкое царапание под полом.
И сжимала ткань платья в пальцах, комкала ее, чтобы не сорваться. Много я тут сделаю, ослепшая от боли?
Мастерство маскировки означает не просто умение прятаться. Ты должна стать незаметной, даже если на тебя все смотрят. Обмануть врага, обвести своим испугом или трепетом. В зависимости от положения.
Так что я маскировалась сейчас под перепуганную лань. Как раз глаза сделала побольше и все же села на пол. Остальные девчонки тоже сидели и смотрели кто куда.
— Представляешь, отчеты по лекциям…
Я слушала и едва не раскачивалась от напряжения. Изнутри все разрывало от невозможности сделать хоть что-то. От взглядов на Тарриэль, которая сидела с идеальной осанкой и резала жаркое на крохотные кусочки. А у самой глаза напоминали замороженные стекляшки.
— Ты меня не слушаешь, милая?
Тарри вздрогнула и тут же улыбнулась. Той улыбкой, которая натягивается на лицо с огромным усилием:
— Нет, дорогой, я слушаю!
Ох, Лесная Дева, помоги нам всем!
— Но ты скучаешь. — Тон Барта набирал обороты, отчего остальные пленницы окончательно затихли.
— Нет! Что ты! Я просто наслаждаюсь вечером!
Голос Тарриэль дрожал, срывался, да и сама она вся тряслась. Хотя из последних сил старалась держаться.
— Я не люблю, когда меня не слушают.
— Я слушаю! Я заслушалась твоим голосом!
— Ты врешь! Ты думаешь, как сбежать, да?
От удара по столу подпрыгнули тарелки, а я подалась вперед. Барт выглядел безумным. Именно, да. Когда встал из-за стола и снова треснул по нему руками.
Тарриэль шарахнулась в сторону, но до нее дотянулись и швырнули на пол. Наррово отродье, дай мне выбраться из клетки! Я едва не выла от бессилия, когда моя соотечественница лежала на полу и только вздрагивала от пощечин. Но пощадить не умоляла. И взгляд. Кажется, Барта бесили гордость и злость во взгляде Тарриэль. Иначе почему он так завелся?
— Плохая жена должна сидеть в клетке, пока не поумнеет!
Тут я чуть не зарыдала от облегчения, когда Барт буквально за волосы отволок Тарри обратно под замок. Пусть там, главное, что не потащил в спальню.
— И вы все! — рявкнул безумный идиот, тыкая пальцем в нас. — За провинность этой дуры остаетесь без ужина.
— Имей совесть! — не выдержала я. — Агата явно больна, ей необходим доктор. Или хотя бы горячее питье и жаропонижающее.
— Нет! — заорала та. — Я здорова! Просто не выспалась! Я здорова, здорова!
— Да? — прищурился Барт, наклоняясь к ней поближе.
— Да! — зарыдала Агата. — Я отлично себя чувствую! Просто великолепно! Могу приготовить ужин. Со мной все в порядке!
— Раз в порядке — значит, заткнись и ложись спать.
Вот так вот. Остатки еды Барт выкинул в ведро, которое забрал с собой. А нам поставил кружки с водой, и на этом все. Отличный способ ломать пленников. Вкусный запах до сих пор витал по подвалу, а мы вынуждены были голодать.

Глава 28

— Тарри, опять он психанул из-за тебя, — проворчала Милана, когда шаги Барта затихли и в подвале установилась тишина. Плотная и неприятная, вкупе с жарой она выводила из себя.
— Заткнись, — посоветовала ей Кристин. — Он все равно выходит из себя, как ни старайся.
— Ненавижу его, — прошептала Тарриэль. — Ничего не могу с собой поделать, извините.
— Тихо! — перебила я всех шепотом. — Здесь что-то следящее есть? Кристаллы, заклинания?
— Не знаем, — ответила Агата. — Но как-то я сильно заболела, всю ночь бредила, а он пришел лишь под утро. Хотя девочки пытались до него докричаться.
— Значит, скорее всего, нет, — протянула я. — Так, стоп! А почему ты сейчас не призналась, что плохо себя чувствуешь? У тебя как минимум простуда.
Общий вздох был мне ответом, а сама Агата закрыла лицо руками. По подергивающимся плечам я поняла, что она беззвучно плачет. А за нее ответила Тарриэль. В полумраке — Барт притушил светильники, когда уходил, — она выглядела как привидение.
— Мы боимся заболеть, Дэрин. Тогда он начинает ухаживать, а это…
Я молчала, давая ей возможность подобрать слова. А заодно пыталась нащупать разум хоть одной крысы. Нарров ошейник! С ним я чувствовала себя как десятилетняя слабачка.
— Когда Агата заболела, — продолжила Тарри едва слышно, — он притащил сюда кровать. И приковал Агату за ошейник к изголовью, так что она могла на ней лежать или чуть присаживаться. А потом неделю ее лечил. Без магии, обошелся простыми средствами. А мы смотрели, как он ее обтирал во время температуры, как… как… приносил горшок и так далее. А еще он… спал рядом с ней. О Дева!
Ее голос прервался. А я стиснула кулаки, теряя самообладание. Вот гаденыш!
— А он не…
— Нет! — почти выкрикнула Милана. — Нет, не насиловал. Я бы не пережила такого.
— Надеюсь, все хотят сбежать? — спросила я.
Ответом было молчание, а потом тихий голос Тарри:
— А как сбежать, Дэрин? Ошейники нас контролируют.
— Ты мне лучше скажи, почему не призвала на помощь животных? Тут крыс немерено.
— Я пыталась.
В полумраке я заметила, как Тарри дико смутилась. Что еще такое?
— Пыталась?
— Да, я пробовала позвать крысу, чтобы отправить о себе весточку. Но у меня не получалось, и я… я назвала крысу дурой.
Я молча хлопнула себя ладонью по лбу. Ладно, тут злиться бессмысленно. Молодая адептка, силы еще не натренировала, терпение тоже.
— Если хотите выбраться, тогда лежите тихо, хорошо? А еще лучше — постарайтесь заснуть.
А вот самой мне не спалось. Девчонок попросила помолчать, чтобы сосредоточиться. Крыс было много, но на контакт со мной, плененной, шли неохотно. Это все равно если бы я пыталась подманить нарра на повидло. Идиотский ошейник! Я лежала, стараясь дышать ровно, и отчаянно пыталась зацепить хоть кого-то из крыс. И когда получилось, едва не разрыдалась от счастья. Но сдержалась и продолжила подзывать ее поближе. Это как пытаться выловить листик в бурной воде с помощью соломинки. Никаких истерик или нервов, спокойно и плавно. Крысы сами по себе создания бешеные, не стоит их провоцировать.
Легкий шелест рядом с клеткой заставил меня чуть улыбнуться. А вот и сама гостья. К счастью, к этому времени остальные пленницы уснули, так что визгов я не боялась. Одна лишь Тарри бодрствовала. Но она замерла и дышала через раз, чтобы не спугнуть крысу.
Что ей предложить?
И тут Тарри шевельнулась. Крыса мигом насторожилась, но эльфийка лишь подтолкнула по полу небольшой кусок хлеба, уже подсохшего.
Воздух в комнате замер, как и я, и все остальное. Крыса не спеша обнюхала подношение, а я тем временем уговаривала ее принять. Смотри, какой он вкусный. И большой. Для тебя так точно большой.
Чуть обмякла от облегчения, когда крыса вгрызлась в хлеб. Пока она его ела, торопливо оторвала от белья кусок кружева. И мысленно составила путь для крысы и задание. Моя воля к ее воле, мое упорство к ее упорству. Вот так, отдать кусочек себя, чтобы она поняла, куда и к кому бежать.
— А теперь — спать, — пробормотала сама себе, измотанная до предела.
Нарров ошейник пытался блокировать даже природную сущность эльфов. Страшная вещь!
Поэтому я просто упала в сон, не обращая внимания на голод и жару вокруг. Видимо, Барт очень боялся, что мы замерзнем.
Одного я так и не могла понять. Зачем он это делает?

* * *

ХАМСФЕРЖЕНВАЛЬД 

Из-за Эктавиона мне пришлось лично приехать в участок, так как преподаватель Академии вдруг решил, что ничего плохого он не сделал. И требовал адвоката, родственников, пытался поднять все свои связи. До тех пор пока я немного не нахмурился. На адвоката согласился, лично позвонил и вызвал. А потом спокойно и в подробностях объяснил лорду Эктавиону, что именно его ждет, когда начнется суд. Дело не только в соблазнении адепток.
— Они ведь все пропали, — мерно чеканил я слова, глядя в уже землистое лицо эльфа. — Девушки встречались с вами, а потом исчезли. Вас это не встревожило?
— Нет, — удивился Эктавион, — они же прислали записки, все объяснили. Моя соотечественница вышла замуж. Странно немного, но нынешняя молодежь часто нарушает традиции. Что поделать…
— А вот мне странно, — перебил я, — что письма от них приходили буквально на следующий день после того, как вы их, кхм, использовали. Да-да, не смотрите на меня так, мы уже проверили.
И посмотрел поверх головы эльфа на Кралла — начальника городской стражи. Тот кивнул и продемонстрировал мне кипу исписанных листов. Я вновь перевел взгляд на Эктавиона, едва не поморщился. Ну почему не передать дело в руки стражи? По сути, это их проблемы. Только что-то заставляло меня вмешиваться и вновь и вновь задавать вопросы.
В конце концов, эльф сломался. К тому времени прибыл его адвокат — деловой гном, абсолютно круглый и лысый. Из растительности была лишь шикарная борода до колен, выкрашенная в иссиня-черный цвет. Видимо, чтобы красиво сочеталась с глазами, мелькнула внезапная ехидная мысль.
Адвокат явно был из элитных. Иначе с чего бы он даже на меня попытался глянуть вежливо и снисходительно. До тех пор пока Кралл не сообщил ему все, что предъявляют Эктавиону. После этого взгляд гнома беспрерывно сигналил фразой «Идиотами не рождаются». И относилась она явно не ко мне и не к Краллу.
В итоге, оставив Эктавиона на городскую стражу и адвоката, я все же засобирался домой. Время близилось к полуночи, Дэрин наверняка волнуется. Ну и следовало поговорить, помириться. Ради этого я остановил экипаж возле круглосуточной крохотной лавки, чей хозяин-гном явно холил и лелеял в себе предпринимательскую жилку. Здесь можно было купить все: от яиц до букетов. Первые мне не понадобились, а вот букет снежно-белых хрустальных колокольчиков я купил. Дэрин они точно понравятся. Колокольчики едва слышно позвякивали, когда я садился обратно в экипаж, иногда становились на пару секунд совершенно прозрачными. Неприхотливые и нежно пахнущие, они были популярны при составлении букетов. В воде стояли несколько недель и не думали вянуть.
Улица встретила меня тишиной и светом из окон домов. Что мне нравилось в этом районе, так это жесткие правила проживания. После полуночи никаких громких звуков, если не спится — будь любезен отправляться в менее богатые кварталы. В некоторых можно было веселиться хоть до утра.
Окна нашего дома светились только в гостиной. Скорее всего, родственники взяли Дэрин в оборот. Я хмыкнул, выпрыгивая из экипажа. Ничего, сейчас я ее опять спасу.
Охлаждающим душем на пылающее воображение пролилось напоминание о кабинете и томах по эльфийскому этикету.
Аж колокольчики как-то резко поникли.
Взял в жены эльфийку — теперь давай ухаживай. Оно того стоит, чтобы потом показать ей, как ухаживают настоящие высшие демоны. Но ухаживания по-эльфийски давались с большим трудом. Ладно бы я видел, что Цветочку это нравится, а так по ее расстроенному виду постоянно казалось, что делаю что-то не так. Порой хотелось послать все к наррам и сжать ее крепко в объятиях, но опрометчиво данное слово держало сильнее оков.
Стремительной походкой поднялся на крыльцо и прошел мимо распахнувшего дверь элементаля. Тот собирался что-то сказать, но я спешил в гостиную. Сердце было не на месте, и я не понимал, откуда возникла тревога. Пока занимался делами, списывал это на размолвку с женой и гнев на наглые притязания ее друга детства, теперь же не знал, что и думать. Хотелось как можно скорее увидеть Цветочек.
— Ну наконец-то! — воскликнул отец, стоило мне распахнуть дверь. Они с дядей коротали время за беседой, держа в руках пузатые бокалы с янтарной жидкостью. Бутылка сеттийского столетней выдержки из моих личных запасов была почти пуста. — Вы где так поздно бродите?
— Что значит «мы»? — сразу насторожился я.
— А Дэрин разве не с тобой? — удивился дядя.
Цветы выпали из рук Я бросился на второй этаж, быстрее ветра взлетев наверх. Первой мыслью было, что обиженная из-за нашей ссоры Дэрин сбежала. Стоило открыть дверь ее покоев, как в ноги бросилась диара, поскуливая. Мое беспокойство усилилось в разы. Между ней и Цветочком установилась связь, и такое поведение указывало, что у Дэрин проблемы. Диара перестала чувствовать хозяйку.
Быстрый осмотр комнаты и гардеробной показал, что все ее вещи на месте. Может, она оставила мне записку? Прошел через смежные двери к себе. В глаза бросился поднос с десертом. Она приходила ко мне! Я зарычал от разочарования. Нарры подери эту работу! Моя девочка пришла ко мне мириться, а застала пустую комнату.
Но куда она потом пошла? Где она может быть? В Академии? Или что-то произошло и ее вызвали? Вопросы роем кружили в голове.
Достав кристалл связи, набрал Виланда. Тот ответил практически сразу. В столь позднее время он был в Академии. Я узнал интерьер рабочего кабинета за его спиной.
— Ты уже знаешь? Я как раз хотел звонить тебе, — озабоченно произнес он.
— Что у вас стряслось? Почему ты вызвал Дэрин и ничего не сообщил мне?
Друг бросил на меня сочувствующий взгляд.
— Все немного не так. Ее вызвали адепты. Эти идиоты возомнили себя детективами и устроили слежку за преподавателем дипломатии Эктавионом. Довели его до «Акации» и застукали за свиданием с женщиной.
— Не с женщиной, а с адепткой АБМ, — поправил его я. — И это не первая девушка из Академии, с которой он развлекается. Самое удивительное, что они бесследно пропадали сразу же после того, как он их соблазнял.
Виланд на глазах посерел. Видимо, ему еще не доложили об аресте эльфа, но меня волновало другое.
— Я не понял, с Дэрин что?
— Адепты вызвали ее к «Акации», чтобы выяснить, что происходит внутри, но спутница эльфа выбежала на улицу. Декст побежал за ней.
Мимоходом я отметил, что парни не сдали ректору адептку.
— Остальные видели, как Дэрин остановила проезжающую карету и бросилась за ними вдогонку, но потом карета свернула и поехала совсем в другую сторону. Пока догнали девушку, пока хватились… В общем, на звонки Дэрин не отвечает, и где может быть — они не знают. Хорошо, что мне сообщили об инциденте.
— Передай Дексту, что если с ее головы упал хоть волосок, я порву на ленточки всю их компанию! — зарычал я.
Меня охватила ярость, подогреваемая чувством вины. Я же почувствовал тогда ее возле «Акации», но не поверил своим ощущениям!
— Я перемещаюсь к вам. Мне нужны любые подробности! — прервал я связь. Оглянувшись, увидел на пороге замерших родных, которые слышали все.
— Отец, поднимай всех на поиски, я в Академию.
— Я с тобой, — шагнул ко мне Артансинаффальд и властно оборвал, не дав возразить: — Не спорь! Прослежу, чтобы ты не сорвался. Да и помощь тебе не помешает. Сам хочу порвать ублюдка, который покусился на эту девочку.
Я лишь кивнул и вышел из комнаты. Диара, скуля, увязалась за мной, и я подхватил ее под мышку, не сбавляя шага. Между ними связь, пусть и слабая пока, но она может быть полезной.

* * *

Хотелось рвать и метать от бессилия. Адепты ничего толком вспомнить не могли, разве только, что экипаж, в который села Дэрин, был точно наемный, с эмблемой городской транспортной компании.
Артансинаффальд передал информацию отцу, и пока мы по десятому кругу трясли бледных адептов, он позвонил и сообщил неутешительную новость: на окраине города найдены экипаж и возница, но последний ничего толком сказать не может.
Похоже на отравление красным дурманом, популярным одно время в армии среди солдат, но потом запрещенным. В малых дозах бодрит и веселит без вина, а в больших мутится сознание и несколько дней жизни выпадают из памяти. Еще одна ниточка оборвалась.
Поняв, что от адептов уже ничего нового не добьюсь, хотел уходить, когда диара на моих руках неожиданно заскулила и спрыгнула на пол. Она метнулась в угол комнаты к книжному шкафу, а оттуда уже вышла с крысой в зубах. Мое внимание привлекло белеющее эльфийское кружево на крысе. Это знак!
Осторожно высвободил из пасти крысу и развязал пыльный клочок кружева. Он до сих пор хранил тонкий аромат духов жены.
— Леди Дэрин умеет призывать живность. Нужно идти за крысой, — подал голос Декст.
— И без тебя догадались, умник.
— Позвольте нам…
— Марш спать! Завтра озвучу вам наказание, — рыкнул на них ректор, выгоняя из кабинета, после чего перевел взгляд на нас и вышел из-за стола. — Ну что, идем?
— Ты с нами?
— А ты считаешь, что после всего я спокойно отправлюсь домой спать? — огрызнулся Виланд. — Давай мне крысу, накрою ее сферой, и будем определять направление по ней, а вы займетесь нашим перемещением. Надеюсь, не придется лезть в городскую канализацию, — проворчал он последнюю фразу уже себе под нос.
Для начала мы вышли на улицу, и уже там я передал крысу Виланду. Тот произнес заклинание левитации, и она взмыла в воздух. Вокруг нее сформировалась мерцающая сфера. Крыса покрутилась на месте и устремилась на восток, перебирая лапами в воздухе.
Мы перемещались на короткие расстояния в том же направлении. Убеждались, что крыса рвется вперед, и двигались от улицы к улице дальше. Один раз нас остановил патруль, но, узнав меня и ректора, отдали честь и не стали тратить наше время разбирательствами. Коротко доложили, что поиски моей жены ведутся и стража на ногах.
Трудно передать словами, в каком напряжении я находился и каким дураком себя чувствовал. Подумать только, за одной паршивой крысой следуют два высших демона и один василиск! Хвостатая привела нас к кирпичному двухэтажному дому в тихом, приличном районе. У крыльца росла раскидистая сирень, наполняя воздух своим ароматом.
Мы переглянулись в замешательстве. Мало похоже на логово преступников и похитителей.
— Нужно позвать стражу, узнать, кто здесь живет, — произнес Виланд. — Воздействие на крысу практически развеялось.
Мы взглянули на нее, а хвостатая покрутилась на месте и свернулась клубком, обвив себя хвостом, укладываясь спать. Я замялся на мгновение, слишком тихо и спокойно было вокруг, а вот Артансинаффальд стремительно поднялся на крыльцо и… выбил дверь.
— Если невиновны, я им особняк куплю, — обернулся он к нам и позвал за собой, уверенно скрываясь в недрах дома.
Диара, сидевшая до этого тихо, беспокойно завозилась на моих руках, и я бросился за ним.
Не сговариваясь, мы двинулись сразу наверх. На первом этаже было тихо, да и в такое позднее время хозяева должны уже спать. Передвигались быстро, чтобы не дать опомниться живущим в доме. Я частично трансформировался, еще сильнее обостряя обоняние и слух. Жилая комната оказалась одна. Артансинаффальд снес запертые двери, преодолевая слабую магическую защиту, рассчитанную на обычных воров, а не серьезных противников. Нам предстал сидящий в постели мужчина, в котором я с трудом узнал философа из Академии. Имени не помню. Незаметный плюгавый мужичок с черной сеткой для волос, натянутой на лоб. Он только и успел зажечь свет и сонно таращился на нас, хлопая глазами.
— А-а-а? Вы что себе позволяете?! — заикаясь, произнес он.
Диара вырвалась из моих рук и понеслась к одной из приоткрытых дверей. Я последовал за ней, оказался в ванной комнате. Диара добралась до корзины с грязным бельем и вытащила рубашку.
Я отобрал и понюхал. Помимо мерзкого запаха пота слышался едва уловимый запах духов Дэрин.
Мгновенно перешел в боевую форму и ринулся в комнату, откуда доносился окрепший голос философа с возмущенными нотками.
— Где она? — взревел я, сжимая в руках рубашку.
Тот осекся и заикал от страха. В своем порыве я снес дверной проем.
Диара подбежала к другой двери и заскребла. Артансинаффальд переместился к ней и открыл, но это была всего лишь гардеробная.
— На его костюме запах девочки, — вернувшись, сообщил он.
— Где! Моя! Жена?! — чеканя каждое слово, наступал я.
— Же-же-же-на?! — Философ в ужасе глядел на меня, а из его рта потекла струйка слюны.
— Придется пытать, — заключил Артансинаффальд и трансформировал кисть, угрожающе демонстрируя длинные и острые, как кинжалы, когти. Преподаватель взвыл и забился на кровати в угол, поджав под себя ноги.
— Мне кажется, вы перестарались с воздействием, — произнес Виланд, выходя из-за спины дяди. — Он сейчас не в состоянии говорить.
Меня привлекло повизгивание диары, которая так и не вышла из гардеробной. Я ринулся туда и обнаружил, как она скребет деревянную панель стены. Постучал по ней, но не сумел понять, там тайный ход или обычная комната. Разбираться было некогда. Если диара хочет пройти, я сделаю ей проход. Ярость переполняла меня, и я ударил по стене кулаком. В стороны полетели щепки, обнажая кирпичную кладку.
— Следите за ним, — сказал Артансинаффальд и присоединился ко мне. Вместе мы ударили по стене, и она не выдержала. Да что там, содрогнулся весь дом. В образовавшийся проем запрыгнула диара, а следом пошли мы по узкому темному коридору, в конце которого обнаружились ступени, ведущие вниз.
— Дэр-рин-н!!! — взревел я.

* * *

ДЭРИН 

Я подскочила от грохота. Казалось, где-то рядом произошел горный обвал. Нечто подобное слышала, когда отдыхала с родителями на пляжах Лазурного моря. Но тогда обвал был на одном из островов, а рядом с Онорой скал не наблюдалось, и…
Тут вспомнила, что нахожусь в плену. А над нами, кажется, разносят дом. Из соседних клеток остальные пленницы с ужасом смотрели наверх и зажимали рты руками. Ну да, я их понимала. Спишь тут, а потом резко над головой начинается шоу драки каменных великанов. Звуки похожие.
— Мама! — раздался стон.
— Что там?
— Замолчите! Вдруг услышат!
— Наррово… ой, простите!
— Демоны! — заорала я, услыхав такой знакомый рев среди грохота мебели или чего-то там.
Хам меня нашел! Не подвела крыска! Надо ее потом найти и сыра выдать на всю жизнь. Я, забыв об осторожности, рванулась к прутьям и тут же поплатилась за порыв: получила магическую оплеуху, да такую, что отлетела на середину клетки. И некоторое время лежала, пытаясь поставить пол и потолок на место.
Потом в моем несомненно ненормальном мозгу вспыхнула мысль. Хам сейчас сюда спустится, увидит вместо меня вялую тряпочку — и все, прощай, Академия. И повод удачный: не хочу, дорогая, подвергать тебя риску еще раз быть похищенной. Нет-нет, его должна встретить эльфийская валькирия! Именно испуг за будущую карьеру заставил меня сесть посреди клетки и заорать:
— Свободу эльфам и людям! Мы тут! Нас не сломить!
И неважно, что на последней фразе голос сорвался на писк. Я делала сейчас единственное, что могла: изображала злую, непокорную пленницу. В то время как остальные продолжали трястись. Ну и хорошо! На их фоне я тем более буду выглядеть свирепо. Еще бы прутья потрясти, но к ним я по понятным причинам не приближалась.
То ли услышали мой голос, то ли просто добрались до подвала, но по лестнице почти тут же загрохотали шаги. Что-то треснуло, крякнуло, вниз слетела куча деревянных кусков. А следом — тут я все же всхлипнула — ворвался Хам в сопровождении дяди. Вот это команда!
— Они под охраной! — заорала, когда Хам бросился к моей клетке.
— Не для меня! — послышался рык.

Артан с деловым видом устремился к другим пленницам, а Хам просто выдрал прутья. Если бы я не сидела, то села бы, а так просто сглотнула, когда рука демона смяла стальные прутья, как макароны. Я же сглотнула повторно, впервые наблюдая, как высшие частично трансформируются. Хам, например, руки вызвал из боевого облика. Но, смяв преграду, вернулся в свой обычный вид и молча сгреб в объятия. Меня, а не остатки клетки.
— Ты… ты.
— Опять ты меня спасаешь, — проговорила я, запрокинув голову к лицу высшего. И оно на глазах становилось не таким свирепым, глаза постепенно возвращались от алого цвета к привычному зеленому. И такой знакомый запах — парфюма и чего-то еще, крайне притягательного и почему-то родного.
Тут я пришла в себя, вынырнула из взгляда Хама и забрыкалась.
— Надо выносить девчонок! Нас похитил…
— Барт, — ответил высший, не думая меня отпускать, — мы уже в курсе. Идем.
— Деву…
— Дэрин, — со вздохом перебил меня Хам, — оглянись: тут кроме нас еще есть не самый слабый представитель своего рода. Как думаешь, можно ему доверить пленниц? Еще один скоро прибудет со стражей. К сожалению, придется дождаться их, только наверху.
Меня подхватили на руки и стремительно вынесли из подвала. Я поспешно ухватилась за мощную шею. Лишь оказавшись в спальне и увидев ректора, а потом Барта, скукожившегося на постели и тихо подвывающего, оглянулась назад. И выдохнула, понимая, что с плеч сваливается просто гигантская скала. Всех пленниц уже вытащили из клеток. К счастью, девушки быстро пришли в себя, да и присутствие Виланда помогло. Ректор, как я успела понять, среди адептов пользовался огромным уважением. Так что теперь спасенные смотрели на него, как на героя. Нет, Артану тоже перепало немало восхищенных взглядов. Я дернулась, когда увидела на его руках неподвижно лежавшую Тарри.
— Тише! — успокоил меня Хам. — Она истощена как физически, так и морально. Вы же плохо переносите плен. Так что просто надо ее вынести на свежий воздух. Остальные в норме.
Остальные и правда шли сами, тогда как меня потащили на руках. Хотя я чувствовала себя отлично. Тут одно понимание, что все позади, придавало сил.
Как и присутствие мужа.
Я вздохнула и все же сделала то, что хотела, едва увидела его врывающимся в подвал: спрятала голову на широкой груди и прикрыла глаза. О Лесная Дева, готова вечно наслаждаться чувством защищенности. Сердце Хама билось сильно, гулко, словно стремилось прорваться сквозь ребра наружу.
Ко мне.

Глава 29

Что за мысли лезут после спасения? Если верить романам, то мне следовало сейчас обливаться слезами и цепляться за спасителя всеми частями тела. При этом пафосно твердить, что он самый-самый и все такое.
А в итоге? Меня тащат, а я изображаю тряпочку и обнюхиваю высшего.
Тихое поскуливание наконец донеслось до меня. Я оторвалась от Хама и глянула вниз.
— Девочка моя! — ахнула при виде скулившей диары. Она вертелась в опасной близости от ног Хама, явно не боясь, что ее затопчут.
— Дай мне ее!
Хам с ворчанием нагнулся, одной рукой сгреб диару и сунул мне. Потом сообщил тихо:
— Она тоже принимала участие в твоих поисках. Чувствовала, что тебе плохо. Эту мерзость снимем, как только прибудет стража.
Я поняла, что он имел в виду ошейник. Тот продолжал стягивать шею, но уже не ощущался как некая обреченность. Хам снимет. Он все может. Я уверена.
В ожидании властей мы разместились на первом этаже, в гостиной. Смотреть на потерявшего достоинство и человеческий вид Барта было мерзко и противно. Это с беззащитными девушками он вел себя самоуверенно, а при виде высших демонов сломался и все время или выл, или бормотал что-то нечленораздельное. С ним остался ректор.
Я так и сидела у Хама на руках. Девушки жались друг к дружке на диване и, кажется, не верили, что все закончилось. Что удивительно, пришедшая в себя Тарриэль тоже не спешила покидать своего спасителя. Она крепко обвивала руками его шею и прятала лицо на его груди. Меня поразило, как Артан с нежностью гладил ее по волосам и нашептывал что-то успокаивающее.
Наверное, Виланд вызвал стражу, когда нас освобождали. Представителей власти ждали недолго, уже скоро дом заполнила стража. С пленниц сняли показания. Следователь заикнулся о том, чтобы все проехали в участок, но два высших демона быстро привели его в чувство. После пережитого хотелось хоть немного прийти в себя, а не отвечать на бесконечные вопросы. Девушек с разрешения властей ректор забрал в Академию. Охраняемая территория, будут под присмотром и никуда не денутся. Им пока некуда идти, но он пообещал рассмотреть вопрос с их восстановлением.
Я была спокойна за них. Там психологи, целители успокоительными отварами напоят. Моим же самым лучшим успокоительным был супруг. Может, высшие демоны способны как-то на нас по-особому влиять? А что еще думать. Когда ректор попытался забрать Тарриэль в Академию, та лишь теснее прижалась к Артану, не желая с ним расставаться.
Хорошо, я поспешила вмешаться и сказать, что наши семьи дружны и она остановится у нас. Мы позаботимся о ней. Конечно, мрачный дом Хама — не самое веселое место, но все лучше, чем подвал Барта или любопытство бывших подруг в Академии.
— Не могу на это больше смотреть! — рыкнул вдруг муж — и сомкнул пальцы на моей шее. Один рывок, и половинки ошейника остались в его руках. Его примеру последовал и Артан, отдав обломки уронившему челюсть следователю, пораженному, с какой легкостью высшие расправились с заговоренным металлом.
В особняк переместились порталом. Я это перенесла нормально, привыкаешь со временем, что содержимое желудка просится наружу, к тому же ужина нас лишили, и он был пуст. А вот Тарри с трудом справлялась с накатившей слабостью, став белее мела. Артан так и не спускал ее с рук.
Пока элементаль готовил для нее комнату, мы разместились в гостиной. Хам так и сел в кресло вместе со мной, не разжимая объятий, а его дядя осторожно уложил Тарри на кушетку, а сам метнулся за водой. Нужно было видеть, с какой тревогой он ее поил и утирал холодный пот со лба, ругая себя, что не подумал и не вызвал карету. От такой заботы высшего щеки девушки вскоре заалели.
— Я в порядке, спасибо, — слабым голосом произнесла она и сделала попытку сесть, но ее повело. Сама помню себя в первый раз после перехода порталом, я тогда на Хаме тряпочкой висела.
Выругавшись себе под нос, Артан подхватил ее и сел на кушетку, которая жалобно скрипнула под их весом. Тарри хоть и протестующе пискнула, но вырваться не пыталась, прислонившись к его плечу. Артан массивнее Хама, а Тарри за время плена стала совсем прозрачная, казалось, сожми он ее чуть сильнее — и эльфийка переломится. Но высший обращался с ней очень трепетно и бережно. Подумать не могла, что за брутальной внешностью и суровым обликом сокрыта такая чуткость.
— Я все же не понимаю, чего добивался этот негодяй, собрав у себя столько пленниц? — удивился Хам, слышавший показания девушек следователю. — Он же не склонял к интиму, всего лишь разыгрывал сцены из семейного быта.
«Всего лишь»?! Мы переглянулись с Тарриэль, и она задрожала. Как передать весь ужас творимого в подземелье? На словах все звучало довольно безобидно, а на деле…
— Почему он попросту не женился?!
— Потому что был уже женат. — В гостиную вошел свекор и обвел нас взглядом. При виде Артана и Тарри в глазах мелькнуло изумление. — Рад видеть всех в здравии, девушки.
Он представился Тарри и с усталым видом сел в кресло рядом с нами. С появлением нового лица девушка засмущалась и попробовала сесть отдельно, но Артан ее удержал, что-то нашептывая. Отец Хама вежливо игнорировал возню, сосредоточив внимание на нас и рассказывая новости:
— Жена его сбежала, а у него на этой почве совсем крыша потекла. Психолог из управления осмотрел задержанного, но, вероятнее всего, во вменяемое состояние привести его будет сложно.
— Ничего, мы подождем, чтобы он осознавал наказание, — мрачно и многообещающе произнес мой муж.
Свекор согласно кивнул и продолжил:
— Зато свет немного пролили показания эльфа. Они были приятелями, и, пользуясь любвеобильностью и раздутым самомнением Эктавиона, Барт указывал ему на девушек, похожих на его супругу — невысокого роста и светловолосых, и говорил, что тот не сможет их соблазнить. Эльф заводил тайный роман, пел о скорой свадьбе. Апофеозом игры становилось приглашение в «Акацию», где он соблазнял, выигрывал спор и бросал девушек. Крутить долгие романы с адептками опасался. Здесь в игру вступал Барт, похищая соблазненную и брошенную. Таким извращенным образом проявлялось его сумасшествие. Возможно, считал, что этим спасает свою жену из лап соблазнителя и возвращает в лоно семьи.
Я бросила обеспокоенный взгляд на Тарри. Неужели Эктавиону удалось задурить ей голову?
— Все примерно так и было, — с пунцовым лицом призналась Тарриэль. — Он стал проявлять внимание, ухаживать. Мои родители были в отъезде, и официально он не имел возможности попросить у них моей руки, поэтому мы хранили наши встречи втайне ото всех. А когда я сказала ему об их возвращении, он пригласил меня в «Акацию». Я была уверена, чтобы обсудить поездку или прямо к ним отправиться порталом. Он сказал, что меня ждет сюрприз. Летела как на крыльях, глупая. А когда пришла и поняла, зачем он меня на самом деле пригласил… увидела то место… парочки… — Тарри судорожно вздохнула от болезненных воспоминаний. — Дала ему пощечину и убежала.
Я незаметно выдохнула от облегчения. А еще зауважала. Молодец, что дала мерзавцу по лицу!
— Бежала, ничего не видя от слез, а тут карета останавливается — и наш философ. Сказал, что не оставит меня в таком состоянии одну, усадил в экипаж… Думала, мы в Академию едем, а очнулась уже в подвале.
— Я не понимаю, как он заставил всех записки об отъезде написать? — удивилась я.
— В подвале были отделаны комнаты под спальню и гостиную. Я пришла в себя, вышла в гостиную, а там он, такой сопереживающий. Сказал, что я уснула и он привез меня к себе, чтобы пришла в себя и успокоилась. Спрашивал, что случилось и что планирую делать. Мне после пережитого хотелось только домой. И тогда он предложил написать письмо и сообщить, что я замуж выхожу и уезжаю. Обещал с ректором насчет документов все решить. Сказал, что если надумаю, могу потом экзамены сдать.
— Вот же сволочь! — не сдержала эмоций я. Не удивлюсь, если и с другими поступал так же. Пользовался их растерянным состоянием. После пережитого позора им, конечно, не хотелось возвращаться в Академию.
— Неужели ты ничего не заподозрила? А как же ошейник?
— Его не было! Я написала письмо, он принес мне чай, и я опять уснула. Очнулась в клетке и с ошейником, — чуть не плача, воскликнула Тарриэль.
Удлинившиеся ногти Артана вспороли обивку софы, на которой они сидели.
«Ну и отлично, будет повод поменять мебель», — ничуть не огорчилась я. Моя история немного отличалась от услышанной, но вряд ли я должна была оставить записку, убегая от высшего. И в клетку рядом с другими Барт меня сразу поселил. Тут я кое-что вспомнила, и оставалась еще одна неясность.
— В Академии одна провидица, прикоснувшись к твоим вещам, в своем видении увидела капающую воду, сырость…
Тарриэль побледнела и нехотя произнесла:
— Это темная камера наказаний для тех, кем он был недоволен. Чаще всего в ней сидели я и Агата. Иногда по нескольку дней. Это там она простыла.
— Комната готова, — произнес появившийся элементаль, нарушая повисшую гнетущую тишину. Не знаю, как остальные, а я с трудом представляла, как пленницы выдержали все это и остались в своем уме.
Хам встал, не выпуская меня из рук; держа Тарри, поднялся и его дядя. Окинув нас чуть ироничным взглядом, свекор произнес:
— Пожалуй, я вернусь в управление. Возможно, еще какие новости узнаю.
Он быстро откланялся, пожелав спокойной ночи. Мы же поднялись наверх. Только там нам позволили встать на ноги. Зашли сначала к Тарриэль, посмотреть, как ее устроили. Внутренне я скривилась — слишком мрачно. Свет от лампы не разгонял сумрак по углам. Наверное, хорошо, что в доме нет женских комнат, темная массивная мебель больше подходит крупным демонам, но с этим нужно будет что-то делать. Дому не помешает ремонт. Заметив, как поежилась Тарри, оглядывая комнату, где предстоит ей спать, предложила:
— Если хочешь, я могу остаться сегодня с тобой.
Хам протестующе шумно вдохнул воздух, но ничего не сказал. Что поделать, я сама не хотела с ним расставаться, но и бросить одну девушку не могла. Первая ночь после плена. Кто знает, какие кошмары ее будут мучить? А у нас даже нет служанок, чтобы попросить с ней посидеть. Повариху совесть не позволяла тревожить, а от элементалей сочувствия не дождешься.
— Это лишнее, — неожиданно подал голос Артан.
Он усадил выглядевшую потерянно Тарриэль в кресло, а сам заглянул в ванную комнату.
— Воду набрали, халат, полотенца есть, — перечислил он и оглянулся на Тарри: — Я бы советовал полежать немного в теплой воде перед сном.
Девушка покраснела, но согласно кивнула.
— Дэрин, не беспокойся. Тебе самой нужен отдых, а за Тарриэль я прослежу, — сказал мне Артан и перевел взгляд на свою подопечную. — Надеюсь, вы будете не против, если на страже вашего сна посижу я? Обещаю прогнать любые кошмары и никому не дать в обиду.
— Эм-м… — у меня не было слов. Мужчина в девичьей спальне? Да ее матушку удар хватит! И какая девушка согласится на такое? Это же конец репутации!
Но Тарриэль не спешила возмущаться, переводя взгляд с меня на Артана.
— Я буду благодарна, — тихо произнесла она.
Что?! Я не ослышалась?
От проявления эмоций меня удержало пожатие руки.
— Мудрое решение, — подал голос Хам. — Не переживайте о своей репутации. У нас нет слуг, и сплетничать некому. Ваша репутация не пострадает.
— Боюсь, после плена от нее уже ничего не осталось. Мне поздно переживать об утраченном, — с горечью произнесла Тарриэль, и я ее понимала. Репутация — наше все. Найти достойную партию ей теперь будет затруднительно.
— Глупости! — уверенно заявил Артан. — Вы достойны уважения, а ваша стойкость духа вызывает восхищение.
Хам потянул меня за руку из комнаты, а я так и уходила, оглядываясь на них.
— Я не могу ее бросить с ним! — зашипела, стоило оказаться в коридоре.
— Ты не понимаешь… — многозначительно произнес Хам, настойчиво направляя меня в сторону наших покоев.
— Чего?!
— Подумай. НАС вспомни.
— Э-э-э… Она его пара?! — дошло до меня, и я изумленно вытаращилась на супруга.
Я была настолько потрясена, что уже без споров зашла к себе в комнату. Как же так? Вспоминала хрупкую Тарри и сурового широкоплечего Артана. Ой, мамочки! Вернее, мамочка моя меня убьет, когда узнает об этом.
А ее матери на глаза лучше не попадаться. Хотя… В ситуации с погубленной репутацией они наверняка даже будут рады, что так сложилось. Нет, все к лучшему! Пусть Тарриэль завидуют, а не жалеют и шепчутся за спиной.
Я так глубоко задумалась, что не сразу обратила внимание на Хама, который не сводил с меня глаз. Поймав мой взгляд, он произнес:
— Отдыхай. Ты тоже устала.
— Ты куда?! — возмущенно воскликнула я, когда он резко развернулся, собираясь уйти.
Супруг застыл на месте, стоя ко мне спиной.
— Тебе нужен отдых, — глухо произнес он.
— Да? — Я сократила между нами расстояние и обошла его, заглядывая в лицо. — Но я боюсь спать. Вдруг меня будут мучить кошмары? Кто их отгонит?
— Цветочек… — Голос Хама дрогнул. — Я не железный.
Я тоже. Сегодня, как никогда, нуждалась в его присутствии рядом, и остаться одной было немыслимо. Я его жена, в конце-то концов!
— Знаешь, мы сегодня так глупо поссорились. — Я шагнула к нему, дотрагиваясь до груди. При моем прикосновении он весь подобрался, а в глазах мелькнуло удивление. — Я приходила к тебе. Хотела сказать…
Ох, как же трудно в этом признаться!
— Несмотря на наш поспешный брак, я рада, что ты мой муж. И никого другого мне не надо. Ты единственный в моем сердце.
Хам застыл, лишь одни глаза казались живыми на его окаменевшем лице и горели лихорадочным огнем.
— Не уходи, — едва слышно произнесла я.
Как будто не веря, муж осторожно обвил мою талию руками, и я прильнула к нему, не отводя глаз.
— Дэрин, — выдохнул он.
Казалось, сердце выпрыгнет из груди, когда он склонялся ко мне. Я плавилась от одного его взгляда, но вопреки ожиданиям, он едва-едва коснулся моих губ, напряженно следя за малейшей реакцией. И я горела на медленном огне от этих едва ощутимых прикосновений.
Не выдержав напряжения между нами, от которого словно вибрировал сам воздух вокруг, с тихим стоном обвила его за шею и сама потянулась к нему, целуя.
— Цветочек!
Я растаяла от когда-то насмешливого прозвища. С таким трепетом он его произнес, что в груди все замерло и сладко сжалось.
— Хам, — бросила в ответ, вспоминая, как же сильно он выводил меня из себя. С первой встречи не могла воспринимать его спокойно. Но прежняя настороженность сменилась абсолютным доверием. И я без смущения целовала его, ощущая правильность происходящего. Мой демон. Тот, кто сметет все на пути ко мне, кто не даст в обиду. Чье сердце бьется для меня, кто прикасается ко мне, как к сокровищу. Сердце мужа под моими пальцами стучало так громко, что казалось — я держу его в ладонях.
— Фырк! — громко чихнула диара, привлекая к себе внимание. Мы посмотрели на нее, развалившуюся на моей кровати, а она смерила нас неодобрительным взглядом и стала демонстративно вылизываться.
— Это намек, — рассмеялась я, чувствуя необычайную легкость. — Пойдем купаться.
Потянула за собой демона в ванную комнату, а он пошел с таким видом, как будто спит и боится сделать лишнее резкое движение, чтобы не проснуться.
Как мы снимали одежду — это отдельная песня. Было интересно изучать тело мужа, дотрагиваться до него. Он полностью отдал инициативу мне, а у меня кружилась голова от одного вида, как он реагирует на мои прикосновения.
Если в наш первый раз в купальнях новые ощущения захватили и я мало понимала, что происходит, то сейчас все происходило осознанно.
— Ты не в себе. Я не хочу воспользоваться твоей слабостью, — сделал попытку остановиться Хам, убеждая сам себя.
— Разве желание принадлежать мужу — слабость? — возразила я.
— Мне кажется, я сошел с ума от беспокойства за тебя и сейчас пребываю в одной из своих фантазий.
— А я делала в них так? — провокационно спросила я, и мои ладони заскользили по его плечам и груди. Можно было поражаться собственной смелости, но выражение его глаз придавало уверенности. Неописуемое чувство — видеть, что ты сводишь с ума, — толкало на еще большие безумства.
— Цветочек! — с мукой выдохнул демон, сдаваясь.
А после мы лежали, обнявшись, в теплой воде, и я млела от его близости. Не хотелось двигаться, так бы и заснула, приклонив голову на его груди. Но вода стала остывать, и Хам встал вместе со мной. Завернув меня в простыню, он вышел, но постель была занята. Диара вытянулась поперек кровати во весь свой рост и дрыхла.
— Кажется, она застолбила себе место для сна.
— Тсс, не буди ребенка.
— Ты права, ей еще рано на такое смотреть, — самодовольно усмехнулся Хам и унес меня к себе.
— Моя одежда, — заикнулась я.
— Обещаю, ты не замерзнешь.
И я поверила, так как от одного его голоса меня обдало жаром.

* * *

Свежий ветерок в полуоткрытое окно романтичен в воображении, но на деле ощущается как намек на то, что пора нащупать одеяло. Что я в полусне и попыталась сделать. Цепляясь за остатки сна, пощупала рукой вокруг, похлопала по соседней подушке… замерла, потом похлопала чуть сильнее.
— Мырк!
Я приподняла голову, сдувая волосы с лица. Так, один вопрос, который тянет за собой второй: что диара делает на кровати и куда делся Хам? Я точно помнила, что он выставил зверюгу, названную мной сокращенно Ди, за дверь. Когда она пришла и активно попыталась понаблюдать за нами в разгар узнавания друг друга. Вроде бы мелочи, но когда на тебя смотрит любопытным взором лобастая голова и от нетерпения поводит ушами… нервы не выдержали даже у высшего.
— Где он? — шепотом спросила у Ди.
Та лежала на второй половине кровати, демонстрируя пушистый живот. И разглядывала меня сузившимися глазами.
«Зачем тебе демон? — прочитала я во взгляде диары. — Я лучше. У меня хвост есть!»
— У него тоже… хвост.
Села и потянула к себе уползшее к ногам одеяло. Закуталась, понимая, что одной в спальне под утро весьма прохладно. Особенно если вспомнить, как было жарко ночью. Память тут же услужливо разложила все картинки с подробностями. А мне пришлось сидеть, вспоминать и чувствовать, как краснеют не только щеки, но и все остальное. И вот куда Хама понесло после такого?
Хватит уже этих пряток. Я в них с детства ненавижу играть. Всегда чувствовала себя идиоткой, когда бродила среди фигурно подстриженных кустов и искала подруг.
— Ди, ты можешь найти хозяина?
«Ты моя хозяйка».
Вот же маленькая вредина! Я глубоко вздохнула и погладила Ди по голове. В ответ меня ткнули лбом в ладонь и снова сообщили:
— Мырк.
— Ты не мыркай, ты покажи, где спрятался тот, кому в ботинки писать нельзя.
«Там всем нельзя, — пожаловалась взглядом Ди. — Трое огромных существ, и никого нельзя пометить».
Она еще пару секунд лежала, как бы предлагая послать все к наррам и спать дальше. Но я сидела и терпеливо ждала. Наконец Ди со вздохом перевернулась на живот, встала и потянулась. После чего с независимым видом спрыгнула, направилась к двери. Пушистый хвост посверкивал мягкими искрами. Конечно, ждать, пока я оденусь, она не собиралась. Еще и по дороге, якобы случайно, подцепила лапой стоявшую на краю столика вазу. Хорошо хоть, в спальне Хама сохранился ковер. И ваза не разбилась, но угрожающе крякнула.
— Засранка! — шепотом сообщила я, выбираясь из комнаты и надеясь, что все еще спят. Небо за окном только-только окрашивалось в бледно-розовый цвет. Самое время для крепкого сна. Только одна из эльфиек бродит по дому, закутавшись в одеяло.
На цыпочках мы с Ди спустились по лестнице. В доме стояла сонная тишина. Просто кожей ощущалось, что все сейчас отдыхают после неприятных событий накануне. Вот и я бы могла лежать в кроватке, если бы кое-кто опять не удрал.
Муж он мне или нет?
Ди довела меня коридорами до тяжелой двери. Я знала только, что за ней находится кабинет, но внутрь не заходила. Как-то не до того было пока. Теперь же диара крутилась возле двери и красноречиво поглядывала на меня. Мол, давай, открывай! А потом вдруг замерла и молнией шмыгнула за угол. Я ее примеру последовать не успела: дверь распахнулась, и передо мной возник Хам собственной высшей персоной. С красными глазами, в халате и — тут я аж моргнула — небритый. Последнее потрясло больше всего. Высший всегда выглядел образцово, словно минуту назад вырвался из лап стилиста.
— Ты что здесь делаешь?
Вопрос прозвучал от нас двоих одновременно.
— Дэрин, тебе не спится?
— Как сказать? — прищурилась я, потом сделала шаг и уткнулась носом в Хама. — Что ты там делаешь?
— Ничего, — уперся муж. — Немного позанимался делами. Марш в спальню.
— Не командуй! — усилила я нажим.
Но Хам стоял непоколебимо. Я же быстро запыхалась и вынуждена была к нему прислониться. Жалобно проныла, понимая, что если силой не вышло, надо брать хитростью.
— Я там сплю совсем одна-а-а-а. А ты опять прячешься! Тут гарем, да?
Над головой раздался звук, будто подавились. А затем сдавленное:
— Дэрин?!
Я же воспользовалась его замешательством и таки ухитрилась проскользнуть под руку Хама. Эльфы не только хитрые, но еще и увертливые. Так что пальцы мужа в итоге схватили пустоту, а я одним прыжком оказалась перед столом. Обычным столом из красного дерева, на котором лежала подозрительно знакомая книга. Взгляд зацепился за строчки:

«…после чего следует приподнять ночную рубашку на тридцать сантиметров. Внимание! Следует учитывать высоту своей избранницы и регулировать приподнимание ткани до необходимого уровня».

Нарры! Это что за кошмар и ужас на столе у Хама?
— Это что?!
— Дэрин, какого нарра!
Хам встал между мной и столом, но уже поздно. Я увидела все, что хотела, и даже немного больше. Узнала книгу и теперь всерьез не понимала, что она забыла в кабинете у высшего.
— Хамсферженвальд, это я у тебя хотела спросить, какого нарра ты опять исчез?
— Дэрин, ты просила ухаживаний по-эльфийски. А это самое лучшее пособие, чтобы понять, как действовать правильно.
С этими словами Хам чуть скривился, а я заподозрила, что трактат не внушает ему любви.
— Так ты ночами его читал?!
То есть пока я себе придумывала страшилки, мой муж сидел тут в обнимку с книгой?
— Я тебе обещал ухаживания, — коротко ответил Хам.
Так, теперь главное не расхохотаться. Для этого пришлось укусить себя за губу, но хохот все равно зарождался в груди. Потому и голос вышел немного сдавленным.
— Кто тебе эту книгу предложил?
— Виланд, а ему в свое время о ней рассказала твоя подруга.
Убью Фиору. Замучаю с особым зверством.
— У тебя только один фолиант? — поинтересовалась осторожно.
— А ты как думаешь, милая? — вкрадчиво спросил Хам в ответ. — Я ничего наполовину не делаю. Жена хотела ухаживаний как у своей расы? Значит, обеспечим и все сделаем идеально. Но я не понимаю, как вы не вымерли с такими правилами.
Он повел рукой в сторону, и я увидела поблескивающие корешки остальных фолиантов, сложенных друг на друга прямо на полу.
— И как тебе? — Голос вышел еще сдавленнее, потому что одна только мысль, что Хам сидел и все это читал…
Я кашлянула, чтобы заглушить смешок, но высший на то и высший, чтобы сразу ощутить неладное.
— Что такое?
— Ничего! Ты такой… милый.
— Дэрин, судя по-твоему лицу, ты находишь происходящее крайне забавным.
В его голосе послышались раскаты грома. Но я уже не боялась, точнее, боялась, но не за себя. И вообще, если не расскажу, то он точно начнет выяснять сам.
— Если ты не скажешь, то я сам докопаюсь до правды.
Ага, сказала же! И тогда хана всем, кто участвовал, пусть и невольно. Я вздохнула, поковыряла концом туфельки мягкий ковер и попросила:
— Пообещай, что никто не пострадает.
— Смотря…
— Нет-нет, пообещай! — Я подумала и подлила меду. — Ну же, ми-и-илый!
— Пощажу, если это не повредит нашей семье.
— Ни в коем разе. Просто, понимаешь… эти книги… Они были написаны очень давно, очень. И подобные фолианты хранятся в каждой эльфийской семье как дань традициям. Но соблюдают их… Скажем так, почти никто не соблюдает. Да, мы ухаживаем годами, да, у нас принято вздыхать при луне и дарить избраннице море цветов. Но, дорогой, уже очень давно никто не высчитывает градусы для правильного поклона.
В кабинете наступила тишина. И в ней лицо Хама приняло просто неописуемое выражение. Кажется, теперь я знаю, как выглядит озадаченный и одновременно взбешенный высший.
— Хамсферженвальд, — проговорила торопливо, — я уверена, что Виланд был не в курсе! Он же тоже читал?
— Читал, — медленно произнес высший. — Плакал, звал маму, но читал. Та-а-а-ак…
— Фиора точно не могла подумать, что он тебе предложит это изучить, — продолжила я еще торопливее. — Скорее всего, хотела пошутить над мужем. Пожалуйста, не делай с моей подругой ничего… нехорошего.
Мы оба замолчали, так как за дверью послышались тяжелые шаги, а затем обиженное «мырк» от Ди. Так, и это боевой зверь?
— Да здесь они, здесь. Эй ты, пушистая, дуй сюда.
Сначала в открывшийся проем проскользнула диара и немедленно изобразила восторг при виде меня. Следом вошел несколько сонный, но весьма благодушный Артан. Темно-бордовый халат с бархатной оторочкой, встрепанные волосы и синие глаза на небритом лице. Плюс огромная чашка с крепким кофе. Судя по запаху, очень крепким. У меня даже глаза заслезились.
— Вы хотя бы животное заняли, — укоризненно произнес Артан. — Племянник, тебе ли не знать, что молодые диары дурнее нарров в период гона. Поздравляю, всю обувь можно смело выкидывать. А вам лучше нанять тренера. Месяц — будет как шелковая.
— Я сам ее натренирую, — медленно проговорил Хам.
При этом так посмотрел на Ди, что та перестала поддевать мое одеяло, а легла на спину и смиренно прикрыла глаза. Трусиха! Или это правда, что они тонко чувствуют демонов и их эмоции? Мало ли, может, Хам ей мысленно пригрозил голову отвернуть.
— Как Тарриэль? — спросила у Артана.
Хам стоял рядом, а его рука незаметно очутилась на моей талии, поверх одеяла. И даже так ухитрялась обжигать до окрашивания щек в красный. Нарры бы побрали нежную эльфийскую кожу, которая мигом реагирует на любое смятение чувств.
— Она спит, — ответил Артан. — Спала беспокойно, но сейчас все хорошо. Дэрин, дорогая, а ее родителей поставили в известность?
— Они уже направляются сюда, — ответил за меня Хам. — С ними связались ночью, ее мать упала в обморок. А я убедил, что лучше всего прибыть утром, так как их дочери необходимо прийти в себя.
— Отлично, — пробормотал Артан, — тогда мне лучше привести себя в порядок.
— Тарриэль и вы… — Я осеклась, так как язык дальше произносить не хотел.
Нет, ну правда. Она же совсем молодая, а ему сколько лет? Дело не в возрасте, просто как им притираться друг к другу? С ходу и замуж?
— Я обсужу это с ее родителями, — спокойно ответил Артан. — Я прекрасно понимаю, что могут столкнуться интересы двух рас. Но, думаю, придем ко взаимному согласию.
«Вот видишь, как делают нормальные мужчины?» — мысленно съехидничала я, переводя взгляд на Хама. Тот хмыкнул, а потом сделал то, о чем я долго вспоминала и начинала хохотать.
Он повернулся к столу, а затем протянул Артану фолиант эльфийского этикета. И с абсолютно серьезным выражением лица произнес:
— Тебе это пригодится.
Артан не менее серьезно посмотрел на предлагаемое и щелкнул пальцами. Миг, и фолиант вспыхнул синеватым огнем, осыпался пеплом.
— Не пригодится, — отрезал дядя Хама и вышел из кабинета, ворча что-то на незнакомом языке.
— Коротко, — прокомментировала я, — но ясно.
А потом поняла, что надо сказать мужу. Как-то раз — и щелкнуло в голове.
— Спасибо.
Ну а Хам — на то он и Хам, чтобы сразу понять.
— У нас было несколько бурное знакомство.
Хриплый голос и более сильное прикосновение заставили меня задрожать и сглотнуть. Вот прямо сейчас что-то медленно и неукротимо менялось вокруг нас. И в нас.
— Есть немного…
— И я вел себя несколько несдержанно.
— Взаимно.
— Потому и решил, что лучший способ завоевать тебя — следовать вашему этикету. Эй, Цветочек!
Меня развернули, обхватили лицо руками и нежно так произнесли… Нарры, не думала, что высший может быть таким.
— Цветочек, я все сделаю, чтобы ты меня полюбила.
Мне что-то подсказывало — и правда сделает. С присущей высшим демонам упертостью и упорством.

Эпилог

— Куда ты меня тащишь?
— Терпение, Цветочек.
— Дорогой, мне уже не смешно!
Я цеплялась за шею Хама и не понимала, куда он так несется. Буквально пять минут назад высший забрал меня из Академии, стоило закончить объявлять результаты экзамена. При этом проворчал, что теперь месяц не выпустит меня из долины. Хам!
Мо-о-ой Хам!
Но куда он меня тащит? Почему-то на ум мигом пришла спальня, но я решила проверить и не спешить с выводами. И точно: Хам пронесся мимо всех спален в особняке и выскочил на террасу. А я задохнулась на миг от зрелища, что раскинулось перед нами. Хорошо еще, высший крепко держал меня, иначе точно упала бы.
Солнце уже медленно начинало свой путь за горизонт, и большое поле с высокой травой казалось погруженным в растопленное розовое золото. Вечерний ветер играл травой, и она напоминала зеленые волны.
А еще там носился единорог. Отсюда он казался белоснежным, но я-то знала, что его шкура отливает едва заметным золотистым оттенком.
— Совушка! — прошептала я, мысленно зовя его сюда.
Единорог услышал мой зов, вскинул голову, отчего рог засверкал на солнце. Из-за этих нарровых рогов одно время бедных животных едва не перебили. Считалось, что они и мужскую силу увеличивают, и от всех болячек лечат, и едва ли не бессмертие дарят. В итоге эльфам пришлось переселять всех единорогов на свои земли, а с людьми и троллями проводить серьезные дебаты. Вроде даже военные столкновения были, но я не помню.
Совушка такими мелочами, как высота, не озадачивался. Единороги лазали по скалам и по стенам, как горные виторогие козлы. Какие-то несколько минут, в течение которых Хам решил, что поцелуй в шею — отличная идея, и Совушка уже стоял на террасе. Высший благородно отошел в сторону, так как единорог косился на него кровавым глазом и издавал звуки, похожие на сдавленное фырканье.
— Совуша!
Я бросилась к нему, обняла за шею. Шелковистая и безумно мягкая шкура мигом заставила вспомнить, как мы носились с ним по окрестностям моего родного города Лордведилля. Какие там поля, полные солнца, травы и лета. Я даже глаза закрыла, понимая, что подозрительное щекотание в носу может перерасти в слезы умиления. Даже всхлипнула пару раз, отчего Совушка всхрапнул и языком быстро облизал мне щеки. Отлично! Ничего, слюна единорогов тоже полезна.
— Пока вы тут милуетесь, — услышала ворчание мужа, — я лучше перекушу.
Где еда? В последнее время аппетит у меня был бешеный.
— Я скоро приду, — пообещала единорогу, отодвигаясь, — и мы тут обскачем всю долину.
Совушка как-то хитро взглянул на меня и мордой легко пихнул в живот. Я погрозила пальцем и почесала между ушами. Единорога удалось кое-как, уговорами и лаской, спровадить с террасы. К тому времени живот уже недовольно намекал, что пора бы поесть. Три часа назад ела? Нет, голубушка, надо еще.
Покататься в этот вечер мне так и не удалось. Хам после ужина все же коварно уволок меня в спальню. У нас же еще одиннадцать томов эльфийского этикета оставалось. Так что я открыла один и улеглась на постели. Длинная ночная рубашка с пеной кружев, распущенные волосы, невинное выражение лица, все как положено.
Грохот открывшейся с ноги двери заставил «невинную эльфийку» в моем лице ахнуть и поднять взгляд от книги. В проеме стоял высший демон… совсем без одежды. И с явными доказательствами того, что он может увеличивать все части тела. Боюсь подумать, чем он там замок завоевывал. Я аж сглотнула и пропищала:
— Ах, вы кто такой? Как попали сюда?
— Мы захватили твой замок! И тебя!
— Спасите! — заорала я громко. — Стража!
— Я их убил! — рявкнул «захватчик» — И съел.
Ну вот что-то прямо совсем экстремальный захватчик. И голодный. Взвизгнув, я соскочила с постели и начала огибать ее. Тем временем Хам повторял мой маневр, в красках расписывая, что и как он со мной сделает. Воображением высший обладал отменным, так что к концу его речи мне правда захотелось сдаться. Но я же гордая эльфийская принцесса, и у меня этикет! Так что попыталась выскользнуть из спальни, была схвачена за рукав рубашки — и все, попалась. После чего мне со всем жаром принялись показывать, как иногда сладко может быть в плену. Как могут гореть зацелованные губы, а кровь кипеть от того, что со мной вытворяют.
Но после третьего раунда я и правда запросила пощады. Это он высший демон, а я нежная эльфийка. И сил у меня уже почти не осталось. А ведь еще хотелось сказать кое-что.
— Дорогой…
Все же называть его сокращенным именем я так особо не решалась. Или полное, или дорогой. Лучше уважать традиции и нравы друг друга.
— М-м-м?
Хам лежал, закинув одну руку за голову, а второй удерживал меня. Я же забралась на него целиком и слушала мерный стук сердца. Пока мерный, ага.
— Ты знаешь, что эльфы сразу ощущают жизнь внутри себя?
Рука на моей талии мигом потяжелела, а ритм сердца увеличился вдвое. Я же приподняла голову и тихо произнесла:
— Сюрпри-и-и-из!

* * *

Крики чаек, кружащих над кораблем, раздражали. Эктавион стоял на палубе, провожая взглядом удаляющийся берег и прощаясь с прежней жизнью. Без сожаления. Признаться, преподавать в Академии до смерти ему надоело. Это была идея отца засунуть его туда, чтобы заставить остепениться и придать респектабельности.
Восхищение адепток хоть и льстило самолюбию, но быстро приелось. От скуки он на спор соблазнял малышек и щекотал себе нервы. Какое ему было дело, что случалось дальше с этими курицами? Пропадали с глаз долой — и ладно. Ему же легче.
Правда, малышку Тарриэль он помнил. Сладкая девочка, и такая правильная, невинная. Зря он повел ее тогда в «Акацию». Нужно было действовать более тонко, да что уж теперь. Признаться, он напрягся, когда девчонка убежала. Подними она шум и пожалуйся ректору или родителям, и они могли бы доставить массу неприятностей. Но все обошлось. Барт оказал ему услугу, похитив малышку.
Вот кто удивил так удивил! Никогда бы не подумал, что такой зануда способен на подобное. Но слабак, быстро сломался. Эктавион слышал, что у Барта и до этого были проблемы с психикой, после побега жены. А тут он и вовсе спятил, так что остаток жизни проведет в закрытой лечебнице, в отделении с преступниками. По сути, не лучше тюрьмы, а то и хуже.
Каким нужно быть идиотом, чтобы, имея в плену малышек, не использовать их по назначению?!
А идея хороша! С новыми документами и деньгами, дожидающимися в банке, он начнет новую жизнь. Сначала попутешествует, а потом можно купить дом у моря. Почему бы и себе не создать гарем? Идея властвовать целиком и полностью над беззащитными пленницами ему нравилась. Можно потом воспользоваться связями и похитить малышку Тарриэль. Она ускользнула от него, а от этого стала еще желаннее. И если по-тихому переправить девушку к нему…
Эктавион не сомневался, что подобное ему по силам! Если уж удалось организовать побег из-под стражи, то гарем будет плевым делом. Как же хорошо иметь много связей! Родные зафрахтовали корабль через третьих лиц и под видом партнера купца, доставляющего груз в Гириену, его отправили из страны. Со временем шум утихнет, история забудется. Отец окажет какую-нибудь услугу императору и взамен попросит для сына помилование. Зато имя их семьи не будет запятнано участием в процессе.
Да и что ему могли предъявить? Соблазнение адепток? Так он никого не насиловал, все было по обоюдному согласию. Максимум бы лишили должности в Академии. Это недоброжелатели их семьи стали поднимать шум и мутить воду. Отъезд из страны оказался хорошим ходом, чтобы переждать бурю.
Путешествие обещало стать приятным. На корабль загрузили несколько бочек любимого вина, а готовить для него будет личный повар. Можно расслабиться и отдохнуть, приводя нервы в порядок. Все же встреча с высшим демоном бесследно не прошла. До сих пор не удалось до конца стереть воспоминания о липком страхе перед ним. Недаром их так боятся и предпочитают не связываться.
Эктавион передернул плечами, прогоняя неприятные воспоминания, и отвернулся от берега. Вид на море показался куда как приятнее. Три недели, и он сойдет в порту Мугады, пересев на быстроходную яхту, подготовленную для путешествия, и продолжит свой путь с комфортными условиями, достойными аристократа.
Неприятности произошли на вторую неделю путешествия. Корабль попал в шторм, и мало того, что его потрепало, они еще сильно сбились с курса. Эктавион проклинал третьесортную посудину и капитана, у которого не было денег на защитные артефакты. Но брать что-то более дорогое означало привлечь внимание.
После шторма мачта оказалась сломана, а в трюме плескалась вода. Судно дрейфовало, команда занималась повреждениями.
И тут на их головы свалились пираты.
Корабль захватили молниеносно. Вымотанные после борьбы со стихией люди были не в состоянии оказать достойное сопротивление. Ту часть груза, которую удалось спасти, перетащили к пиратам. Еще отобрали молодых и здоровых мужчин, среди которых оказался и Эктавион. Эльф особенно привлек внимание капитана пиратов, а задумчивый взгляд мерзавца совсем ему не понравился.
Эктавион старался сохранять спокойствие до последнего, будучи уверен, что его выкупят. Оказавшись на пиратском корабле, он потребовал приватного разговора с капитаном. Не желал афишировать свое настоящее имя раньше.
Капитан спокойно выслушал предложение о выкупе, но на просьбу написать родным отрицательно покачал головой.
— Нет. Я искал достойный подарок для шейха Аби-Раиль-Ададжи, а ты имеешь все шансы стать звездой в его гареме. Эльфов тяжело достать на черном рынке, слишком хорошо охраняются корабли, да и на суше вы путешествуете с хорошей охраной. Захватить же высокородного эльфа почти невозможно.
— На полученные деньги с выкупа вы сможете купить десять таких кораблей!
— Деньги большой роли не играют. Благодарность шейха бесценна и откроет мне многие закрытые двери.
— Зачем ему в гареме эльф? — едва сдерживаясь, спросил Эктавион.
— А я не сказал? — неприятно ухмыльнулся капитан. — У него мужской гарем. Он не любитель женщин.
Когда смысл сказанного дошел до Эктавиона, он сорвался, бросившись на капитана. Пленника скрутили, и остаток пути он проделал в трюме, вместе с остальными пленниками.

* * *

Император просматривал отчет, доставленный из Тайной Канцелярии. Агентам удалось выйти на след Эктавиона из рода Свет Зари. Прочитал донесение, не поверил глазам и перечитал еще раз, после чего листок выскользнул из его рук, а кабинет огласил раскатистый гогот. Гарем. Мужской! Ну кто бы мог подумать.
В Канцелярии дотошно выяснили обстоятельства и условия плена. Отпрыск родовитого семейства на данный момент входил в тройку фаворитов. Шейх Аби-Раиль-Ададжи по достоинству оценил редкого пленника и берег его как зеницу ока, заперев в своем дворце. Вообще-то в Оматинской империи приняты были женские гаремы, но шейх был братом султана, и лишь благодаря своим пристрастиям ему удалось сохранить жизнь, когда тот взошел на трон. Султан любил брата и на его увлечения смотрел сквозь пальцы.
«А неплохое получилось наказание», — усмехнулся про себя император. Род Свет Зари оказывал много полезных услуг короне, но в последнее время сильно загордились, на них многие жалуются. Вот и Артансинаффальд требует найти сбежавшего прохвоста и наказать его по всей строгости.
— А что, если… — осенило императора, и на его губах заиграла довольная улыбка.
Он давно ломал голову, как бы удержать Артансинаффальда в столице. Не единожды предлагал ему место советника, но тот отказывался от подобной чести, предпочитая свободу. Повезло, что сейчас в Академии учится его супруга, эльфийка, — они обосновались пока здесь, и высший согласился временно исполнять обязанности.
Будет неплохо показать ему, что нарыла насчет эльфа служба безопасности. Думается, такое наказание для одного из виновников похищения супруги он посчитает достойным. Эктавион наследник, но без вмешательства императора из плена его не вызволить, а он не будет вмешиваться, пока Артансинаффальд занимает временную должность при дворе.
За это время он уж постарается использовать опыт бывшего правителя-демона на полную, а потом… Можно и сообщить роду Свет Зари о том, куда запропастился их наследник, оказав этим услугу и заслужив благодарность. Сколько там еще учиться эльфийке демона? Несколько лет? Неплохой срок для перевоспитания.
Со временем он вернет эльфа родителям. А потом при дворе всплывет информация о том, как тот проводил время в плену. Достойная месть за соблазнение фаворитки. И пусть у него уже другая, но, как и демоны, император не любил, когда смели покушаться на его женщину.

* * *

ДЭРИН 

Лето в этом году наступило рано: уже ранней весной по улицам Оноры потекли настоящие ручьи, а река Боу, что делила город на две части, почти вышла из берегов. Благо городские маги и алхимики заранее приготовили все к половодью и не дали затопить город.
Зато в нашей долине была благодать, да и только. Никаких потопов, от них нас защищали самые новые охранные заклинания и инженерные разработки.
— Да, я тут тебе на завтра оставила замечания по практике. Сегодня все адепты дружно не смогли пройти полосу с зачарованными жуками и удержать маскировку. Так что придется их погонять.
Голос Фиоры звучал как всегда звонко, но в нем чувствовались нотки усталости. Я слушала подругу, одновременно причесываясь и глядя, как за окном день постепенно переходит в вечер. А еще наслаждалась тем ощущением, когда внутри и снаружи полная гармония. В светло-зеленой колыбели, которая мерно покачивалась, спала Фионадражеллина. И даже во сне ухитрялась улыбаться во весь беззуубый рот. В то время как на заднем плане у Фиоры слышались боевые вопли. В них я угадывала ректора и их сына. Видимо, опять играют в войну между орками и троллями.
— Хорошо, Фиора, — заверила ее с улыбкой, — я завтра погоняю их как следует. Няня придет к шести утра, так что я не опоздаю.
— А я…
Тут откуда-то из глубины дома Фиоры послышался грохот, а затем победный рев. Вряд ли это ее сын успел приобрести такой бас. Я хихикнула, а подруга с ругательствами быстро помахала рукой и отключила кристалл. Я продолжала хихикать, потом упала на диван и потянулась.
— Мырк! — немедленно отозвались с пола.
Ди за прошедший год вымахала в три раза. И теперь выглядела как сгусток литых мышц и блестящего меха. Когда родилась Фионадражеллина, то диара немедленно определила сама себя в няньки и охранницы. Так что няню мы сумели подобрать только после того, как Ди ее одобрила. Зеленоглазая зараза.
— Фырк! — передразнила я. — Давай просыпайся, скоро гулять пойдем, Хама встречать.
Между Ди и Хамом отношения были уважительными. Его одежда больше не страдала от ее когтей, а сама диара при нем вела себя как идеальный боец. Но стоило высшему уйти за порог, и Ди превращалась в ненормальную няню, готовую мчаться по первому писку ребенка.
Мы жили в долине, так как Хам и я решили, что здесь — идеальный климат для дочери. А попасть в ту же Онору можно без проблем порталом высшего, благо к ним я в итоге приспособилась, а после родов и вовсе стала прыгать через них так, словно и сама была высшей демонессой.
А еще здесь были восхитительные закаты и рассветы, когда скалы, окружавшие долину, окрашивались во все оттенки розового и золотого. Особенно я любила просыпаться рано утром, когда дочь и муж спали, смотреть в окно и чувствовать, как вместе со мной просыпается природа вокруг.
Всего год прошел, а событий получилось столько, что порой кружилась голова. Хам остался работать в Оноре, в Тайной Канцелярии. После чего я стала спать гораздо спокойнее. Если там на одном из главных постов мой муж — значит, всем недоброжелателям проще самим самоуничтожиться. Император же, я так думаю, довольно потирал руки. Ведь кроме Хама в приближенные к нему попал и Артан. И не кем-нибудь, а личным советником. Уж не знаю, как это удалось императору. Зато сам собой решился вопрос с учебой Тарриэль.
Она осталась в Академии. Артан, при разговоре с ее родителями, прямо сказал: его супруге необходимо полноценное образование. Наследников он безумно хочет, но с этим торопиться некуда, так что пусть Тарри для начала закончит обучение.
Они поженились почти сразу после нашего празднества. А я потом месяц слушала от мамы, что вот у Тарри и Артана гостей было на пятьдесят эльфов больше. В конце концов, у меня глаз начал подергиваться, и Хам мягко сказал, что если любимая теща и дальше продолжит нервировать его беременную жену, то у нее и кристалл может сломаться. Надолго. До самых родов.
Но на самом деле мои родители и мой муж нашли общий язык. Не без скандалов со стороны мамы, но в конце концов папа не выдержал. И в самых красноречивых эльфийских выражениях дал ей понять, что дочь выросла. А потом добавил кое-что на оркском сленге. А я папу аж зауважала: не думала, что он знает такие фразы. Но мы же эльфы, мы существа многогранные и загадочные.
После свадьбы и экзаменов мы провели в Долине все лето. Иррилий приезжал в столицу, но нас уже не застал, а в Долину порталом без разрешения мужа переместиться нельзя. С Ирри поговорили родители и заставили остыть, не творить глупостей. Я с ним встретилась позже, когда он вернулся после дипломатической миссии. Друг детства изменился, возмужал и встретил свою вторую половину. Его выбор, эм-м… оказался очень неожиданным. Очень. Но главное, что он счастлив и я за него рада. Общаться у нас получается очень редко, все же Хам в душе Иррилия, мягко говоря, не переносит.
С Анастейшей я переписываюсь, и в ее жизни тоже произошли изменения. Инкубу удалось завоевать демонессу, и сейчас они в свадебном путешествии. Мне приходят посылки с сувенирами из самых живописных мест. Хам терпит наше общение, хотя и не простил прошлую шутку. Боюсь, что встретиться с ней я смогу только в месте, лично одобренном им и под присмотром его агентов.
В начале учебного года я вышла на работу. Муж во время моей беременности не мог отказать мне ни в чем, и я убедила его, что преподавание дает позитивный настрой, очень важный для ребенка. Правда, зачеты зимой уже принимала Фиора, но к лету я вернулась на работу, и экзамены адепты сдавали мне, а на кормление дочки муж меня лично переносил в Долину.
Сейчас наш курс стал очень популярным, и группы набрались большие. Хорошо, что мы с подругой можем подменять друг друга при надобности, и то я ее шалопаев гоняю, то она моих.
Оглядываясь на прошлое, когда я только пришла в Академию, я вспоминаю разговоры о пикантной особенности нашей должности. Приходится признать, что-то в этом все же есть. Ведь не прошло и года, как я вышла замуж и забеременела. Фиора, например, уже в ожидании второго ребенка. Очень большая редкость для нашей расы — забеременеть второй раз и так быстро. Когда Хам ворчит по поводу моей работы, шепчу ему, что свою должность не скоро оставлю, ведь детей хочу много. Братика для дочки, можно еще сестренку или двух… Муж никогда не дает договорить — немедленно утаскивает меня в спальню, полностью одобряя такие планы.